Выпьем... "За любовь!"
Шрифт:
– У тебя важная встреча?
У меня с языка срывалось ей сказать, что у меня закрыта в квартире женщина, к которой я очень хочу вернуться. Но я сказал совсем другое:
– Да, важная. Здесь будем подписывать, на улице, или в кабинет пригласишь?
– Юра, чего ты такой нервный? Я думала, ты приедешь, я тебе ресторан покажу, мы посидим, пообедаем, а уже потом все дела.
– В другой раз в твоём ресторане банкет закатим. Детей пригласим, друзей и отметим наш развод. А сейчас давай брак наш разрушим до основания.
– Всё- всё! Не нервничай.
Полина вошла, я за ней. Уже войдя в ресторан, заметил, с прошлого раза ничего не изменилось. Она не знала, но я уже был здесь. Месяц назад специально приезжал посмотреть, как её дела. Однако придя в ресторан, не стал ей звонить. Гульнул по-тихому и уехал домой.
Полина завела меня в кабинет и предложила присесть. И хотя она указала на кресло рядом со своим столом, я приземлился на диван.
– Где подписывать?
– Юра, это стандартные документы, - извлекла она папку и передала мне, - но может быть, ты их для начала прочтёшь?
– Ручку дай!
Полина встревожено посмотрела на меня, но ручку дала. Расписавшись где было нужно, я встал с дивана.
– Поехали в ЗАГС?
– Юра, подожди! – остановил меня её голос у дверей.
– Что-то ещё?
– Может, всё-таки покушаешь?
– Я сыт… по горло.
В ЗАГСе мы управились быстро. Полина знала к кому подойти и чем именно зарядить процесс. Время, проведённое ею в Москве, не прошло даром. Она обзавелась нужными знакомствами, которые помогли ускорить развод, так что даже не пришлось ждать положенный месяц. Спустя час после подачи документов нам на руки выдали свидетельство о разводе на основании поданного совместного заявления.
Вернувшись в аэропорт, я отправился в кафе и там выпил кофе. Есть не хотел. Хотя должен был хотеть. Было полпятого. На телефоне обнаружил три пропущенных звонка от Ирмы. Звонили так же и с работы. Но перезванивать я никому не стал. Снял телефон с режима «Совещание» и убрал его в карман.
***
Когда подъезжал на такси к своему дому, было темно. Я надеялся вернуться раньше, но вылет самолёта задержали. Поднимаясь по ступеням на третий этаж, моё сердце стало колотиться, как у подростка.
Вытащил ключ из кармана брюк, вставил в замок. Тот факт, что мне пришлось открывать дверь ключом, вызвал трепет в моих мыслях.
По крайней мере, дверь не выломали.
Вошёл в квартиру. Тишина. Даже свет не горел. Ну, кроме дежурного в прихожей. Приятно пахло чистотой. Казалось, все вещи, как после перезагрузки, вроде все на своих местах и, в тоже время, стоят не с тем градусом угла, который был у них ещё утром. Разулся, прошёл на кухню. Там вкусно пахло едой, но кухарочку не обнаружил. Прошёлся по комнатам. Чистота и пустота. Ирмы не было. Я вернулся в прихожую…
– И что дальше? – спросил у себя.
Но себе не ответил.
Мне было не ясно, что делать дальше.
Да и нужно ли было что-либо делать в таких обстоятельствах?
Тоска душила.
Но неожиданно я увидел обувь Ирмы. Она стояла в прихожей.
Ирма лежала в ванной. Мне стало тепло. Как будто я сам окунулся в тёплую воду. Я прикрыл дверь, чтобы тепло не уходило. И замер у дверей. Но спустя несколько секунд Ирма открыла глаза и увидела меня. Конечно, она испугалась. Вскрикнула и бултыхнулась в воде. Пена волной пошла по ванне, и небольшой шапкой выскользнула к моим ногам. Но я смотрел только на Ирму. Синяк, что я ей вчера поставил по неосторожности, тёмным пятном залёг под глазом. Однако он не мог испортить общую красивую картинку. Любуясь Ирмой, я не сразу понял, что она возмущена моим вторжением.
Наверное, это глупо, но я не счел своё поведение наглым. Смотря на эту женщину, мне хотелось нырнуть к ней под пену. Погрузившись в воду, коснуться её тела. Поэтому сейчас её возмущённая речь в мой адрес, это ничто - звук порхания бабочки, против той гневной брани, которую она бы обрушила на меня, реализуй я своё истинное желание. Но когда она поднялась и словно рождающаяся Афродита из морской пены вышла из воды, я совсем окаменел.
«…И лишь над глыбами гранита
Чуть показался рыжий диск,
Из моря вышла Афродита,
Слепя жемчужинами брызг…» (1)
Ирма мне что-то говорила, я не слышал ничего. Даже интонацию не улавливал. Только видел её глаза. Конечно, мне хотелось её всю рассмотреть, хотя бы окинуть взглядом мокрое тело. Но её взгляд глаз самого красивого серо-каре-зелённого цвета, меня пленив, не отпускал.
«Не каждый в этой жизни знает,
Что есть у женщин такой взор,
Который сердце пробивает,
Как дротик, брошенный в упор.
И где б ты не бродил по свету,
И сколько б женщин не любил,
Ты не забудешь встречу эту
И ту, чей взгляд тебя сразил!» (1)
Однако Ирма отвела взгляд и иллюзия разрушилась. Она быстро обернулась полотенцем и ещё раз попыталась меня выпроводить. Моя рука потянулась к внутреннему карману пиджака. Я извлёк паспорт, в нём лежал свёрнутый листок. Развернув его, протянул Ирме свидетельство о разводе. Она его взяла и, прочитав, вернула мне.
– Вы мне можете вразумительно объяснить, где были весь день? Почему не отвечали на мои звонки?
– Ирма, я был в Москве. Оформлял свой развод. Полина давно предлагала развестись, а я всё чего-то ждал. Надеялся, что она вернётся. А зачем? Мы друг другу не нужны. Мы чужие. Нас связывают только взрослые сыновья и совместно нажитое имущество. А быть мужем без жены - глупо и жестоко… Ты бы с женатым связалась?
– Причём здесь я?
– смутившись, ответила Ирма и стала собирать свои вещи. – Пожалуйста, выйдите, мне нужно одеться.
– Одевайся. Но не надейся, что я тебя выпущу из квартиры. Да, кстати, я голоден, как зверь! Ты же меня покормишь?