Вторжение
Шрифт:
– Индрак бьет!!! – пророкотал в ответ гигант, отбрасывая кувалду и молотя по воздуху узловатыми кулачищами. – Индрак не боится шаманства!!!
Невидимый противник явно не ожидал такой неистовой самообороны – один из ударов Индрака что-то задел почти сразу же. Костяшки пальцев окрасились кровью, а на земле прямо из ниоткуда объявился человек.
Какой-то чахлый хлюпик в оранжевом плаще.
Паладины разметали плотную шеренгу ревенантов, и взору лода Гвэйдеона открылся противно улыбающийся колдун в красном
– Хе-е!.. – осклабился колдун, потирая сухонькие ладошки. – Так вот они вы какие, серебряные латники! Вижу, вижу, не приврал Скайлер!..
Лод Гвэйдеон ничего не ответил. Нет смысла тратить время на разговор с колдуном. Он просто наклонил лэнс и пустил Гордого галопом, собираясь насадить серого на копье, как муху на булавку.
– Во имя Добра, я нападаю!!!
– Восстань, Косой!.. – приказал колдун, отшатываясь назад.
Почву прорвало, словно на поверхность пробилась крупная кротовина. Прямо из-под земли вылетел белоснежный скелет с необычайно длинными руками и свернутым набок черепом. Похоже, этот костяк не обладал привлекательной внешностью и при жизни.
Но прыжок, который он совершил, сделал бы честь даже блохе! Уродец разинул пасть, налетая на лода Гвэйдеона сверху. Удлиненные зубы вцепились в плечо, безуспешно пытаясь прогрызть кереф, когтистые пальцы-костяшки зацарапали по шлему.
Паладину невольно вспомнились гиббоны-вампиры, водящиеся в джунглях Каабара.
Резкий взмах! Правая ладонь лода Гвэйдеона по-прежнему крепко сжимает лэнс. Левая же выхватывает длинный гольбейн, с силой ударяя прямо в череп назойливому скелету. Наземь сыплются костяные осколки. Колдовская тварь скрежещет и заваливается набок, хватка ослабевает. Рука в латной перчатке отшвыривает обезглавленный скелет прочь.
Даже не снизив скорости, лод Гвэйдеон пронесся мимо колдуна и описал широкую дугу, готовясь к новому заходу. Колдун же использовал эти секунды, чтобы скороговоркой пробормотать заклинание. Увидев повторную смерть призванной нежити и несущегося во весь опор паладина, он торопливо вскинул ладони и зашипел:
– Костяные Колья!..
Гордый жалобно закричал, грохаясь оземь. Из-под земли вынеслись десятки тонких насеченных пик, похожие на человеческие позвоночники. Одна вошла несчастному коню под ложечку, высунувшись в районе лопатки. Многоголосое ржание, донесшееся сзади, возвестило, что Гордый – не единственная жертва.
Лод Гвэйдеон с силой метнул лэнс, приподнимаясь в стременах, и тут же вылетел из седла, отпрыгивая в сторону. Все это заняло какую-то долю секунды – тяжелораненый конь еще не успел упасть на землю, а его хозяин уже вскочил на ноги, со свистом вынося из-за спины Белый Меч.
Копье пронзило колдуну только плечо – он даже не упал, каким-то чудом удержав равновесие. Однако в следующий миг подлетевший паладин страшным ударом рассек ему голову, смахнув наискось полчерепа.
– Пречистая Дева, твоим именем!.. – возгласил лод Гвэйдеон,
Фуа-а-а-а-а-а-а-а-а!!! Серых пикинеров растолкало в стороны, как будто сквозь них пронесся невидимый поезд. Колонна Железного Воздуха, исторгнутая Креолом, разметала вражеских солдат по полю, освобождая магу проход к наконец найденной цели – сильному колдуну.
– А, всего лишь красный… – несколько разочарованно покривился Креол, глядя на колдуна-генерала. – Я-то думал – серый…
– Серых плащей здесь нет, если ты это имеешь в виду, – донеслось из-под капюшона. Горран Ледяной Меч взмахом руки отогнал прочь солдат – в поединке заклинаний они ему только помешают. – Но из красных плащей я – сильнейший.
– Да мне наплевать, – зевнул Креол, выдергивая из подпространственного кармана черный посох.
В битве под Владекой он почти не использовал свой драгоценный артефакт – его почти полностью заполнила Длань Нергала. Обсидиановому посоху предстояло играть роль мага-«болвана», а это требовало значительной подготовки.
Но теперь, когда ритуал успешно проведен, многофункциональный артефакт вновь свободен… хотя нет, не свободен, совсем не свободен! До краев заполнен разнообразнейшими заклинаниями на любой случай!
Пусть-ка этот колдун попробует ему что-нибудь противопоставить!
– Я хочу задать тебе вопрос, – внимательно посмотрел на Креола Горран. – Повелитель Ригеллион… его убил ты?
– Не знаю. Ригеллион – это кто?
– Четвертый Маршал Серой Земли, двенадцатый в Совете Двенадцати, Ригеллион Одноглазый! – зло перечислил Горран.
– А, ваш одноглазый маршал… – протянул Креол. – Я, да. А что, нельзя было?
– Ты убил повелителя Ригеллиона и даже не запомнил его имени?.. – тихо процедил Горран.
– Я не запоминаю имена тех, кого убиваю, – холодно ответил Креол. – Я их даже не считаю.
– Хорошо. Мое имя – Горран Ледяной Меч.
– Я же сказал – я не запоминаю…
– Это для другого. Когда владыка Нергал спросит, кто отправил тебя в его царство, скажешь – Горран Ледяной Меч. Понял?
Креол удивленно моргнул. Он никак не ожидал услышать здесь имя шумерского бога мертвых.
Хотя ничего странного, если подумать. Ведь сейчас Нергал Месламтеа повелевает Мертвым Царством Лэнга, а демоны Лэнга – боги Серой Земли.
– Ты слышал, что я сказал?! – сжал челюсти Горран.
– Посмотри на меня очень внимательно, – усмехнулся вместо ответа Креол, поднимая посох. – Больше ты ничего в жизни не увидишь.
Логмир задумчиво взвесил в ладонях катаны. Он и раньше встречался с противниками, тоже использующими два клинка. Но обычно в таких случаях один из них короче другого. Например, ларийские бретеры кроме шпаги часто применяют еще и дагу – длинный кинжал для блокирования ударов. А в султанатах Закатона нередко можно увидеть мечника, дерущегося катаной и вакидзаси.