Всё или ничего...
Шрифт:
— Ты мне нафиг не надо, — улыбнулся Морозов.
— Ну, спасибо большое, — фыркнула я, — Нет, чтобы сказать, что я хоть кому-то нужна…
— Не мурчи, кошечка, — парень поднялся из-за стола, — Пойдём со мной.
Он провёл меня через коридор в большой зал. Я села на спинку дивана и огляделась. Большой книжный шкаф, диван, телевизор, кресла, игровая приставка… Всё как у всех. Обычная холостяцкая квартира. Саша достал из шкафа какой-то альбом и сел на диван, возле меня. Он долго листал его, а потом, найдя то, что искал, протянул мне пару
Я взглянула на первую фотографию и глубокого вздохнула, а потом взяла другую фотографию, затем следующую… Я сейчас в тихом шоке.
— Это… Это Ева? — я посмотрела на парня, — Вы были знакомы?
— И не только знакомы, — усмехаясь, кивнул Чест, — Немного больше, чем просто «знакомы».
— Когда? — я выдохнула и снова посмотрела на фотографию, — Она никогда не говорила мне об этом.
В руках я держала фото, на котором были улыбающиеся парень и девушка, которые стояли под Эйфелевой Башней, на следующем кадре эта парочка целовалась, а на третьей они сидели на какой-то лужайке, подкармливая голубей.
— От неё я и не ожидал ничего другого, — фыркнул Сашка, — Она предпочла забыть это.
— Почему? Как вы познакомились?
— Это было примерно два года назад, в начале лета, — сказал Саша, — Я тогда с другом полетел во Францию по горящим билетам, которые Стас умудрился где-то достать. Наше посещение Франции было на три недели. В первый же день, в аэропорту, мы со Стасом нечаянно столкнулись с девушкой, которая заматерилась на русском языке. Узнав, что мы тоже из России, она очень обрадовалась… К концу первой недели мы уже гуляли без Стаса, который улетел во Флоренцию, оставив меня в Париже… Вторая неделя была чем-то вроде нашего личного времени, которое мы проводили постоянно вдвоём…
— У неё же был Алан, — произнесла я, — Ева всегда была умной, и говорила мне, что изменять парню никогда не станет.
— Не знаю, что она там говорила, но мимолётному роману это не помешало, — усмехнулся Морозов, — Она приехала провожать меня в аэропорт. Но сказала, что мы оба должны забыть эти недели, потому что так было неправильно. У неё был парень, а у меня девушка…
— У тебя была девушка?
— На тот момент ещё была. Мы расстались сразу же после моего возвращение в Россию. И представь моё удивление, когда я встретил Еву на презентации твоих песен.
— Так вот почему она так не хотела, чтобы вы с Мировым узнали её имя, — произнесла я, когда в моей голове сложились все кусочки странного поведения подруги, — Постой, а зачем Натану нужно было узнавать информацию о ней?
— Это я попросил его, — пожал плечами Саша, — Хотел точно узнать, она это или просто похожая девушка.
Когда Саша отвёз меня к дому, я хотела поговорить с Евой, но рыжей не оказалось в квартире. Мобильный не отвечал, так же, как и не было записки на холодильнике. Покормив своего попугая, о котором теперь вместо меня заботилась рыжая, я легла на диван в зале и включила музыку.
В колонках заиграла песня группы Маяковский — «Слабые», которую
Мы слабые, слабые! Мы падали, падали.
Я только с тобой, буду только с тобой,
Но друг друга мы ранили.
Мы слабые, слабые! Мы падали, падали.
Я только с тобой, буду только с тобой,
Но друг друга мы ранили.
Тихонько подпевая словам песни, я обдумывала то, что узнала от Честа.
У моей подруги был мимолётный роман с Сашей, а потом до неё дошло, что она наделала и попросила его забыть об этом? Ну, в принципе я узнаю свою подругу… Но почему она не рассказала мне этого? Боялась, что я упрекну её изменой парню? Я никогда так не сделала бы, потому что сама терпеть не могла Алана и была бы только рада, если бы Ева его бросила.
Поднявшись с дивана, я снова набрала номер Герц, но мобильный и сейчас не отвечал. Одевшись в джинсы и толстовку, я вышла из квартиры, вызывая такси. Моя машина осталась у лейбла и именно туда я и поехала. Забрав машину, я выехала на трассу, ведущую за город. Кажется, я знаю, где пропадает Ева.
Вскоре трасса под колёсами сменилась гравием и спустя полчаса я выехала на размытую от дождя дорогу. Пачкая кеды в грязи, я подошла к ревущей толпе и обвела её взглядом. Кажется, у них тут всё закончилось уже? Ага, а вот и Герц. Направившись к подруге, я привлекала к себе много внимания, нагло пробираясь через толпу, которая не желала расступаться.
— Ева, ты отключила мобильный, — сказала я, остановившись около девушки, — И ты снова на этих гонках.
— Но ты ведь и без мобильного нашла меня, — усмехнулась рыжая, снимая шлем и её волосы тут же разметались по плечам, раздуваемые ветром, — Что случилось?
— Твоя дурость случилась, — буркнула я, хватая подругу за руку и утаскивая её через толпу, — Садись в машину. Мы едем домой.
Ева без лишних слов села в машину, а когда мы проехали несколько минут в тишине, спросила:
— Что ты тут делала?
— Этот вопрос я хотела задать тебе, но не стану, — ответила я, не отвлекаясь от дороги, — Чёрт, только снега ещё не хватало!
Возобновилась тишина, во время которой никто не спешил нарушить молчание. Но я всё-таки спросила:
— И долго ты собиралась молчать?
— Ты о чём?
— Ты поняла.
— Растрепал, да? — рыжая усмехнулась, — И что ты мне скажешь?
— Что ты дура, — фыркнула я, а потом с улыбкой посмотрела на подругу, — Ты втюрилась в него?
— Что? — Герц была удивлена, - В кого? В Честа? Издеваешься что ли?
— А что такое? Скажешь, нет?
— Заткнись, а? — Ева фыркнула и включила негромко музыку в салоне, — Блять, и тут нет от него покоя!
Девушка хотела переключить, но я попросила оставить. Играла новая песня L’Оne и Саши Честа — «Салют небесам», которую я ещё ни разу не слышала. Песней я была довольна, и тихонько стала подпевать припеву, внимательно вслушиваясь в слова куплета.
Только наверх, каждый день обгоняя даже свою тень.