Второй Вейр
Шрифт:
– А где вы нашли кур? – спросила Джина с удивлением и восторгом.
– Они прячутся в старых пещерах – в Пещерах Катерины, так, кажется, они назывались, – ответил Михалл.
– Именно, – подтвердила Джина, наблюдая за тем, как он ловко распутывает куриные ноги. Птицы отчаянно кричали. – Но нам ведь нечем их кормить.
– Мне кажется, что в мусоре можно найти достаточное количество крошек и объедков, – поднимаясь, сказала Торен.
Михалл поймал ее за плечо:
– Если они там есть, куры сами их найдут... В чем дело? – прибавил он, увидев, как она поморщилась.
– У меня все болит.
– А у кого не болит? – откликнулась Улоа, постанывая и растирая собственные
– Неужели никто из вас не подумал прихватить с собой бальзама из холодильной травы? – усмехнулся Михалл.
Ответом ему послужили разноголосые стоны: средство было таким простым и очевидным! Джина с трудом поднялась на ноги.
– Мои вещи ближе всего. Михалл жестом остановил ее:
– Где? Я сам достану.
– Правда? Я оставила их в третьей пещере слева на первом уровне. Туда легко подняться.
Когда Михалл вернулся с бальзамом, все по очереди принялись втирать целительное средство в перенапряженные ноющие мускулы. Как-то так получилось, что Михалл сам занялся Торен; она не смогла отказаться от этой любезной помощи, чтобы не выглядеть грубой. Кроме того, она была слишком благодарна ему за уверенные и сильные прикосновения пальцев, массировавших и разминавших ее плечи, втирая в них мазь.
– Благодарю, Михалл, – проговорила она наконец, пошевелив плечами и не ощутив боли.
– Только будь завтра поосторожнее, иначе мне снова придется тобой заняться, – сказал он и перешел к следующему пострадавшему.
После сеанса массажа Торен хорошо спала этой ночью – правда, ей не сразу удалось привыкнуть к мычанию коров. На следующий день она попросила Полент'а уговорить Давида привезти из Форта большую банку бальзама.
В конце концов, Давид решил работать в две смены: тех, кто временно устроился в Бенден-Вейре, сменяли те, кто отдыхал в Форт-Вейре, а первая смена отправлялась на отдых. Четыре крыла Бендена, которых освободили от борьбы с Нитями в Форте, занялись Нитями, падавшими в восточном регионе, чтобы выяснить, смогут ли они достойно защищать свой Холд, также названный Бенденом. Ближайший источник камня, содержащего фосфин, был указан на картах, и Давид отправил туда рабочую группу синих и зеленых всадников, которые должны были начать заготовку огненного камня.
Тарви Телгар прислал группу, которая занялась установкой системы обогрева в пещере Рождений, так что будущим обитателям Бенден-Вейра пришлось переместить свои пожитки в другие помещения. Первый очаг был устроен возле внешней стены. Оззи и Свенда Бонно обнаружили термальный источник, Фулмар Стоун-старший установил насос и прислал своих учеников, которые занялись монтажом системы труб для обогрева отдельных жилых вейров, а также общих жилых помещений.
К стаду, пасущемуся у озера, добавились животные других видов, пережившие Падение Нитей на Южном континенте. Куры начали нестись, и каждое утро вместо утренних упражнений всадники занимались розыском отложенных в песок яиц. Некоторые яйца оставляли наседкам, остальные отправляли на кухню. Джули, четвертая золотая всадница Бенден-Вейра, прибыла с Большого Острова на своей Ремент'е, чье крыло, обожженное Нитями, наконец зажило. Джули все еще хромала: нога, которую девушка сломала, торопясь спуститься со спины своей королевы и помочь ей, еще не срослась, а потому всадница заявила, что займется домашним хозяйством.
