Вторжение
Шрифт:
Его размышления прервал негромкий стук. Он обернулся – на полу лежала длинная палка с загнутым концом. Забавно, и это тоже – оружие? Иленев нагнулся и прикоснулся к странному предмету…
…Слова рождались в глубине его сознания… Странно, язык был ему незнаком, а смысл произносимых слов ясен и прозрачен. И каждое слово было наполнено силой, и звуки их сплетались в замысловатый узор, и пространство вокруг искрилось и содрогалось до самых основ мирозданья…
Он неуверенно держал в руках… нет, это не просто палка, и даже не боевой шест. Скорее всего, это посох. Да, черт возьми, именно магический посох! Никогда не думал, что этот
– Приветствую тебя, воин-маг, – на этот раз гном был чрезвычайно серьезных. Очевидно, он не был великим знатоком в области магических сил, вызывающих у него невольное уважение. Другое дело – обычные клинки и доспехи – сталь, дерево, кожа и кость. Просто, понятно и честно. А все эти практики и превращения энергий – это увольте. Гном пожевал губами и продолжил:
– Это посох великой царицы Иштар. Как ее только не называли – богиня, колдунья, ведьма… Слова не меняют сути – она была наделена невероятной магической силой. А посох этот держали в руках Соломон, Моисей, Будда, Конфуций. Могущество его беспредельно, но воспользоваться им может только могучий, и, главное, достойный маг. Если же посох выбрал тебя, я преклоняюсь перед твоей силой, – и гном склонил голову.
Оглядевшись, Иленев накинул взятый с полки длинный плащ с капюшоном.
– Возьми хотя бы это, – гном протянул новоиспеченному магу короткий кинжал, который тот небрежно сунул за пояс, – даже магу может понадобиться добрая сталь.
А Коржавин давно знал, что ищет, его как магнитом тянуло в сторону. Он шел, но не чувствовал никакого внутреннего призыва, бесконечное разнообразие боевого железа вокруг вызывало скорее раздражение. Наверное, потому, что оно все какое-то… простое, что ли. Наконец он увидел медленно выступающую из-за дымки уходящую в высоту стену, подчеркивающую невероятные размеры этого поразительного арсенала.
Подойдя вплотную к стене, полковник положил ладонь на сухую прохладную гранитную поверхность, отполированную до блеска. Это сколько же усилий потребовалось для обработки такого зала?! Ну, ладно, это все здорово, а что же так влекло именно сюда. Коржавин огляделся, на ближайших полках лежали ничем не примечательные секиры разнообразных форм и размеров. Странно, его никогда не привлекала эстетика боя с использованием тяжелого рубящего оружия, будь то секира, топор или даже двуручный меч. В этом, знаете ли, есть что-то мясницкое, примитивное. Он взвесил в руках короткую секиру, пару раз взмахнул и бросил на место. И что дальше? Он огляделся и замер. Вот это да!
Из монолитной гранитной стены торчал ничем не примечательный меч, вонзенный практически по самую рукоять. Ну, милостивые государи, это просто эпическая легенда. Наверное, сейчас надо будет поднапрячься и вытащить клинок из каменного плена. Что же, вроде бы природа силушкой не обидела.
Коржавин ухватился за рукоять, напряг и расслабил мускулы и дернул изо всех сил…
Удержаться на ногах не удалось – меч вылетел из гранитных тисков, словно из масла, полковник, не выпустив оружие из рук, покатился по твердому полу. Он быстро поднялся и оглянулся по сторонам – не видел ли кто-нибудь его позорной попытки. Тоже мне, сказочный герой… И конечно же, гном, как назло, оказался рядом. Коржавин насупился, но на лице оружейника не было ничего похожего на ухмылку. Наоборот, ехидный карлик согнулся
– Я благодарю судьбу, благородный сэр, что дожил до встречи с вами.
– Вольно, – автоматически пробормотал Коржавин и тот час же подумал, что это могло прозвучать как насмешка.
Но гном склонился еще ниже.
– Я должен все объяснить вам, благородный сэр. В ваших руках – величайшее оружие всех времен и народов. Это Экскалибур, он же Меч-Кладенец, он же Коготь Дракона. Он принадлежал только великим воинам и правителям. И он всегда сам выбирает себе хозяина. На нем не наложено никаких заклятий, он выше их, он сам заклятье самой могучей, изначальной магии. Для него нет границ, нет преград и нет сомнений. Это высшее оружие.
Коржавин с сомнением посмотрел на меч. Неплохо сбалансирован, чувствуется, что хорошая сталь, заточка первоклассная, но во все остальное верится как-то с трудом. Разумеется, кто же откажется узнать, что он на самом деле великий правитель. Правде с такими мыслями прямая дорога не в роскошный дворец, а в иные, не столь привлекательные места.
– Я понимаю ваши сомнения, благородный сэр, – продолжал оружейник, ставший неожиданно галантным и любезным, – но очень скоро вы сами в этом убедитесь.
– Превосходно, друг мой, – Коржавин невольно копировал интонации гнома, – буду с нетерпением ожидать проявления необыкновенных свойств этой железяки. А теперь, нельзя ли мне получить остальные элементы экипировки?
– Все, что угодно, благородный сэр. Я осмелился подготовить сам вот это, – оружейник метнулся к стеллажу, залез внутрь с головой, немного покопался и вытащил прозрачный пакет с вещами, – прошу вас.
Коржавин разорвал тонкий пластик и обнаружил внутри полный защитный комплект индивидуальной защиты "Броненосец-М", а именно: керамопластовая куртка с усиленными накладками на плечах и предплечьях, налокотники, наколенники и легкий шлем с прозрачным забралом. Плюс ботинки с рифленой подошвой, плюс тонкие перчатки и многофункциональный нож "НС-4". Полковник одобрительно кивнул головой:
– Годится.
Гном просиял:
– Благодарю вас, благородный сэр. Приказывайте, я повинуюсь.
– Это похвально. Экипировка окончена, пора на базу. Одним словом, дружище, не пора ли нам вернуться к нашей прекрасной хозяйке Артемиде?
XIV
– И как вам нравится это местечко?
Несмотря на то, что никто не проронил ни слова, ответ был очевиден – Маркиз Оже глубоко вздохнул, Штильман хитро усмехнулся, Крааль Орт потупился, Петровский увлеченно оценивал форму и цвет своих ногтей, а Рождер отвел взгляд. Только Штольц стоял невозмутимо, его было очень трудно вынудить на демонстрацию собственных эмоций. А Дигги Мар усиленно делал вид, что все происходящее его вообще не касается.
Причина такой реакции была вполне понятна. Если к виду холмов, поросших красной жесткой травой, все более или менее привыкли, а пустынник Крааль Орт считал их очень даже милым и комфортабельном местом, что, в общем-то, неудивительно, особенно после песков Великой Пустыни, то висящее в воздухе образование, вызывающее устойчивые ассоциации с черной дырой, вызывало естественное отторжение.
– Понятно, – вздохнул Сергей, – взрыва энтузиазма почему-то не наблюдается.
– Прошу прощения, Мессир, – ответил за всех Штольц, – вы уверены, что мы должны войти именно сюда.