Выбор ведьмы
Шрифт:
— И тебя оттуда выкинули — причем без шкуры, — «макнула» ее Криза, хоть и не в прямом смысле слова.
— Это все белобрысая толстая ведьма! — пробурчала царевна — ей вдруг показалось, что она снова видит разъяренную физиономию «белобрысой толстой» — да еще прямо перед собственным носом! Она испуганно моргнула… и облегченно перевела дух — показалось!
— Хватит желудок набивать — несварение будет. Ну конечно: нужное всегда в последнем горшке! Здра-а-авствуйте, Сэрвару-ямм! — удовлетворенно объявила Криза, поднимая последнюю крышку. — Вас хочет видеть Владычица!
— Вы…
— А это уж как у вас с Владычицей сложится, — философски заметила Криза. — Может, спасти, а может… Берись! — хватаясь за ручку котла с рогатым слугой Табити, скомандовала она.
— Я девушка! — возмутилась царевна. — Я не могу такие тяжести таскать!
— А я кто? Я могу?
— А ты драконица!
— Только что я была человечка, — напомнила Криза. — И вот забавно — буду до самого утра! Берись, говорю!
— Я сам поползу, — слабо отозвался из чана Сэрвару-ямм.
— Сиди тихо! — совершенно по-драконьи зашипела на него Криза. — Даже короткокрылые новички в страже не выпустят заключенного из тюрьмы Водного! Даже с чешуйкой Владычицы!
— Мы сказали, что за мороженым идем! Водный его Владычице обещал! — радостно квакнула царевна.
— Великий Водный! — оборвала ее Криза. — Да, надо ж замаскировать! — Она наклонила чан с мороженым, и подтаявшая белая масса шлепнулась на Сэрвару-ямм. Из чана раздался сдавленный вопль. — Тихо, сказала! Рога спрячь! Скорее, пока нас никто тут… — начала она и вдруг замерла с крышкой в руках. — Поздно, идут!
— Кто идет? — царевна-лягушка изумилась так искренне, будто была в собственной спальне.
— Кто может тут ходить, кроме Великого Водного? Этот всегда появляется в самый подходящий… для себя… момент! Вряд ли он нам обрадуется, и никакая чешуйка Владычицы… — торопливо бормочущая Криза невольно сделала шаг назад, словно уже отступая от разъяренного Великого…
Оказавшаяся у нее за спиной царевна-лягушка тоже попятилась, зацепилась за чан с выглядывающим из него Сэрвару-ямм, чтоб не упасть, ухватилась за рога змея… Сэрвару-ямм зашипел… Словно из пустоты рядом материализовалась светловолосая ведьма. Толчок… без единого квака царевна-лягушка опрокинулась в чан с рогатым змеем и мороженым. Только ноги взбрыкнули. Танька исчезла.
— Сэрвару-ямм, мы вас потом заберем! — в тот же момент бросила через плечо Криза и не глядя захлопнула крышку, вколотив царевну внутрь. Толкнула чан к другим…
— Кого я вижу! — протянул ленивый голос. — Снова эта получеловечка?
Явление второе: полузмеица и змеи
Криза замерла, опираясь обеими руками на крышку, торопливо поискала взглядом царевну-лягушку. На лице ее на миг отразилась растерянность, но стоило ей обернуться к вновь прибывшим, и лицо ее и голос стали совершенно спокойны.
— Кого я слышу! — подхватила она. — Татльзвум Ка Рийо! Все в той же компании! Клянусь папой, вы вездесущи, будто не драконы, а духи бестелесные! Как вы мимо стражи просочились?
— Какие-то Мин не осмелились
Елеафам, держащий на весу здоровенный котел, смущенно покосился на Шена.
— У вас что, так и не отняли чешуйку Владычицы? Действительно не отняли? — удивилась Криза.
— Как бы ее отняли, если Владычица о ней не знает? — залихватски выпалил Тат. — Шен ее еще давно у Айта стащил, специально на такой случай! Правда, Шен? У всех Великих кроме собственных, оказывается, еще Матушкины чешуйки хранятся!
Шен поглядел на Тата с выражением кровожадной безнадежности. Это называется: дать бы тебе по башке, да боюсь, она не только снаружи, но и изнутри бронированная — к мозгам не пробиться.
— Даже если и правда, вовсе не обязательно пересказывать мои слова каждой встречной… не в обиду кирие Иппокризии сказано! — Шен коротко поклонился Кризе. — Особенно когда встречаешься в тюрьме.
— Ты осторожный, будто земляной, а не воздушный! Кому получеловечка расскажет? — отмахнулся Тат и самоуверенно добавил: — Не осмелится! Так, кто нам здесь нужен… — он по-хозяйски направился к чанам с пленниками. — О, глядите! Эти четверо тут! — он кивнул на опутанных паутиной наемников. — И как раз еще один пустой чан. — Он открыл крышку на принесенном Кризой чане. — Давайте их тоже заберем, а то эти человеческие наемники меня в лицо знают.
— Не влезут, — буркнул Елеафам.
— Целиком не влезут, а кусками… — начал Тат и обернулся на грохот — Елеафам шмякнул принесенный чан на пол. Тат с изумлением посмотрел на красного от гнева приятеля — вокруг Елеафама мерцали огненные искры. — Ты чего? Думаешь, этих человечков еще как-то использовать можно? — он покачал головой. — Я и раньше не понимал, зачем они нужны. Видел я их огнестрельное оружие в деле. Разве в нем огонь? Огонь в огненных драконах! — он горделиво выпрямился.
— Если не понимал, зачем нанимал? — голос Шена как всегда был холоден, точно стылый осенний сквозняк.
— Чен-Тан просил!
— У Чен-Тан Луна была собственная человеческая гвардия, которой он заменил стражей воеводы Зитирона. Зачем ему еще просить тебя?
— Я откуда знаю? Он мне записку прислал, чтоб я встретился с этими наемниками и задаток им передал. Из-за него они теперь меня знают! — обиженно напомнил Тат.
— А почерк… почерк в записке был его? — задумчиво спросил Шен.
— Напечатана она была! На машинке.
— Чен-Тан терпеть не мог человеческой техники — почти так же сильно, как Великий Грэйл Глаурунг, — покачал головой Елеафам.
— Печатная машинка у человеков уже техникой не считается. Магнитофоном же Чен-Тан пользовался, — возразил Шен. — Когда это было?
— Когда я в человеческий мир ходил, за первой партией оружия для мертволесского союзничка. Помнишь?
— Не помню, — еще холоднее обронил Шен. — Я еще в ваших делах не участвовал. Ты со мной заговорил, только когда Айтвараса Жалтиса в человеческом мире ранили и вы со слугой Прикованного смогли его захватить.
— Я бы с ним и так справился — сам! И плевать, раненый он или здоровый!