Всем сердцем
Шрифт:
После завтрака Тан Пин осмотрела ее раны и смазала их целебным бальзамом.
– Хорошо помогает. Скоро поправишься.
Китаянка стала убираться в хижине, а Серена задумалась, размышляя, что ей делать дальше.
Нет, надолго она здесь не останется. Теперь, немного оправившись, девушка почувствовала, что в ней закипает злость. С какой стати ей прятаться здесь, когда убийца ее родителей и насильник спокойно разгуливает по Вирджиния-Сити?
На третий день ей стало получше и она смогла надеть одно из платьев Тан Пин. Конечно, оно ей было страшно мало, и они долго шутили по этому поводу – китаянка
После ужина девушка обратилась к Шу Тао:
– Я хочу попросить тебя об одном одолжении. Помнишь того человека в черном, который пришел нам на помощь в салуне?
Шу Тао кивнул.
– Его зовут Даррел Квик. Я хочу, чтобы ты его нашел и сказал ему... – Тут она запнулась, вовремя поправившись: – Ты передашь ему от меня записку.
Тан Пин принесла ей клочок бумаги, бамбуковую палочку для письма и чернила. И Серена написала:
«Дорогой мистер Квик!
Того, кто передаст Вам эту записку, зовут Шу Тао. Он сможет проводить Вас ко мне. Я в беде, и мне нужна Ваша помощь. Я надеюсь, Вы умеете молчать. Шу Тао и его матери грозит страшная опасность, если откроется, что это они приютили меня. Я расскажу Вам, что со мной случилось, при встрече. Принесите с собой одежду, полный комплект. Вы сможете забрать ее в моей комнате у Матушки Тэйлор. Покажите ей записку, и пусть она сама соберет мне одежду. Предупредите ее, чтобы она тоже сохраняла все это в строжайшей тайне. Искренне Ваша, Серена Фостер».
Следующим вечером, незадолго до сумерек, в хижину вслед за Шу Тао вошел Даррел Квик. Положив узел с одеждой на пол, он подошел к Серене и взял ее за руки.
– Боже мой, малышка, что с тобой стряслось? Когда я выяснил, что ты даже не ночевала в пансионе и хозяйка тоже понятия не имеет, где ты, я, конечно, бросился тебя искать. Но ты как сквозь землю провалилась!
– Я пережила страшную ночь... – Она заколебалась. – Наверное, мне лучше рассказать тебе все, что со мной произошло.
Даррел слушал ее внимательно, не перебивая, пока она не закончила.
– Я с трудом могу в это поверить, Серена. Будь он проклят, этот негодяй! – Он погладил ее по руке. – Бедняжка. Пройти через такое. Ты предполагаешь, это тот человек, который убил твоих родителей?
– Думаю, да. По крайней мере маска была та же самая.
– Но за что? Почему он поступил так с тобой?
– Не понимаю, – отозвалась она.
– И никакой ниточки, по которой его можно было бы найти?
– Ни малейшего намека. Даррел посмотрел на китайцев.
– А они не знают ничего, кроме того, что дом, в котором тебя держали, принадлежит Ли По?
– Да, именно так. Шу Тао выручил меня. Я убеждена, что человек в маске собирался потом убить меня, хотя он так и не проронил ни единого слова.
Даррел пожал руку юноше.
– Я очень благодарен тебе, Шу Тао, – искренне сказал он, – и тебе, и твоей милой матери... – Он поклонился Тан Пин. Мать и сын были смущены. Даррел тем временем полез в карман. – И я хотел бы возместить вам...
– Не стоит, Даррел! – оборвала его Серена. – Ты только обидишь их. Они считают за честь, что я живу у них
Смахнув слезы с уголков глаз, она взяла Даррела под руку.
– Вы проводите меня до моих апартаментов, сэр?
– О, какие мы нахальные, – ухмыльнулся Даррел. – Да, мэм, это доставит мне величайшее удовольствие.
Когда они подошли к пансиону Матушки Тэйлор, Серена замедлила шаг. Помимо ее воли в памяти всплыли все подробности событий того вечера, когда ее похитили.
Даррел бросил на нее внимательный взгляд:
– Что-то случилось?
Она заколебалась в нерешительности.
– Даррел, я не могу идти туда сейчас. Уверена, со мной ничего не случится, просто слишком много неприятных воспоминаний. Завтра, при дневном свете, я с легкостью зайду туда, но не сейчас.
– Но куда же ты пойдешь? Она подняла на него глаза:
– Можно, я останусь у тебя? Только на одну ночь! Я могу даже спать на полу, на одеяле.
Даррел улыбнулся и тряхнул головой:
– Эх, Серена, Серена, как ты все-таки невинна!
Серена отвернулась.
– Не надо. Ты знаешь, что это не так. Уже не так! Последние слова она выкрикнула. Даррел обнял ее, и она прижалась к его груди.
– Не мучай себя, малышка. Случается порой, что обстоятельства сильнее нас. На самом деле ты все равно невинна. Невинность – это черта характера.
– Так я могу остаться у тебя сегодня?
Не выпуская ее из объятий, он чуть отстранился и заглянул ей в глаза.
– Серена, я должен быть с тобой откровенным. Ты очень красивая и желанная девушка, и... Ладно, короче, ты мне нравишься. И если ты останешься ночевать у меня, я не могу обещать тебе, что не попытаюсь заняться с тобой любовью. Я твой друг, малышка, но я мужчина, а не святой.
Серена пристально смотрела ему в глаза. Она не задумываясь попросила Даррела приютить ее у себя. Ей было больно, стыдно и страшно. С Даррелом она чувствовала себя в безопасности. Она хотела остаться под его защитой, вот и все. Все ли? Внезапно она почувствовала, что ее неудержимо тянет к этому мужественному обаятельному человеку. И ей хочется быть с ним... И чтобы он заботился о ней, чтобы он...
В голове промелькнули воспоминания о ночи, проведенной с Кленденнингом. Так этого она хочет? Она попыталась переубедить себя, но ей это не удалось. Да, она действительно хочет именно этого. Немножко хорошей любви, чтобы смыть с себя ужас и унижение. Шестым чувством девушка понимала, что ей необходимо вновь почувствовать красоту физической любви, а иначе она навсегда потеряет способность отдаваться любимому человеку.
– Все будет хорошо, Даррел. Я вовсе не требую от тебя, чтобы ты был святым, – проговорила она.
Он с изумлением взглянул на нее:
– Ты уверена? Ты вообще понимаешь, что говоришь? Она кивнула:
– Мне нужно... нужно это, чтобы забыть про... Он на мгновение прижал ее к себе:
– Ш-ш, Серена. Я все понял.
Скоро они подошли к гостинице, в которой жил Даррел. Пройдя по аллее вокруг здания, молодые люди очутились перед небольшой дверью под пыльным фонарем.
– Здесь гостиница для мужчин. Но мы поднимемся по черной лестнице, и нас никто не увидит.