Вторжение
Шрифт:
— Рассказывай, что за проблемы в звездном флоте? — бесстрастно произнес старик, делая маленький глоток.
— А нас никто не слушает? — спросил Храбров.
— Я вижу, мы не зря тебя учили, — улыбнулся тасконец. — Осторожность, осторожность и еще раз осторожность.
Аргус достал из кармана маленькую пластиковую коробочку длиной сантиметра четыре. Положив ее перед собой, генерал не без гордости вымолвил:
— Новейшая разработка. Полностью нейтрализует подслушивающую аппаратуру в радиусе пяти метров. Кроме того, блокирует направленные устройства.
Землянин начал повествование с момента прибытия комиссии на «Альфу-2». Олесь очень подробно остановился на негодовании Сорвила. Слова командующего он передал предельно точно. В условиях войны с горгами нельзя допустить раскола в армии.
Немного помедлив, русич высказал и собственные мысли по данному поводу. Что-то в стране неладно. Противоречия между различными слоями общества вновь обостряются.
Аято и Байлот с равнодушным видом смотрели на океан. Их выдержке и умению подавлять эмоции Храбров всегда завидовал. На лице мужчин не дрогнул ни один мускул. Пауза затягивалась. Наконец, старик повернулся к Олесю и негромко сказал:
— Если я правильно понял, полковник Сорвил утверждает, что в высших кругах Союза зреет заговор?
— Не совсем так, — возразил русич. — У него есть некоторые опасения. Политическая борьба в государстве приобретает откровенно «грязный» характер. Эйфория после свержения Великого Координатора улеглась. Нынешняя ситуация с распределением властных полномочий кого-то определенно не устраивает. Оглянитесь вокруг! Напряженность нарастает во всех сферах жизни. Теперь вирус разложения достиг и звездного флота. Чем это грозит человечеству, думаю, объяснять не нужно.
— Бывшие посвященные? — вымолвил Аргус.
— Нет, — уверенно произнес Храбров. — Планетарную принадлежность советую отбросить сразу. В состав комиссии входили и тасконцы, и аланцы. Причем, первых было даже больше. Мы слишком увлеклись поиском сторонников бывшего диктатора и проглядели рождение новой подпольной организации. Она наверняка создана богатым и влиятельным человеком. У мерзавца есть доступ к самой секретной информации.
— Намекаешь на членов Совета? — усмехнулся генерал.
— Да, — честно ответил Олесь. — Давление оказывается непосредственно на Прайлота. Это неопровержимый факт. Председатель прекрасно знал, какую реакцию вызовет появление комиссии на борту «Бригита». Сорвила проверяли его же подчиненные. Нонсенс. Или открытый вызов…
— А может, командующий боится за свой пост? — вставил самурай. — Ошибки в стратегии, недостаточное количество кораблей, незавершенная линия обороны. Промахи очевидные.
— Вряд ли, — русич отрицательно покачал головой. — Я познакомился с полковником во время экспедиции к Аридану. Честь для него превыше жизни. Заниматься интригами он не станет. А что касается ошибок, то ответственность за них несет весь Совет. Руководство страны считало, что горги не вторгнутся в систему Сириуса еще, как минимум, лет двадцать-двадцать пять. Финансирование работ велось исходя из этих цифр. Бросить на произвол судьбы Землю мы тоже
— Всё верно, — согласился старик. — Но мы с Сорвилом постоянно оказывались в меньшинстве. Военные вопросы умело блокируются в Совете. Эскадру Ширера нам вспомнят еще не раз. Пятьдесят кораблей очень пригодились бы в сражении с насекомыми.
— Черт подери! — вырвалось у Храброва. — Господин Байлот, вас ли я слышу? А кто вечно твердил об особой миссии Земли, о воинах Света, которые должны ее защищать? Что происходит?
Генерал задумчиво смотрел на кружку с янтарной жидкостью. Отвечать тасконец не спешил.
— Совет — довольно сложная организационная структура, — тяжело вздохнув, сказал Аргус. — В нем мало единомышленников. Большинство членов лоббирует интересы крупных финансовых групп Алана и Тасконы. Объединились не только народы двух планет, но и алчные, беспринципные дельцы. Ими движет жажда наживы. В подземном мире было проще. Борьба с Великим Координатором заставляла мерзавцев разных мастей прятаться в тени. Теперь они вырвались из жестких рамок.
Старик сделал глоток пива и после паузы продолжил:
— Годы хаоса дали возможность внутренним врагам набраться сил. Отсутствие четкого идентификационного контроля, разброд в экономике, подпольный рынок оружия и наркотиков… Идеальная ситуация для преступников. Свобода дорого обошлась человечеству. Люди изменились неузнаваемо. За пять лет я потерял нескольких хороших друзей. Нет, они не погибли, они переродились. Коррупция и предательство насквозь пропитали наше общество. Слово честность стало синонимом глупости. За деньги некоторые готовы продать собственную мать. Мы пытались этому противостоять.
— И что? — уточнил Олесь.
— Потерпели сокрушительное поражение, — понизив голос, проговорил Байлот. — В Совете собрались сторонники полной демократии. Любое предложение об ограничении прав вызывает резкую негативную реакцию. Последним оплотом жесткой власти остался звездный флот.
— Да, — протяжно вымолвил русич. — Похоже, я выпал из ритма жизни. Мое представление о Союзе планет было совсем иным. Обстановка на космических базах куда спокойнее.
— Пока, — произнес генерал. — Создание комиссии — первый тревожный сигнал. Уверен, очень скоро в Совете будет поставлен вопрос о назначении на должность начальников станций гражданских лиц. Сведения о существовании такого документа у меня есть.
— Абсурд! — возразил Храбров. — Это же военные объекты. Битва с горгами подтвердила их предназначение. Достаточно взглянуть на «Альфу-2» и «Янис-97». Дилетанты наверняка бы не справились с поставленной задачей.
— Не тешь себя напрасными иллюзиями, — вмешался Тино. — Мнение офицеров флота никого не интересует. Миром правят два бога — власть и деньги. К сожалению, Союз планет не избежал горькой участи других государств. Исторические законы незыблемы.
— Неужели ничего нельзя сделать? — удивился Олесь.