Второй шанс
Шрифт:
Если ты что-то имеешь против меня, скажи в лицо! — ору я.
Логан не сходит с места, хотя мой кулак пролетел в паре сантиметров от его носа. Он уже не ухмыляется; теперь на его лице написано раздражение. Ударяю Майка локтем в солнечное сплетение, и он, схватившись за живот и кашляя, отпускает меня.
Отвали от меня, Логан, добром прошу!
Логан снимает с рукава пылинку, как будто не понимая, что я могу его снова ударить.
Послушай, Пайк, — говорит он с видом человека, которому досаждает назойливая муха, — у меня нет времени на эту ерунду. Сходи к доктору.
Обхватив за талию Тэш, он
Ты платишь этой девчонке… — кричу я срывающимся голосом, — чтобы доказать всем, что я спятил!
Логан останавливается и поворачивается к Майку. Обменявшись с ним взглядами, он пристально смотрит на меня.
Пайк… дружище, ты серьезно думаешь, что это нужно доказывать?
Глава десятая
Все считают, что я спятил.
Сижу на бордюре неподалеку от входа в «Фаст Брейк», глядя на окурок и расплющенную крышку от пивной бутылки, лежащие у ног. По стоянке гуляет ветер, разнося легкий запах бензина. Сижу, задумчиво обкусывая ноготь. Майк ушел около часа назад, попросив меня ему позвонить. На часах около полуночи, и ресторан постепенно пустеет — рабочий день, и ребятам завтра в школу. Кто-то проходит мимо меня, волоча на помойку мешок с мусором. Я не двигаюсь. Продолжаю сидеть, даже когда вывески гаснут и на стоянке становится совсем темно.
Нужно идти домой.
Заставляю себя подняться и пойти в нужном направлении. Дома меня ждет постель, в которой, как в машине времени, я отправлюсь в завтрашний день, а потом в следующий, и так далее. Иду вперед, машинально переставляя ноги. Выясняется, что они несут меня вовсе не к дому.
Оказавшись возле столба, останавливаюсь, чтобы перевести дух. Не помню, когда я перешел на бег, но, разогнавшись, остановиться уже не мог, хотя травмированная нога начала болеть.
Должен же я найти здесь хоть что-то. Мне нужно доказательство того, что все мне не приснилось. Я же не сумасшедший.
Прислоняюсь к столбу, чтобы не упасть. Одна из записок, висящих на доске, отрывается, и ветер, подхватив, несет ее вдоль улицы. Когда я снова обретаю возможность дышать, не чувствуя боли в легких, начинаю приглядываться. Земля у подножия столба усыпана увядшими лепестками: нужно было принести свежие цветы на неделе. На месте фотографии, которую я унес в прошлый раз, зияет дыра. Я чувствую, как сжимается сердце, вспомнив о том, что фотография до сих пор лежит в моем кармане, и достаю ее.
Разглядываю лицо Вив, медленно огибая столб. В девятом классе, когда эта фотография была сделана, Вив еще улыбалась широко, по-детски. На более поздних фотографиях лицо стало взрослее.
Самый поздний снимок сделал я. Сначала мне было жаль вывешивать эту карточку, но потом я подумал, что будет нехорошо, если на доске будут только старые фотографии.
Я сделал этот снимок за неделю до ее смерти, когда мы вместе ездили на природу. Мы гуляли по лесу, где никого, кроме нас, не было. На закате мы забрались на скалу, чтобы полюбоваться небом.
Я позвал ее и, когда Вив обернулась, сфотографировал. Она даже не сразу это поняла. Вив собиралась спросить, зачем я ее позвал. Она смотрит на меня с фотографии темными загадочными глазами. Позади, поверх вершин деревьев, золотом горит закат. Конец дня, конец лета. Мы
В сердцах пинаю подвернувшуюся под ногу ветку. Мемориал выглядит как обычно. Не знаю уж, что я рассчитывал здесь найти. Фонарь над головой мигает, но не разгорается. Осторожно оборачиваюсь, ожидая увидеть Нину в фартуке официантки и Логана. Они могут прийти вместе с Тэш и Майком посмотреть, как я брожу по кустам в поисках потерянного рассудка, и посмеяться надо мной.
А что, если Логан и вправду задумал свести меня с ума?
Сжимаю пальцы в кулак, но бить некого, и я, замахнувшись, наношу хороший свинг призраку старого столба в том месте, где, как мне кажется, о него ударилась голова Вив, когда машина, вылетев с дороги, застряла в кустах.
В тот же момент замечаю зеленую вспышку и ощущаю в пальцах знакомое покалывание.
Замерев, всматриваюсь во тьму.
Там ничего нет.
Протягиваю руку вперед и вижу… как пальцы становятся прозрачными и начинают испускать зеленоватое свечение. Это не плод моего воображения. Ощущение такое, будто я погрузил руку в кристально прозрачную воду такой чистоты, что поверхность невозможно увидеть до тех пор, пока не коснешься ее, и, лишь дотронувшись до нее, понимаешь, что в глубине может таиться что-то чужеродное и неизведанное. Поднимаю и убираю руку еще три или четыре раза, потом, приблизившись, просовываю ее в портал по локоть. На коже и в глубине мышц по самый бицепс ощущается покалывание, как будто сквозь руку пропущен электрический ток. Я бы не сказал, что это приятное ощущение, однако и болезненным его не назовешь.
Я не сумасшедший — то, что я вижу, реально существует. Оглядываюсь в поисках возможного источника странного свечения и опускаю руку. Она немедленно перестает светиться. Поднимаю руку выше, чтобы она оказалась перед глазами, и снова засовываю ее в портал, чтобы отмести последние сомнения. Хотелось бы понять, что это такое. Рука начинает светиться, и я, помахав ей, на что-то натыкаюсь. Если бы я махнул рукой влево, она бы ударилась о столб — я его вижу, но справа ничего нет, и ощущение такое, будто руку не пропускает плотный сгусток воздуха.
Протягиваю руку дальше, но впереди пусто; я ощущаю только покалывание и наблюдаю зеленоватое тусклое свечение. Сквозь него видно стену школы. Набираю в грудь побольше воздуха и, закрыв глаза, делаю шаг вперед, погрузив в портал лицо. Кожа па носу и щеках реагирует так же, как и на руке, — кажется, будто сквозь лицо проходит электрический ток небольшой силы. Открываю глаза и обнаруживаю, что руки стали прозрачными. Под кожей видны вены и кости — ощущение тошнотворное. Это что-то невероятное…
И в то же время очевидное.
Собираюсь вернуться назад, но, взглянув на фасад школы, замечаю нечто такое, что приковывает мое внимание и заставляет остановиться. Стена выглядит не совсем такой, какой я видел ее несколько минут назад. Щурюсь, чтобы приглядеться внимательней, но сконцентрироваться непросто, потому что энергия пульсирует уже во всей голове, сбивая с мысли. В памяти всплывают слова, сказанные Ниной перед исчезновением: «Внутри все выглядит так, как было раньше… но, и там, где живешь ты, почти то же самое».