Вторая жена. Часть 2
Шрифт:
Акрам прав. Ей не стоит рассиживаться у порога, в то время, как дорогие ее сердцу люди будут умирать. Что бы не решил себе Борхан, он, наверное, не понимает, или искренне надеется, что после этот враг не пойдет на него с мечом в руках. Как это глупо!
«Он намерен заключить союз с победителем!» — поняла она и неожиданно, встала.
Акрам удивленно шагнул назад.
— Я все поняла! — произнесла Тахира и посмотрела ему в глаза.
Лучше бы она не делала этого. В самой глубине ее глаз, принц прочитал не осуждение и гнев, нет, с этими чувствами он бы
— Простите, мой повелитель, что отняла ваше время! — принцесса поклонилась и сделала знак рабыням, после чего повернулась к акраму спиной и решительно шагнула прочь от покоев и стражников, что продолжали стоят на своем посту.
Прочь от мужа, проводившего ее пристальным взглядом и понимавшего, что сейчас произошло нечто такое, после чего его отношения с женой вряд ли останутся прежними.
Рабыни помогли мне облачится в тренировочные одежды. Стоя перед зеркалом, я смотрела на свое лицо, понимая, что уже не вижу в отражении себя прежнюю.
Эта Майрам мне не нравилась. В ее глазах появилось странное выражение с оттенками стали и золота. Изменился и сам взгляд. Прежде мягкий и покорный, смотревший на мир открыто и готовый любить и дарить эту любовь, он стал жестким и решительным. У меня были хорошие учителя, научившие меня жизни и увы, едва не лишившие ее.
— Принцесса, сколько сегодня возьмете с собой сопровождения? — спросила одна из рабынь, поправлявшая широкие штаны у моих щиколоток. Как по мне, действие, глупое и лишенное смысла. Уже через некоторое время одеяние станет пыльным и пропитается потом, но рабыни готовили меня так, словно я иду не на тренировку, а на пир.
С некоторых пор я сократила свою свиту и брала с собой одну-двух девушек приличия ради. Во Дворце, где все готовились к нападению и, возможно, осаде, были нужны все свободные руки. Я понимала Вазира и его желание защитить свой город, но мне казалось неприятным и обидным, что он так мало верил в силы своего сына Шаккара…или просто знал больше, чем я?
Внезапно услышала какой-то шум и за дверью раздались приглушенные голоса, один явно принадлежал мужчине. Я насторожилась и сделала знак суетившимся рабыням. Они поняли и отошли, потупив глаза и, почти в тот же миг, в покои вошла одна из рабынь, что стояла у дверей. Она поклонилась и произнесла:
— Моя госпожа! — снова поклонилась и опустила глаза. — К вам пришел человек. Просит принять и хочет говорить с вами!
— Кто? — спросила я немного не понимая, как мужчина смог так свободно попасть в мои покои, но едва услышала ответ, как все стало ясно.
— Жрец Исхан! — проговорила рабыня и опустила голову ещё ниже.
«Что надо этому страшному человеку?» — мелькнула мысль, но губы уже разомкнулись, и я услышала собственный голос, проговоривший:
— Впустить!
Рабыня попятилась назад, а я жестами приказала служанкам удалиться. Не хотелось, чтобы они подслушивали наш разговор с Исханом.
Жрец вошел стремительно. Дождался, пока из покоев выйдет последняя из моих рабынь,
Мужчина поклонился и тут же произнес:
— Приветствую тебя, принцесса Майрам. И спасибо, что согласилась принять меня!
Я усмехнулась. Будто у меня был выбор. Я не могла отказать человеку, у которого хожу в должниках.
«Неужели именно сейчас потребует что-то?» — мелькнула мысль, но я ошиблась.
— Присядем? — я опустилась на подушки, сложив ноги на восточный манер, как это делали мужчины. Крой моей одежды позволял подобную позу. Жрец сел напротив, сохраняя между нами допустимое расстояние. Я не волновалась по поводу слухов. Жрецы — необычная каста, у них больше привилегий и считается недопустимым, чтобы такой человек находил в женском теле удовольствие. И все же я понимала, что стоило оставить при себе хотя бы одну из рабынь, только вот не хотела, чтобы нас подслушивали. Мне казалось, что кто-то из девушек рассказывает обо всем Вазиру, так что и этот разговор могли передать повелителю. а мне почему-то совсем не хотелось, чтобы тот узнал то, что ему знать возможно, не стоит.
— Что ты хотел? — спросила я настороженно. — Ты пришел требовать плату за мою жизнь?
Исхан улыбнулся. Золотые глаза сверкнули, словно россыпь дорогих монет. Он впился взором в мое лицо, словно пытался что-то прочитать в выражении моих глаз, а спустя некоторое время, снова улыбнулся и теперь как-то удовлетворенно, будто увидел то, на что надеялся.
— Нет, принцесса! — произнес он. — Я пришел предупредить!
Мои брови приподнялись вверх. Этого я совсем не ожидала.
— И о чем же? — спросила осторожно.
Исхан чуть подался вперед. Золотые глаза впились в мои, и я едва удержалась, чтобы не отвести взгляд.
— Грядет беда! — произнес он. — Я должен сказать тебе, принцесса, чтобы ты знала, что если у тебя не будет куда идти, я буду ждать!
— Что? — не совсем поняла смысл фразы.
— Всему свое время! — Исхан улыбнулся. — Когда оно придет, ты поймешь мои слова.
— Если ты что-то знаешь, расскажи Вазиру! — произнесла я.
Жрец покачал головой.
— Думаю, повелитель Хайрата и без меня понимает, что произойдет! — ответил он. — Иначе не велись бы приготовления к обороне.
— Я верю в своего мужа, — сказала я, — Шаккар разобьет врага, нам нечего опасаться!
— Твоя вера похвальна, принцесса! — он медленно поднялся на ноги. Я поднялась вместе с ним, не отрывая удивленного взора от его лица.
— Ты пришел ко мне ради этой одной единственной фразы? — спросила тихо.
— Иногда одна фраза может значить больше чем целое послание! — ответил он и поклонился. а когда распрямил спину, добавил:
— Ты все поймешь, когда придет время! — а затем стал пятиться к выходу, чуть согнувшись и выражая свое почтение, которого не чувствовал. Я же провожала его взглядом, пока мужчина не скрылся за стеной и еще немного простояла каменным столбом, размышляя над его словами.