Вся ложь
Шрифт:
Мои ногти впиваются в его руку, несмотря на невыносимую боль в плече. Вместо того, чтобы отпустить меня, он наблюдает за моей борьбой с любопытным блеском, будто хочет посмотреть, как я умру. Как я испущу свой последний вздох.
Он собирается убить меня, не так ли?
Я вернулась к жизни только для того, чтобы снова умереть.
Срабатывает мой инстинкт самосохранения. Я не могу умереть. Мои ногти впиваются в его твердую кожу со всей имеющейся у меня энергией, царапая.
Он не двигается
Во всяком случае, его ухмылка становится шире, словно это цирк, и я его любимое представление.
Когда я думаю, что вот-вот умру, он с легкостью убирает руку. Я делаю резкие вдохи, задыхаясь.
Что-то бездушное и темное закрадывается в его глаза, делая их почти черными.
— Думаешь, что сможешь сразиться со мной? — он гладит меня по волосам за ухом.
Этот жест такой нежный, что у меня перехватывает дыхание. То, как он мечется между мягкостью и жестокостью, вызывает у меня отвращение.
Все это притворство. Эти темные глаза не способны на доброту. Это либо шоу, либо какая-то долбаная обратная психология.
— Думаешь, что кто-нибудь может спасти тебя от меня? — он смеется, звук глухой и безумный. — Ты моя для давления и уничтожения, мой ужасный монстр. Пора привыкнуть к этому.
Я открываю рот, чтобы возразить.
Он прижимает палец к моим губам, обрывая мои слова.
— Заткнись. Ты не можешь говорить. Тебе остается только слушать.
Пульс на его указательном пальце бьется у моего рта — постоянный, спокойный и... холодный.
Возможно ли вообще, чтобы пульс ощущал такой холод?
Мои губы сухие и воспаленные, поэтому я не пытаюсь укусить его, как подсказывает мне мой мозг. Если я сомкну зубы вокруг его пальца, он может отомстить более жестоким способом.
Мое тело уже слишком слабо, вспышки боли начинаются в затылке и плечах и распространяются на конечности. Мне просто нужно, чтобы он ушел, пока я не стану достаточно сильной, чтобы встретиться с ним лицом к лицу.
Как лучше всего оттолкнуть его без применения силы?
Думай. Думай.
Я встречаюсь взглядом с его мрачными глазами и резким блеском, сияющим в этой зелени. Такой позор, что у такого мудака, как он, такой красивый цвет глаз.
Я могла бы забыть о своем достоинстве и пойти путем мольбы, но сомневаюсь, что это подействовало бы на него.
От него исходит столько безумной ненависти.
Так огромное количество... разрушений.
Я выбираю совершенно другой маршрут.
Высунув язык, я нащупываю его палец, медленно облизывая кожу.
В его глазах появляется удивление, прежде чем веки быстро опускаются наполовину.
Да. Он может скрывать это сколько угодно, но я удивила его. С людьми легче справиться,
Он, кажется, из тех, у кого все под контролем, и я поспорила на это, начав лизать его кожу.
Я встречаю его карающий взгляд своим вызывающим.
Ты не доберешься до меня. Не сейчас. Никогда.
Его верхняя губа подергивается, будто он услышал мой внутренний вызов и принял его.
Он засовывает палец мне в рот, кружа с моим языком. Я ахаю, но звук приглушается его сильным толчком.
Его плечи расширяются еще больше, и он выглядит как Мрачный Жнец, собирающий урожай жизней — начиная с моей.
Мои зубы задевают его кожу, и я замираю, обдумывая следующий шаг.
— Укусишь, и я сделаю тебе больно в ответ, — говорит он, как будто слыша мои мысли.
Я пристально смотрю на него, но продолжаю.
Чем сильнее он скользит пальцем по моему языку, тем быстрее я облизываю, прижимаясь к его единственному пальцу.
Чем прилежнее я становлюсь, тем яростнее становятся его глаза. Понятия не имею, гнев это, или похоть, или и то, и другое.
Вспышка тепла прокатывается по моему позвоночнику, чем больше я сосу его, но я не останавливаюсь. Если я сохраню этот взгляд в его глазах, он оставит меня в покое.
Мой рот открывается шире, когда я принимаю больше его указательного пальца внутрь. Я даже не знаю, что делаю, но я чувствую, как что-то просачивается из него и устремляется ко мне.
Ощущение власти.
Сдвиг в динамике.
Его маска сползает, и в глазах появляется безумный блеск.
Я могу продолжать обезоруживать его, и скоро он не только оставит меня в покое, но и возможно исчезнет из моей жизни, и...
Он убирает палец так же внезапно, как засунул его внутрь, и я отпускаю его с причмокиванием.
Его лицо возвращается к спокойному фасаду, непроницаемому.
Мое дыхание становится резким и неровным, когда я пытаюсь восстановить контроль над чувствами.
Усталость давит на мои нервные окончания, и мои веки медленно закрываются. Должно быть, из-за лекарств. Хорошо — что-нибудь, чтобы унять боль.
Кровать сдвигается, когда Ашер встает, глядя на меня сверху вниз со злобой и... чем-то еще.
Может, дело в чем-то другом, а может, в том, что у меня здесь никого нет, кроме него. Я просто не хочу оставаться одна.
Компания монстра лучше, чем ее отсутствие.
В тумане сна я бормочу:
— Не... уходи.
— Ты у меня в долгу. Я больше не уйду.
Глава 5
Рейна