Вторые

Лей Влад

— В гибернации мой организм станет на «паузу» — ответила она, — а что будут делать твари — без понятия.

— Без кислорода они впадают в спячку, думаю, и здесь должно произойти нечто подобное.

— Может, сдохнут? — предположил Митчелл.

— Вряд ли, — помотала головой Марлин, — да и это будет не лучшим исходом — их ведь все равно потом нужно будет извлечь… Здесь ведь, на палубе ниже, есть медотсек…

— Кто будет тебя оперировать? — спросил я. — Ни я, ни Митчелл этого не умеем. Мы просто

тебя убьем! Нет у тебя выбора, понимаешь?

Марлин тяжело вздохнула, а затем просто кивнула головой.

— Ладно, я согласна.

— Вот и отлично!

Когда она уже была в капсуле, а я собирался закрыть дверцу, Марлин вдруг подалась вперед, схватила меня и прошипела:

— Только не вздумай меня здесь бросить, слышишь! Обещай, что не оставишь здесь!

— Обещаю. Я при любом раскладе вернусь за тобой, — подтвердил я, и это не было враньем. Я действительно собирался это сделать.

Мы дождались, пока капсула закроется, проверили, что она «включилась», а когда все индикаторы мигнули зеленым светом, сигнализируя о нормальном состоянии самого устройства и человека внутри, двинули дальше уже втроем.

Пленник пытался было что-то бормотать, убеждать, угрожать, однако оплеуха от меня или от Митчелла тут же его успокаивали, затыкали, и мы продолжали свой путь.

Если честно, я все чаще задавался вопросом: а на кой нам вообще пленник? Но пока что просто убить как-то рука не поднималась. Ну не звери же мы, в самом деле. Ну и плюс Марлин он был нужен. Видела она в нем «научный интерес». Хотя в чем он выражается, что от этого ублюдка полезного можно узнать — даже не представляю.

Митчелл же, судя по выражению на его лице, чихать хотел на науку, и с легкостью бы этого урода пристрелил.

Но нет, пока пусть живет. Зачем — хрен его знает. Надо, и будем считать это моей интуицией.

— Оп-па… — обрадованно выдал я и остановился.

— Что? — не понял Митчелл и завертел головой.

Я же просто кивнул на табличку, закрепленную на стене.

— Центр связи! — обрадовался Митчелл.

— Рано радоваться, — осадил я его, — центр нашли, но еще ни с кем не связались. Да и вообще, может, там ничего целого не осталось. Может, этот, — я кивнул на пленника, - или кто-то до него все переломал…

Митчелл ничего не ответил, радость на его лице тут же угасла.

В конце концов, изложенный мной вариант легко мог оказаться реальным — сколько мы уже видели модулей, внутри которых царил полнейший разгром?

Дверь плавно отошла в сторону, свет внутри модуля зажегся и…все здесь было целым, даже более того — работало!

Я с порога видел работающие экраны, горящие индикаторы.

— Пошел! — приказал я пленнику, и тот послушно переступил порог.

— В тот угол, — я кивком указал направление, — сиди там, и не отсвечивай.

Пленник,

снова-таки молча, отправился в указанное место, и там просто уселся на пол.

— А ты глаз с него не спускай, — обратился я к Митчеллу, — не дай бог он что-то выкинет!
– с этими словами я передал свою винтовку Митчеллу, сам же отправился к центральной панели.

Еще на подходе, будучи в нескольких метрах от нее, я услышал бормотание. Все еще боясь, что мне просто послышалось, что я сам себя обманываю, но уже затаив дыхание, я подошел еще ближе.

Черт возьми! Мне не послышалось! Это действительно звучит чей-то голос.

Я подошел и добавил громкость, тут же из динамиков донеслось:

— Эйса восемь-два! Вызываю «Волну-3»! Эйса восемь-два! Вызываю «Волну-3».

Голос бубнил одно и то же, из-за чего я пришел к выводу, что это просто автоматически повторяющееся сообщение.

Но ведь кто-то его отправляет?

Правда, совершенно не представляю, что это за позывные. Что еще за «Эйса восемь-два»? У нас на «Ранчо» были совершенно другие позывные. Они даже строились по совершенно иному принципу, а это…

Догадка пришла ко мне практически одновременно с голосом Митчелла, раздавшегося у меня за спиной.

— Руки подними, и ничего не трогай!

Я резко повернулся и обнаружил ствол собственной винтовки, нацеленной как раз таки мне в живот.

— Митчелл, ты…

— Заткнись! Руки вверх поднял! Быстро!

Я тут же сделал так, как он сказал.

— И не дергайся. Тогда, быть может, выживешь…

— Зачем ты это делаешь? Какого хрена, Митчелл?

— Я - «техник», — с усмешкой ответил он. — Так, кажется, вы нас называете?

— Неожиданно, — стараясь сохранить спокойствие, ничем не выдать себя, заявил я.

— Как есть, — ответил Митчелл. — Теперь два шага назад, и под стенкой двигайся в угол.

Он мотнул винтовкой, показывая мне направление.

Я же, продолжая держать руки над головой, выполнил его требование — прошел под стенкой в угол, где уже сидел «Айзек», глядящий на меня с усмешкой, мол, допрыгался?

— Теперь медленно достань свой пистолет и брось на пол!

Я выполнил и это требование, бросив оружие метра на три от себя.

Митчелл подобрал мое оружие, вернулся к терминалу связи, включил микрофон, и тут же забормотал, при этом не спуская с меня глаз.

— «Волна-3» здесь. Эйса восемь-два! Как слышно? Повторяю…

Повторять ему пришлось пару минут, после чего вместо монотонной скороговорки послышался вполне живой, настоящий голос:

— «Волна-3», слышу вас. Ваш статус? Местоположение?

— Все дерьмово. У нас тут куча…тварей… Большая часть экипажа уничтожена. Координаты… 2-83-14-5. Вектор движения 764. Как приняли?