Вторая жена. Часть 2
Шрифт:
— Сейчас мы оденем вас, госпожа! — сказала она и девушки поторопились достать новое платье, взамен разорванного старого. Я молча согласилась и стала ждать, пока меня приведут в порядок. Это заняло достаточно много времени, но когда я, одетая в шелка и с уложенными волосами, уже выходила из покоев, меня ждал первый из учителей, склонив голову в приветственном поклоне.
— Простите, мухтарам, что вам пришлось ждать, — сказала я, кивнув в ответ на приветствие.
Мужчина поклонился.
— Я готова к занятию, — добавила тихо
«Единственная!» — снова прозвучали в голове слова Шаккара, и глупая улыбка легла на губы.
Шаккар не пошел, как намеревался, сразу на тренировочное поле. Хотя и знал, что его там ждут и без своего принца воины не начнут тренировку. Но у мужчины было одно маленькое дело. Какое-то внутреннее чутье подсказывало ему пойти к дворцовому лекарю и отдать чашу, ту самую, которую Шаккар забрал из покоев жены.
«Пусть проверит снадобье, которым поит Майрам эта ведьма!» — подумал он.
Лекарь жил в отдельных покоях на женской половине. Это был старый почтенный мужчина с седыми длинными волосами, всегда почтительный к своему повелителю.
Принца Кыям встретил с поклоном и проводил в небольшой зал, почти пустой, если не считать ковра на полу и нескольких подушек для сидения, разложенных вокруг овального стола, за которым лекарь и принял наследника престола.
— Мой господин! — он стоял, пока Шаккар усаживался на подушки и только получив кивок принца, сел напротив, почтительно сложив руки на коленях.
Вместо объяснений, Шаккар поставил на стол чашу и произнес:
— Я хочу, чтобы ты проверил по остаткам питья на дне этой чаши, что за зелье было в нем.
Кыям потянулся к емкости. Взял в сухие, но сильные руки и чуть наклонил. Капля влаги собравшаяся на дне, стекла вниз.
— Да, мой господин! — поклонился он.
— О результатах скажешь лично мне! — приказал Шаккар. — И никому другому, понял? — и посмотрел на старика так, что у бедняги задрожали руки.
— Конечно, я все сделаю так, как вы велели! — поспешил ответить Кыям.
— Вот и хорошо! — кивнул принц. — И чем скорее ты сделаешь это, тем лучше для тебя! — Шаккар когда хотел, мог говорить весьма убедительно. Не дожидаясь, пока старик поднимется, чтобы провести наследника Повелителя, он покинул покои лекаря и поспешил на поле, где его уже дожидались его люди. И все же, шагая по залам дворца, принц то и дело возвращался мыслями к своей второй жене, понимая, что потерял себя в ее объятиях. Понимая, что стал уязвим и это его страшило более всего.
Быть сосредоточенной и заниматься, как должно, сегодня мне было очень тяжело. Я то и дело отвлекалась, плохо слушала своего наставника и учителя, мыслями возвращаясь к Шаккару, к нашему пленительному мигу единения. Краснея и воспламеняясь от воспоминаний, думала о том, какую злую шутку сыграла
Едва досидев до конца урока, я попрощалась с мухтарамом Замин, провожая меня до дверей, почтительно поклонился и произнес на языке варваров: «До скорой встречи, повелительница Майрам!», — и я ответила ему на его языке, вызвав одобрительную улыбку.
— Ваш муж, принц Шаккар, и повелитель Вазир будут рады вашим успехам, принцесса Майрам! — напутствовал он меня, и я благодарно кивнула старику. Замин мне нравился. Он был искренним и честным, оба качества я ценила в людях. Но стоило поспешить и переодеться для последнего на сегодняшний день урока.
Аббас ждал меня внизу. Он стоял спиной к ступеням и, когда я спустилась вниз, оставив служанок ждать меня в тени под деревьями, повернулся и, вместо приветствия, протянул лук и колчан, полный стрел.
— Моя госпожа! — кивнул на мишень, висевшую на врытом в песок столбе. — Сегодня вы будете упражняться только в стрельбе из лука!
Спорить не стала. Приняла в руки оружие и встала на положенное расстояние, отмеченное аббасом полосой на песке.
— Приступай, повелительница! — велел аббас и я достала первую стрелу.
Солнце пекло нестерпимо. Таял день, как вода на камне, а я все выпускала стрелы, одну за другой, чувствуя усталость в руках. Но аббас ждал терпеливо и лишь следил взглядом за моей меткостью, время от времени поправляя меня. В такие моменты он подходил со спины и брал меня за руки, меняя направление полета стрелы. От касания его рук было жарко. аббас пах странными запахами — полевыми травами и мятой.
— Уже лучше, госпожа! — произнес он, в очередной раз поправив меня. — Я думаю, лук — ваше оружие!
Я достала последнюю стрелу и положила ее на тетиву. Натянула, прицеливаясь в темнеющую точку в центре мишени и пустила стрелу в полет, глядя, как тонкая стрелка с оперением впивается своим острым смертельным жалом в мишень. Почти в центр… И это «почти» заставляло меня закусить губу от разочарования.
— Не печалься, принцесса! — аббас взял лук и зачем-то задержал мои пальцы в своей ладони. Я уронила взгляд и увидела, как мужчина проводит подушечкой большого пальца по покрасневшей коже на руке. Что-то интимное проскользнуло в этом касании. Слишком бережном, слишком нежном.
— Мозолей не избежать! — произнес он и отпустил мою ладонь. Я зачем-то отдернула руку.
— Я вижу, повелительница сегодня не в духе? — вскинул брови мой учитель.
— Устала, — обронила я.
— Тогда ещё немного, и я отпущу тебя, принцесса Майрам, — жестом позвал за собой. У стола, стоявшего на своем прежнем месте под тенью деревьев, стояли два меча. Один, более легкий, аббас протянул мне, второй взял сам. В отличие от прежних, деревянных, эти клинки были настоящими и весили прилично.