Выбор, Вербовой Александр (Sodin)

Выбор

на обложку

Вербовой Александр

Шрифт:

Глубоко в душе он, пожалуй, воспринимал их как младших братьев, хотя все они по возрасту были старше самого юноши. Но он все никак не мог переключиться и начать воспринимать вольных, в качестве самостоятельных взрослых личностей. Это при том, что самому командиру жалких остатков того, что он когда-то громко назвал Легионом, недавно исполнилось восемнадцать.

У орденцев были весьма странные имена, больше похожие на клички: Краб, Башня и Рассвет. Настоящих своих имен они не помнили, а новые получили от Леда около сотни дней назад в честь событий, пробудивших их, ушедшие в себя сознания, от спячки. Память и самоосознание они потеряли в крепости целителей, расположенной посреди страшной пустыни и являющейся, по сути, каторгой. Ее узники добывали магические кристаллы для одного из самых могущественных орденов храмовых магов. Теперь там гуляет ветер, а саму эту крепость, наверняка, занесло песком по самые купола храма.

Среди вольных самым старшим выглядел Башня. На вид ему было лет сорок пять. Аккуратно подстриженная борода отличала его от всех остальных в отряде, включая и первую тройку. Его одежду составлял коричневый походный костюм и короткий синий плащ с капюшоном, из-под которого сейчас виднелся только кончик бороды.

Рассвет был самым молодым, не старше двадцати пяти лет и щеголял в черном кожаном костюме с плотной дубленой курткой. На голове его красовалась небольшая остроконечная шляпа с промокшим и оттого обвисшим ярким пером.

Скромнее всех оказался наряд Башни. Выглядел он лет на тридцать и одет был почти так же как маг, едущий впереди. Только цвет его длинного плаща-перевертыша был темно-зеленым с тыльной стороны и пепельно-рыжим с изнанки. Или правильнее сказать — цвета выгоревшей травы?

Вот уже целый час все ехали молча. Несмотря на погоду и вынужденную монотонность неторопливого шага лошадей, настроение у всех было приподнятое. Опасности остались позади. Даже эта недружелюбная степь постепенно убегала им за спины, так и не преподнеся неприятных сюрпризов, кроме необходимости ночевать под открытым небом без костра, лишь укрывшись парой плащей.

Впереди предстояла новая жизнь в столице самого могущественного королевства на континенте. Хотя при этом и самого маленького. До него, конечно, еще предстояло

добраться, но это была сущая ерунда в сравнении с тем, что им уже пришлось преодолеть совсем недавно.

Хотя у командира отряда порой мелькали тревожные мысли. Но связаны они были вовсе не с возможными опасностями.

"Как начать разговор с Мирой, когда я ее разыщу? В родных стенах она может стать совсем несговорчивой. Ведь даже в самых глухих и диких местах она почему-то хранила верность своему жениху. Пусть и несколько странно, но все-таки. Как завоевать сердце этой вздорной тримской девушки? Может дуэль? Но если ее жених из знатного рода, то он легко может отказаться от поединка со мной. Да и Мире такой подход к решению проблем точно не понравиться. Даже я предпочитаю оставить кровопролития в прошлом. В этом сражении холодная сталь может только навредить".

– Бат, а как в Триме с дуэлями?
– все таки решил уточнить юноша у осведомленного в светских делах князя.

– Никак. Смерть во время поединка считается обычным убийством, еще и с отягчающими. Так что любители выяснять отношения на мечах там давно перевелись. Пожизненно наблюдать факел надсмотрщика, вместо солнечного света и есть баланду желающих мало.

– Жаль.

– Ищешь легких путей к сердцу своей красавицы?
– усмехнулся князь.

– А чем плохи легкие пути?
– вмешался маг.
– Лучше радуйся, князь. Или ты предпочитаешь что-то позатейлевее? Так Леда приключения сами находят. Мало тебе было арзарумских разборок?

– Я? Да упаси меня святые, - очень натурально замотал головой Бат.
– Но в одном мне с тобой сложно не согласится. Лед все равно выберет для нас что-то позабористее, ну или оно выберет Леда. Потому я и удивлен, что он ищет простые решения. А не сразу государственный переворот, например.