Затем в устье реки Бенден бросил якорь «Авантюрист» капитана Каарвана: прибыла помощь с острова Йерне. Тут-то и пригодился наземный туннель. Среди рабочих в основном были каменщики и плотники, и вскоре небольшие пещеры превратились в настоящие вейры, в которых устроили отдельные помещения для всадника и дракона, и даже отдельные ванны.
Также велись работы над помещениями
Никто не возражал ни против тяжелой работы, нипротив того, что работать приходилось подолгу: они строили свой собственный дом и налаживали жизнь так, чтобы удобно было и им, и их потомкам. Строили хорошо и тщательно.
Когда население Бенден-Вейра решило, что им удалось собрать достаточный запас провизии, они полетели в Холд, который строился гораздо медленнее, и воспользовались новоприобретенными строительными навыками, чтобы помочь холдерам обосноваться на новом месте.
Единственный перерыв в работе, который позволили себе всадники Бенден-Вейра, наступил, когда они отправились в Форт-Вейр, чтобы присутствовать при новом Рождении. Это всегда было радостным событием для всадников, и никто не желал пропускать его, в особенности же потому, что большая часть из шестнадцати молодых драконов должна была переселиться в Бенден-Вейр. Ф'мар от лица Телгар-Вейра сразу принялся жаловаться, хотя работы по обустройству его Вейра еще даже не были начаты.
– Ты получишь следующий выводок, Ф'мар, тем более что вам еще некуда поселить молодых драконов, и им пока придется жить здесь, в Форт-Вейре, – безапелляционно ответил Шон.
– Лучше бы молодому Фулмару не задаваться перед Шоном, – вполголоса сказала Джина другим всадникам Бендена. – Особенно если он и дальше намерен действовать так, будто уже стал Предводителем Вейра. По-моему, этот вопрос еще не решен.
– Но кто-то же должен быть главным и управлять всеми работами, разве нет? – проговорила Торен. – Я имею в виду, Давид...
– Давид Катарел имеет на это право, – твердо возразила Джина. – Ведь ты же не жалуешься, верно? Она раздумчиво посмотрела на Торен.
– Я? Нет. Кроме того, он прислушивается ко всем возражениям, – ответила девушка, понимая, что ей только что напомнили: хотя никто не говорил о том, что именно она станет будущей Госпожой Вейра, все знали, что это так, обращались к ней за советом и спрашивали ее мнения.
Работая день за днем плечом к плечу с бронзовыми и коричневыми всадниками, Торен успела хорошо познакомиться с ними всеми. Большинство ей нравились, так что она полагала, что в конце концов последнее слово действительно останется за Аларант'ой. Из молодых всадников четверо – Н'клас, Л'рен, Т'мас и Д'вид, – старались проводить с ней как можно больше времени. Давид Катарел всегда был с ней любезен, но он относился так ко всем женщинам-всадницам, даже к Джули, с которой в последний раз летал его Полент'. Михалл появлялся всегда, когда у Торен возникали какие-либо проблемы – заедал камнерезный аппарат или ей требовалось сдвинуть с пути тяжелый валун. Она так привыкла к этому, что инстинктивно ожидала его помощи, когда нуждалась в ней. Ее несколько печалило то, что Михалл никогда не задерживался дольше необходимого, сразу же возвращаясь к тому занятию, которое бросал, чтобы помочь ей. А апартаменты вождей Вейра так и оставались незанятыми.
Именно Михалл первым крикнул:
– Уведите королев!
Это произошло во время обеда; задыхаясь, он ворвался в нижние пещеры и немедленно бросился к Торен. Схватив ее за руку, Михалл потащил девушку за собой.
– Джина, Улоа, уводите своих королев подальше. Куда подевалась Джули?
Облизывая пальцы правой руки, липкие от сока красного плода, Торен поспешно шагала за Михаллом, не пытаясь сопротивляться.
– Как же получилось, что она готова подняться, а я ничего не знаю? – воскликнула Торен. Она ведь так внимательно следила за Аларант'ой... или все-таки недостаточно внимательно?