Вторжение
Шрифт:
— Не говори чепуху! — Олесь ласково поцеловал женщину. — Эмоции — не лучший советчик. От горгов нигде не спрячешься. Новое столкновение с насекомыми неизбежно. Скажи лучше, как ты сюда попала? Аргус говорил, что исследовательская группа эвакуирована в секретный бункер.
— Он не солгал, — ответила аланка. — Я еще никогда не сталкивалась с подобной системой охраны. Тройной контроль, на каждом ярусе — приборы идентификации личности. Внутрь не проникнет ни один шпион посвященных. Байлот сам прилетел за мной. Эта встреча целиком и полностью его заслуга. И боюсь, начальник контрразведки
— Не будем о грустном, — произнес русич. — Генерал уже заждался.
— Подожди, — Олис схватила мужа за руку. — Ты никогда не думаешь обо мне. Куда я пойду с заплаканными глазами? Надо хоть привести себя в порядок.
Из маленькой сумочки тотчас появилась изящная коробочка. Женщина быстрыми умелыми движениями подправила макияж. Впрочем, опытный взгляд сразу бы подметил раскрасневшиеся уголки глаз. Храбровы неторопливо двинулись к тасконцам. Четверо телохранителей, встав в квадрат, внимательно смотрели по сторонам. Аргус принял строжайшие меры безопасности. Пожимая руку Байлоту, землянин кивнул головой на жену и тихо сказал:
— Спасибо. Я даже не предполагал, что увижу сегодня Олис.
— Не надо благодарностей, — вымолвил генерал. — Ты сделал для человечества гораздо больше.
— Оставим пафосные речи для журналистов и политиков, — заметил Храбров.
— Согласен, — иронично улыбнулся тасконец. — Совет соберется через полтора часа. Мы успеем обсудить кое-какие детали. Случай в Гелиджиле настораживает. Вряд ли посвященные тебя выследили. Утечка информации произошла из моего ведомства. Я обязательно найду предателя.
Олесь и Аргус сели в первый лимузин, а Дарл и аланка во второй. Женщине не стоило знать о покушении в гостинице. Переживаний на ее долю и так выпало немало. Кроме того, Олис ничего не знала о борьбе Света и Тьмы.
Знак на груди землянина она считала родимым пятном. Разубеждать ее Храбров не собирался. Как только машины тронулись, генерал закрыл салон от водителя звуконепроницаемым стеклом и включил аппаратуру защиты.
— В донесении говорилось о металлической удавке, — произнес Байлот. — У тебя должны остаться следы.
Олесь расстегнул ворот рубашки. На шее отчетливо виднелся красный шрам.
— Я специально закрыл его, чтобы Олис не волновалась, — ответил русич. — О том, что меня хотели убить, ей знать не обязательно. Вы проверили этого мерзавца?
— Да, — тасконец утвердительно кивнул головой. — Результаты неутешительные. В генетическом банке данных такой человек не значится. Он попросту никогда не был рожден.
— То есть, как? — удивленно воскликнул землянин. — Разве подобное возможно?
— В принципе, нет, — сказал Аргус. — После свержения Великого Координатора мы провели тщательную проверку аланцев. Все сведения совпали. На планете существовал тотальный контроль людей. Похожая система действовала и в подземной Тасконе.
— А если он выходец с Оливии или Унимы? — спросил Храбров.
— Исключено, — возразил генерал. — Патологоанатомы утверждают, что убийца большую часть жизни провел на Елании. Какой-то период времени мужчина находился за пределами Алана.
— На секретных космических базах, — догадался Олесь. — Проходил курс
— Наверное, ты не далек от истины, — согласился Байлот. — Ученые диктатора не особенно церемонились с человеческим материалом. Эксперты обнаружили на стене останки еще одного имплантанта. К сожалению, восстановить его не удастся. Есть предположение, что наемник принадлежал к касте «бессмертных». Почему он решился на столь отчаянный шаг? Твоя смерть посвященным ничего не дает. В ней заинтересованы только воины Тьмы. Вопросов больше, чем ответов.
— Хочешь сказать, элита Великого Координатора нигде не числится? — уточнил русич.
— Это самое разумное объяснение, — вымолвил старик. — Либо…
Тасконец тяжело вздохнул и посмотрел в окно.
Лимузины уже ехали по центральным улицам Фланкии. Минут через пятнадцать они достигнут здания правительства. Пауза несколько затянулась. Землянин терпеливо ждал. Если Аргус начал фразу, он обязательно ее закончит.
— Либо, — продолжил генерал, — кто-то получил доступ к базе данных. Уничтожить сведения о человеке непросто, но отбрасывать такой вариант, я не имею права. В свете последних событий даже самые немыслимые версии могут осуществиться. Противник находится где-то рядом во властных структурах и занимает очень высокую должность.
— Диктатор был пунктуален, — заметил Храбров. — Двести лет безграничного могущества отразились на его личности. Великий Координатор уверовал в собственную непогрешимость. Скрывать какую-либо информацию тиран не считал нужным. В секретных программах работало довольно много людей.
— Тем не менее, мы не задержали ни одного «бессмертного», — произнес Байлот.
— А если кто-то опередил тебя, — предположил Олесь. — Он первым добрался до банка данных, расшифровал его, извлек все ценные сведения, а затем уничтожил их.
— Такая мысль мне в голову не приходила, — задумчиво проговорил Аргус. — Пять лет назад мы практически сразу взяли под контроль главный компьютер. Но твои слова зародили в моей душе сомнения. Многое становится понятным и объяснимым. Человек, завладевший полным списком посвященных, в кратчайшие сроки способен создать мощную подпольную организацию. В ней, наверняка, сотни тысяч аланцев. Обладая значительной властью, мерзавец продвигает их на ответственные посты. Его люди повсюду: в армии, полиции, на космических доках, на военных предприятия. Устроить массовый саботаж не составляет ни малейшего труда.
— Паук создал новую паутину, — вставил русич. — Она опутала всю планету. Кто сейчас управляет Аланом — большой вопрос. В любой момент может вспыхнуть новое восстание.
— И сдерживает воина Тьмы только одно, — догадался генерал, — звездный флот! Это главная сила Союза. В считанные часы корабли доставят с Тасконы огромную армию. В случае необходимости крейсера сравняют с землей десятки городов. Вот почему в Совете появилось предложение о введение гражданской администрации на боевых станциях. Противник хочет ослабить военное командование. Опасения Сорвила не напрасны. Мы устроим доскональную проверку высокопоставленных чиновников. Нанесем удар первыми.