Выпьем... "За любовь!"
Шрифт:
– Что будем делать? – спрашиваю у неё, больше из любопытства.
– Предлагаю вот что, я буду на Вас работать, но только распоряжения Вашего зама для меня не закон.
– Ирма, Вы думаете, меня это устроит?
– Вы представляете, какие он может давать распоряжения в своём желании затащить меня в постель?
– Нет.
– Так я Вас просвещу. Сначала всё будет невинно, он пару раз предложит довезти меня домой. Получив мой отказ, завалит работой, лишая меня свободного времени. Это будет по схеме: «Так не доставайся же ты никому!» И когда я, загнанная, как лошадь, совершу ошибку, он Вас в неё ткнёт и заявит, посмотри какая у нас
– Что ж, логично. А как же я? Или другие сотрудники? Мы для Вас не представляем опасность?
– Нет. В частности, Вы - весьма счастливый семьянин. У Вас на пальце кольцо, на столе портрет жены. И взгляд у Вас не озабоченный.
– Ваши умения анализировать, строить перспективы дальнейшего развития событий, впечатляют. Что ж, Ирма, я соглашусь на Выше условие, однако, и Вы пойдите на уступки.
– Какие?
– Надеюсь, я больше не увижу это платье и эти жуткие туфли?
– Обещаю, не увидите, - она встала и протянула руку для рукопожатия.
Я тоже поднялся и, приняв её руку, пояснил:
– У меня небольшая фирма, каждый знает друг друга в лицо. Ко мне можешь обращаться по имени и на «ты».
– Благодарю, но тут у меня свои заморочки. Я на «ты» разговариваю лишь с тем мужчиной, с кем готова разделить постель. Но как Вы понимаете, служебный роман, это последнее, на что я отважусь в этой жизни.
– И всё же, Ирма, я буду с тобой на «ты» и по имени. Не возражаешь?
– Это Ваше полное право. Благодарю за оказанное доверие. Со своей стороны обязуюсь приложить максимум усилий, чтобы Вас не разочаровать. Если позволите, я с завтрашнего дня приступлю к своим обязанностям. А сейчас Вас покину. Мне нужно привести себя в более пристойный вид.
Она впервые улыбнулась, и я выпустил её руку из своей.
Спустя несколько секунд, она покинула мой кабинет.
А уже через несколько дней я оценил её, как хорошего специалиста, настолько хорошего, что через пару лет Ирма стала моим вторым заместителем. С Николая я снял половину обязанностей, передал Ирме. Он сначала возмущался, но потом даже поблагодарил, что условия его труда стали более терпимыми. Ирма же никогда не жаловалась. Хотя последние годы я эксплуатировал её безбожно. Но кто везёт, на том и едут.
***
Подъезжая к «Тихой бухте», я рассуждал, может ли «Ирмочка» и Ирма Игоревна, быть одним и тем же человеком? То есть, конечно же, женщиной. Хотя, как к женщине я к ней не относился. Я вообще не делю сотрудников на женщин и мужчин. К первым с глупостями не пристаю, вторых в баню не зову. Пошлые анекдоты никому не рассказываю. Цветы на восьмое марта женской половине своего коллектива не дарю. Поэтому у меня нет дифференциации по половому признаку. Люди, они и есть люди. Они могут болеть, уходить в отпуск, пусть даже декретный. Все наши взаимоотношения давно прописаны в трудовом кодексе. Нужен больничный – получи. Положен отпуск - бери. Мои сотрудники, не лезут ко мне в душу, а я к ним. Субординация - великая вещь. Она помогает не захламлять мысли чужими проблемами. А быть адекватным и объективным ко всем.
Подъехав к бару «Тихая бухта», я припарковался недалеко от входа и вышел из машины. Неоновая вывеска, пульсируя огоньками, привлекала внимание и порциями света освещала вход, недалеко от которого,
Быстро прошёл мимо них, стараясь не увлечься созерцанием страстного поцелуя. Бар нашёл быстро. У стойки сидели два мужика, о чём-то высоком дискутируя. За стойкой стоял худенький бармен, лет тридцати. Он протирал бокал. Но никакой дамы по близости не было. Я успел обратить внимание, что посетителей немного. Кроме тех, что расположились у стойки, были ещё двое, они сидели в обнимку за дальним столиком. Наверное, уже накидались.
Отогнав сумбурные мысли, подошёл к барной стойке.
– Добрый день, что будете пить? – улыбнувшись, обратился ко мне бармен.
– Вас зовут Лёлик? – уточнил я.
– Да.
– Меня Юрий. Вы мне звонили полчаса назад. Просили приехать. Помните?
Бармен перестал протирать бокал и изменился в лице.
– Ой! Я Вас ждал. Но тут такое дело, Ирмочка минут десять назад ушла с другим. Я её не отпускал, но она была настроена решительно и у меня не было шансов её отвоевать у того красавчика. Я прошу прощение за беспокойство и, что Вас напрасно вытащил из дома. В компенсацию могу предложить любой коктейль за счёт заведения.
– Я не пью за рулём.
– Ещё раз прошу прощение. Позвольте хотя бы предложить Вам кофе?
– Ладно, давайте кофе.
Бармен метнулся, и через мгновение напротив меня стояла белая чашечка с черным горячим напитком. Я сделал пару глотков.
– Лёлик, а Ирмочка часто здесь бывает?
– Раз в неделю точно. Обычно по субботам, как сегодня.
– И что, каждый раз Вы её вот так отправляете домой?
– Обычно нет, - откровенно стал рассказывать бармен, чувствуя за собой вину. – Ирмочка пару раз нуждалась в моей помощи, но тогда я вызывал её подругу. А сегодня не состыковались мы с ней. Три раза звонил, Саша так и не ответила.
– На другие номера быстрого набора Вы не звонили?
– Их не было. Были записаны только «САША» и «Юрий дом».
– Интересно, кто же это такая была?- тихо произнёс я.
Я сделал ещё глоток кофе и уже хотел покинуть это заведение, как услышал радостный возглас Лёлика:
– Ирмочка! Ты вернулась!
Медленно я стал поворачиваться, с опаской ожидая встречи с неизвестностью. Но неизвестность меня не напугала. Хотя сильно удивила.
Ирма! Моя Ирма! То есть, конечно же, Ирма Игоревна. Во всей красе. Да, это была она. И была навеселе. Сбоку её подпирал мужик в той самой кожаной куртке. Он действительно был «красавчиком», как заметил Лёлик. Однако кавалер был в ещё большем подпитии, чем дама. Но в целом их тандем смотрелся органично. Только мужик уж слишком много позволял своим рукам, да и губёнкам тоже. Тискать и лобызать моего зама!? «Этого даже я себе не позволяю!» – невольно вспомнилось мне.
– Лёлик! Я с ним передумала ехать! – частично успокоила меня Ирма, указывая на свой эскорт.
– Детка, ну чего ты? – вымаливал прощение озабоченный в кожаной куртке.
Ирма вырвалась из его хватки и подошла к стойке. Присела рядом, но на меня не обратила внимание. Попросила Лёлика чего-нибудь жиденького, высокоградусного, чтобы привкус несостоявшегося кавалера перебить во рту, после его грубых поцелуев. Кавалер услышал её просьбу, расценил, как полную отставку своей персоне и, поклонившись в пояс, развернулся и, шатаясь, вышел из заведения.