Встретимся на Альгамбре

Капустин Вад

Расположенный в центре кабинета круглый стол правильнее было бы назвать сферическим. Фактически, его покатая поверхность представляла собой расположенную по окружности приборную панель, оборудованную всеми средствами связи, управления и контроля, соединениями глобальной сети, приборами слежения и воздействия, нужными ответственным лицам, собиравшимся обычно на административные и военные совещания. Здесь было все необходимое для того, чтобы ни на мгновение не терять контакта с доверенными их заботам массами человеческих и технических ресурсов.

Над

выдающимся центром стола медленно вращался зависший в воздухе куб, на грани которого выводилась обсуждаемая информация, позволяя не отвлекаться на поиски данных с помощью настенных экранов. Орлову обстановка кабинета была давно знакома, и он с трудом удержался от того, чтобы, усевшись за стол, не начать нажимать на клавиши связи с Управлением.

Малютину, казалось, все окружающее было безразлично. Не соблюдая привычной субординации, майор немедленно начал излагать поступившую от Одинцова информацию.

— Не может быть! Это ошибка. Я немедленно свяжусь с союзниками, — резко оборвал Малютина глава галактической безопасности. Однако по побледневшему лицу хозяина кабинета, пришельцам, принесшим дурную весть, стало ясно: никакая это не ошибка, такой поворот событий ожидался, просчитывался, но к нему не готовились — по вине именно этого человека, не верившего в худший вариант развития событий. В нападение врагов и предательство фальшивых друзей.

В кабинет начали подтягиваться срочно вызванные генералом участники совещания, а глава земных безопасников все менял каналы и коды, приборы и операторов-телепатов, настойчиво вызывая Серс, не веря, не желая верить, что ответа он так и не получит.

— Блок, — наконец, сдался Вервицкий, — Ты был прав. Это война. Что мы можем сделать?

Участники совещания, усевшись в кресла вокруг круглого стола, сосредоточенно разглядывали появившееся на гранях информационного куба изображение. На четырех экранах корабли фроггского флота, в сопровождении центаврианских предателей неспешно двигались по направлению к Солнечной системе. Впрочем, это лишь на экранах казалось, что эскадра приближается медленно. На самом деле, Космофлоту предстояло принять удар уже совсем скоро.

— Не может быть! — категорично заявил адмирал Кукушкин, глава Военного космофлота, терзавший приборы связи, отдавая срочные приказы о приведении всех подразделений в боевую готовность. Запущенные им силы должны были в кратчайшие сроки обеспечить Солнечной защиту от неожиданного нападения. Но не успевали. — Никто не станет без всяких видимых причин развязывать звездную войну такого масштаба. Это безумие!

Простоватая курносая физиономия адмирала покраснела от гнева, а взъерошенный хохолок редких седых волос делал главу Космофлота похожим на породистого бойцового петуха.

— Да, этого быть не может, но мы все это видим. И чем кроме объявления войны можно объяснить блокировку связи? — мрачно ответил Вервицкий.

— А кроме того, неподтвержденные разведданные, — он бросил мимолетный взгляд на Малютина, устроившегося

в углу на принесенном из приемной стуле и не отрывавшего взгляда от одного из экранов, — подтверждают факт нападения фроггсов на корабли дипломатической экспедиции. А значит, отвечать должен тот, кто вовремя не обнаружил данные о подготовке фроггсами полномасштабной боевой атаки. То есть, мы — галактическая безопасность, и вы — военная разведка.

— Все верно, — адмирал неохотно кивнул. — И все же невероятно. Так не бывает. Кто из нас мог такое предвидеть?

— Оставим разборки и наказание виновных на потом. Если будет, кого наказывать. Меня интересует сейчас другое. Ваши предложения? — поинтересовался Вервицкий, внимательно оглядывая присутствующих. Встречаясь с ним взглядом, представители мирных служб пожимали плечами, а военные неловко отводили взгляды. Никто не решался высказаться первым.

— Пардон. Может, по нашим каналам стоит попытаться? — косо поглядывая на взъерошенного адмирала, предложил глава дипломатической службы Леон Форестье, высокий седовласый красавец с аристократическим лицом и изысканными манерами.

— По дипломатическим каналам, — резко оборвал генерал, — мы не можем связаться ни с центаврианцами, ни с фроггсами. Все средства связи заблокированы. В нынешней ситуации есть и ваша вина. Фроггсы все время вели себя мирно. Как могло случиться, что дипслужбы не почувствовали угрозы?

— Ее не было! — Форестье ответил излишне резко, а потом смущенно замолк. Сидевший рядом с ним адмирал Кукушкин вскинулся, как будто собираясь что-то возразить, но передумал, и вновь склонился над приборами, лихорадочно высматривая и подсчитывая. Взгляд Вервицкого неожиданно обратился к Орлову:

— У вас есть какие-то предложения?

— У меня нет, Эдуард Борисович. Но Одинцов сказал, что попробует что-то придумать. Ему вообще-то альтаирцы обещали помочь, — нерешительно начал Орлов и, слегка запнувшись, пояснил: — Одинцову.

Участники совещания прислушались, оживились. Раздались недоуменные смешки.

— А кто он, собственно такой, этот Алексей Одинцов? — поинтересовался представитель управления информации.

— Торговец! — ответил глава дипломатической службы, известный феноменальной памятью на лица и имена. — Космонавт. Упоминался в материалах по альтаирцам. Они зачем-то его искали.

По залу пронесся приглушенный шум, шутки. «Торговый флот — надежда галактики!» — ехидно откомментировал кто-то. Неожиданная реплика главы Управления космических перевозок, не вызвав особых надежд, настроила собравшихся на юмористический лад.

Лицо Вервицкого помрачнело, но тут, нарушая все табели о рангах, в разговор вмешался майор Малютин.

— Сорри. Но вы напрасно смеетесь! Вот именно, Одинцов, торговец. Обещали же ему помощь альтаирцы? Алексей ждет. У него там на хвосте фроггская эскадра. Пусть попросит союзников нанести упреждающий удар. Он сказал, что нужен только приказ Земли.