Выбор

Бранд Алекс

– Почему ты отказываешься, ведь мы подруги? И мы такое раньше делали, ещё в школе, помнишь?

– Нет, не проси меня, Сан, я... Нет. И ты в это не лезь. Тебе не рассказали разве, какие слухи ходят? Держись от него подальше.

Да, слухи дошли и до меня. Мы все сбежали от толпы, нам позвонили из полиции, все уселись в автомобили. Я хотела зайти к Грифитсам, убедиться, что они уезжают, что Белла в порядке, но... Убедила себя, что не надо, что все будет хорошо, ибо иначе быть не может. Я быстро привыкла молчать и ни с кем не говорить. Слухи... Грифитсов никто не предупредил и их все бросили, кроме Трамбалов. Да, Джил, я знаю. Ты заставила отца повернуть

автомобиль, и вы были с ними. А я промолчала... Никто ничего толком не видел, все, кто были в доме, молчат или отрицают. Но все говорят, что Клайд вышел один против толпы, бросил вызов и убил противника голыми руками. Да, все это я слышала, Бертина могла не напоминать. И ваш таинственный отъезд, никто не знал, куда и почему. Что потом началось в нашем маленьком Ликурге... Вошли войска, приехало множество чиновников с каменными лицами, фабрики закрыли для расследования. Людей арестовывали десятками, куда-то увозили. Вы знаете, что мертвой нашли некую Марту Бордалу? Она с вашей фабрики, ей перерезали горло прямо в ее доме. Вижу, что не знаете. Страх. Страх вошёл в Ликург, и виной всему - Алистер и я. Кровь, огонь, смерть. И я решила - хорошо же, все отказались, бросили меня, я одна. Я все сделаю сама. Я должна попытаться узнать правду. Почему все произошло вот так? И если разгадка лежит за пределами нашего понимания, за границами нашего мира, пусть. Я знаю, что можно попробовать сделать.

Дверь в мою комнату заперта, занавески задернуты. Все, как в моем видении. Горят две свечи. Медленно сажусь в кресло, смотрю на то, что лежит передо мной на низком широком столике. Я хорошо помню, что надо делать. Закрываю глаза на несколько мгновений, вдруг захотелось прочитать какую-нибудь молитву. Усмехнулась уголком рта, нет, Сан, это точно сейчас не к месту. Ладони осторожно ложатся на небольшой отполированный деревянный треугольник, кончики пальцев медленно погладили его прохладную поверхность. Обвела взглядом стены, задернутые занавески. Дрожащий огонь свечей бросает тени на углы и потолок, вдруг показалось, что там, в дальнем углу комнаты, что-то быстро промелькнуло. Руки дёрнулись и пальцы потеряли треугольник, подумала, может, бросить эту затею? Нет! Внезапно пришла решимость пойти до конца, я Сондра Финчли! Меня никто никогда не мог упрекнуть в подлости или трусости! И я узнаю! Узнаю! Глаза впились в лежащую передо мной доску Уиджи, ладони твердо легли на треугольник. Тихий шепот.

– Здесь есть духи?

Тишина. Ни звука. Ни дуновения. Пламя свечей вдруг перестало дрожать, вытянулось вверх, как будто в комнате прекратилось всякое движение воздуха. Что-то сгустилось вокруг, словно давит. Краем глаза слежу за свечами, не задрожат ли снова огоньки... Не подует ли ветер... Я плохо знаю признаки присутствия духов, вроде, они могут задуть свечу в знак своего появления. Или наоборот... Пытаюсь вспомнить, как мы это делали вечерами в пансионе... Только сейчас - не игра. И тот, кто придет, не будет настроен отвечать на безобидные девичьи вопросы. Треугольник под пальцами слегка дрогнул? Или это я? Непонятно. Снова подумала о том, как глупо и нелепо я сейчас выгляжу, с этими свечками, с этой детской доской, купленной за восемь долларов в магазине игрушек.

