Вторая дочь

Олейник Татьяна

— В следующий раз не пощажу. Поняла? — спросила грубо, поражаясь, откуда во мне, взялась такая жестокость.

— Да, госпожа, — едва слышно прошептала она, но быстро брошенный колкий взгляд, дал понять — сюрпризы мне точно обеспечены, причём неприятные.

Дальше всё прошло спокойно.

Девушки делали свою работу молча, было видно, что они не в восторге от ситуации, лишь Милли чувствовала себя непринужденно и часто улыбалась.

Оттерев мою кожу от двухнедельного слоя грязи и пыли из склепа, рабыни принялись за волосы. Густые пряди

слиплись и спутались между собой. Для того чтобы привести их в порядок пришлось потратить много времени.

— Какой ужас! Где же вас держали столько времени? И почему вы в таком состоянии? — сокрушалась болтушка Милли, вовсе не замечая моего недовольства.

— В темнице, где же ещё?! — ответила нехотя, сделав вывод, что близнец принца не распространялся о моей судьбе, иначе все слуги знали бы эту новость и с большим удовольствием обсуждали её между собой.

— Но почему Его Высочество Олеандр допустил это? — ахнула служанка, подтвердив мою догадку. Она была настолько удивлена, что выронила гребешок, которым расчёсывала волосы.

— Ты задаешь слишком много вопросов. Может, пойдёшь и сама спросишь у него? А потом и мне расскажешь, — я рассердилась, а до Милли, наконец-то, дошло, что она лезет не в своё дело и пора бы замолчать.

Отделавшись от неприятных вопросов, попыталась расслабиться и хотя бы на время не думать о накопившихся проблемах. Но навязчивые мысли упорно лезли в голову, отодвинув физическую усталость на задний план.

После купания меня натёрли ароматным маслом для тела и выдали чистое платье, такое же серое и невзрачное, как у всех служанок.

— Пойдёмте, я покажу общую комнату и место, где вы будете спать, — Маришка повела меня за собой, делая вид, будто смерилась со своим положением и не держит зла, но я-то чувствовала, что она затаила обиду и при первой же возможности попытается отомстить за унижение.

Через длинный коридор мы попали в просторную комнату, похожую на гостиную с множеством диванчиков с декоративными подушками и столиками.

В помещении было людно. Мужчины и женщины мирно переговаривались друг с другом, кто-то читал, некоторые женщины вышивали или просто дремали на подушках. Обстановка была мирная и непринуждённая.

— Это общая комната, — Маришка жестом показала на присутствующих. — Здесь собираются доноры в свободное время. Там, — она махнула в сторону одной из двух межкомнатных дверей, — женская спальня, а там мужская. Женщинам вход в неё строго запрещён, как и мужчинам в женскую.

Мы вошли в спальню. Обстановка оказалась более комфортной, чем у обычных рабынь. Около десяти кроватей стояли в один ряд. Пышные перины и красивое постельное бельё свидетельствовали о том, что доноры стоят на ступень выше рабов. Их содержали в достойных условиях и обеспечивали хорошим питанием.

Предпоследняя кровать пустовала и была не застелена.

— Здесь спала старушка Сара, её время вышло. Теперь это ваше место. Милли сейчас принесёт вам бельё. Через час подадут обед в столовую, думаю, вы найдете

её без меня. А пока можете отдыхать в общей комнате. На этом, всё. Прошу прощения, но мне нужно работать, — Маришка собралась уходить.

— Подожди, — остановила её на полпути. — А какие правила? Что запрещено, кроме посещения мужской спальни?

— Ещё пара правил, за нарушение которых наказывают ударами плетью, — ответила с таким лицом, будто специально хотела утаить информацию, чтобы я по незнанию нарушила правила.

— И какие же?

— Нельзя покидать людскую без разрешения господина Армада. Нельзя драться с другими донорами и наносить увечья. Нельзя крутить интрижки с мужчинами.

— Это всё или есть что-то ещё? — надавила, добавив голосу нотки угрозы.

— И самое главное правило для женщин за нарушение, которого грозит смерть — нельзя беременеть.

— Что ж, правила не сложные. И последнее – как получить разрешение от господина Армада? — снова не дала Маришке уйти.

— Нужно просить его лично и если смотритель Трой подтвердит, что вы ведёте себя хорошо, то господин Армад подумает над вашей просьбой.

— Ясно. Теперь можешь идти.

Отпустив девушку, я вышла в гостиную и, найдя свободное кресло, поспешила его занять.

Оглядевшись по сторонам, поняла, что надолго моего терпения не хватит, я просто на просто сойду с ума от скуки.

Интересного для меня занятия здесь не нашлось, а сидеть и смотреть в окно днями напролёт не смогу.

— Здравствуй. Ты новенькая? — ко мне подошла молодая женщина и села в соседнее кресло. — Я - Рита.

— Лейла, — представилась без особого энтузиазма. Разговаривать не хотелось, но обитательница людской могла поделиться новой информацией, и я не стала упускать такую возможность. К тому же было бы не осмотрительно с моей стороны грубить новым соседям, итак уже успела нажить одного врага.

— Приятно познакомиться, — Рита улыбнулась. — Почему грустишь?

— Просто понимаю, что мне тут абсолютно нечем заняться, — ответила честно.

— Ой, нашла повод, — она простодушно махнула рукой, общаясь так будто знакома со мной сто лет. — Поверь, скоро ты не будешь из-за этого переживать.

— Почему же? — с сомнением обвела взглядом присутствующих и только сейчас заметила, что часть из них вялые и ведут себя словно сонные мухи.

— Потому что у нас весь день расписан по часам и времени на развлечения практически нет.

— А подробнее расскажешь? — стало любопытно, чем они могут быть заняты целыми днями.

— Утро у нас начинается с тщательного купания. Мы обязаны внимательно следить за гигиеной. Затем завтрак и прогулка на свежем воздухе, затем второй завтрак. После этого часть доноров уходит на сдачу крови, а те, кто ходил накануне, в это время отдыхает. Затем обед и сон час. Полдник, опять прогулка и свободные два часа. Ужин, вечернее омовение, и другая часть доноров уходит на сдачу крови, — Рита перечисляла, загибая пальцы, чтобы ничего не упустить.