Вторая жена. Часть 2

Завгородняя Анна Александровна

Когда меч оказался в моих руках, все размышления остались позади. Я подошла к аббасу и он поманил меня одним взглядом, сказав коротко:

— Нападай! — и указал на колоду.

Я не заставила себя просить дважды. Зашла к тренировочному снаряду как к врагу со спины и атаковала.

— Теперь мы будем отрабатывать удары в паре! — бросил мне учитель. — Пока на колодах, а через пару дней я приведу воинов, чтобы они помогли нам освоить бой спина к спине.

Не удивившись его словам, продолжала яростно атаковать бедную деревяшку. Впрочем, такой уж бедной она не была, вертелась от

наших ударов, крутила своими шипами-руками, того и гляди, замешкаешься, огреет по голове, или ударит в плечо. В первое время мне частенько доставалось от глупого дерева.

Не знаю, сколько мы занимались под палящим солнцем, но по моей спине струился пот, а одежда вымокла насквозь. Когда аббас сделал знак остановится, я была почти рада этому, хотя и не настолько устала, как могло показаться. Я вообще теперь стала меньше уставать.

— Молодец! — снизошел до скупой похвалы мой учитель.

Кивнула с благодарностью и уронила руку с мечом, не ожидая подвоха. Как оказалось, зря.

Аббас напал столь неожиданно и стремительно, что только врожденная гибкость спасла меня от удара. Я не успела отойти, лишь прогнулась назад, когда сталь со свистом рассекла воздух над моей головой и только после ринулась в сторону, заметив, что мой учитель и противник, собирается для следующего удара.

Аббас последовал за мной, и я встретила его лицом к лицу, выставив перед собой меч. Наши взгляды перекрестились, и я увидела решительность в его глазах, не предвещавшую мне ничего хорошего. Но кто сказал, что учиться будет легко.

Он напал первым. Без ярости и злости, просто сделал красивый выпад, едва не достав меня острием клинка. Прогнулась в сторону, а затем отбила удар и в тот же миг выставила блок, встретив очередной. аббас наседал на меня, придавив всей массой своего тела, заставив опустится на колено. Мне едва удалось вырваться, сделать перекат. Вскочила на ноги молниеносно, чтобы снова встретить своего противника.

Рабыни с интересом наблюдали за происходящим. Я успела заметить их краем глаза, пока вставала на ноги. аббас же смотрел только на меня. Следующий его выпад едва не лишил меня оружия. Удар пришелся по кисти руки плашмя, и рука сразу же онемела до локтя. Я перебросила меч в левую, шагнула назад, отступая. Моя левая рука была не в пример правой, слабее и не такая сильная, но этот бой был почти настоящим. И даже взгляд учителя, шагавшего на меня, показался мне полным хладнокровного желания убить.

— Твоя левая рука слаба. Мое упущение! — сказал он быстро и снова напал. Чудом отбила удар, продолжая пятиться назад. Прыти у меня заметно поубавилось и меня теперь едва хватало на то, чтобы парировать атаку противника, а правая рука по-прежнему оставалась бессильной. Я сжимала и разжимала пальцы, пытаясь вернуть кровоток в ослабевшую кисть, чувствуя покалывание множества иголок под кожей, болезненное и неприятное.

Аббас успокоился только, когда я оказалась прижата к стене дома, к которому отступала. Мужчина занес руку, словно для последнего удара и неожиданно так же быстро ее опустил.

— С левой рукой надо работать и работать!

Я выдохнула с облегчением услышав его слова.

— Но все равно, ты набираешь силу быстрее,

чем можно было представить! — добавил учитель и я не удержалась от довольной улыбки. а вот сам аббас, кажется, не был таким довольным, словно знал что-то, чего не знала я, и это понимание пугало его.

— Как рука? — спросил воин и с силой вогнал свой клинок в песчаную землю, а затем потянулся ко мне. Взял мою руку и стал массировать пальцы, прогоняя онемение и возвращая им прежнюю гибкость. Я уронила взгляд на наши руки и отчего-то почувствовала странную неловкость от его прикосновений, более того, мне было приятно то, как он касался меня.

Подавила в себе желание вырвать руку и вдохнула глубже.

— Прости, принцесса, что так сильно ударил! — проговорил тихо мой учитель.

— Все правильно! — ответила я. — Враг не станет меня щадить, а ты бил плашмя. Я все еще слишком слаба. Будь на твоем месте настоящий противник, я бы уже лишилась руки.

Аббас поднял на меня глаза.

— Ты недооцениваешь себя, принцесса! — произнес он, продолжая растирать мои пальцы, пока я не почувствовала, что они больше не немеют. Осторожно пошевелила ими и аббас отпустил мою ладонь.

— Ты стала сильнее, разве сама не замечаешь? — спросил он.

— Замечаю! — ответила я и подумала о том, что вряд ли, при всем моем усердии и старании, это могло произойти без помощи жреца. Хотела спросить об этом у аббаса, но он неожиданно сменил тему, явно не желая затрагивать данный вопрос.

— Сейчас займемся стрельбой из лука, а после — метанием ножей! — заявил он.

Я кивнула, соглашаясь.

Мы переместились в здание казармы, где находились мишени и остальная часть моего тренировочного оружия. Загнав десяток стрел почти в яблочко с расстояния более двадцати шагов, я посмотрела на аббаса.

— Хорошо! — сказал он. — Теперь будешь стрелять на дворе, и мы увеличим количество шагов до цели.

Я опустила руку с луком и вздохнула, думая о том, что же сделал со мной жрец?

Глава 15

Шаккар принял решение исходя из своих знаний местности, что лежала кругом оазиса. Дальше идти не было смысла. Впереди только пески, неизведанные и бесконечные, чем-то отдаленно напоминающие огромное море, так любимое его второй женой.

Они остаются здесь, в месте, где есть вода и где будут ждать врага.

После того, как принц сообщил своим махарибом о принятом им решении, стали готовиться к обороне. Огромные камни, что окружали оазис, могли стать своеобразным укрытием от стрел врага и Шаккар приказал вырыть ямы по периметру лагеря, оставляя только за спиной гладкую равнину песков. О том, чтобы отступить не было и мысли, но кто мог знать, как повернет битва.

Сарнай все время находилась при муже. Принца несколько настораживало и удивляло ее поведение. Она показалась ему немного раздраженной и постоянно срывалась на своих воинов, чего за ней прежде не наблюдалось. На вопрос своего повелителя, женщина только отвечала, что с ней все в порядке и Шаккар не настаивал на другом ответе. Зная Сарнай, он понимал, что этот разговор бесполезен, слишком скрытной была рыжеволосая воительница.