Дуновение. Изломанные тени заплясали, бросая черные мазки на поблескивающую в неверном свете доску, на буквы и цифры. Сердце замерло... И понеслось вскачь, планшетка с шелестом дернулась и застыла на ''да''. Во рту пересохло, хочу глоток воды, вот стакан. Но нельзя оставлять указатель, терпи. С трудом заставляю себя спросить дальше, выполняя ритуал вступления в контакт.

– Кто ты?

Несколько мучительных мгновений безмолвия, пламя свечей

с громким треском задрожалo, я испугалась, что сейчас погаснет. Быстрый шелест полированного дерева. Глаза отчаянно следят за отмечаемыми буквами, стараясь не упустить, успеть... Я успела. Стиснула зубы.

К-Л-А-Й-Д

Прикрыла глаза, пальцы судорожно сжались, как будто их ударило током от этого имени. Это Клайд. Значит, я права, и тот, кто сейчас с Робертой - другой. Возьми себя в руки, Сан. Спрашивай дальше. Что... Что спросить?

– Ты мертв?

Я не успела договорить, указатель яростно метнулся и вонзился в ''нет''. Даже сквозь равнодушное дерево я почувствовала вспышку злобы, с которой дернуло мои руки. Вдруг глухо заныл шов на ладони, странно, я не ударилась ни обо что. Но надо спрашивать ещё, если я хочу что-то узнать...

– Кто с Робертой?

Злоба. Темная клокочущая злоба. Иначе не назвать то, с какой убийственной быстротой и точностью движется указатель.

Ч-У-Ж-О-Й

В-Р-А-Г

П-О-М-О-Г-И

Наверное, надо что-то делать, всполошиться... Две недели назад я так бы и сделала. Сейчас же... После первого страха мной овладело странное спокойствие. Зачем бежать? Я ведь хочу разобраться? И я хочу знать, Клайд... Такое не происходит просто так. Скажи мне...

– Почему ты здесь? Почему с Робертой другой?

Пальцы ждут. Я жду. Тишина. Молчание. Указатель мертв.

– Почему ты молчишь?

Ладонь ноет все сильнее, вдруг почувствовала, что повязка становится влажной. Кровь? Оставляю одну руку на планшетке, быстро смотрю. Да, на чистом белом бинте расплывается блестящее красное пятно. Я растерянно смотрю на него, не зная, что делать. В тишине комнаты тихо прозвучал хрипловатый голос.

– Не клади ладонь обратно, девочка.

Вздрогнув, выпрямилась, сердце дало перебой, стало по-настоящему страшно. Кто здесь? Где? Никого нет. В дальнем углу тьма стала более густой, голос шел оттуда? Негромкий смешок.

– Не пытайся меня разглядеть, твои глаза слишком слабы.

– Кто ты? И где Клайд? Это ты не даешь ему говорить со мной?

Я почти спокойна, со мной говорят и ничего плохого не происходит. Только вот эта кровь...

– Почему не класть ладонь обратно?

– Ты узнаешь, почему. У нас мало времени и я не могу долго с тобой говорить.

– Но скажи хотя бы, кто ты?

Молчание. Что все это значит? И что мне делать дальше? Ждать? Снова посмотрела на перебинтованную ладонь, на алое пятно. Осторожно убрала руку подальше от доски и указателя, почему-то стало не по себе от того, что на них может упасть капля моей крови. Что теперь? Клайд молчит. Почему? Я спросила, отчего он здесь и почему с Робертой другой. Злоба. Клайд источает злобу. Этот другой завладел его телом, почему?

В комнате вдруг заметно посветлело, словно в дальнем углу открылось окно. Или небольшая дверь. Медленно подхожу к ней, да, это грубо сбитая дощатая дверь, и она приоткрыта. Не веря глазам, осторожно касаюсь неровного дерева, дверь скрипнула, приоткрывшись. Оглянулась, вижу свою знакомую до мелочей комнату, снова поворачиваюсь к двери... Она все ещё на месте. Я сплю? Чуть пожимаю плечами, мне уже не страшно, проснулось любопытство. Что за дверью, рискнуть выйти? Потихоньку выглядываю наружу, ожидая увидеть Уикиги-авеню с высоты второго этажа, особняк Крэнстонов напротив... А вижу...