Вышел зайчик погулять...
Шрифт:
Этот человек появился как будто из другого времени, и было странно, что за его спиной толпятся обычные люди. И тут мы услышали ГОЛОС. Кто-то сердито и гулко кричал, как будто в железную банку:
– Внимание, мотор-р-р-р! Камера пошла-а-а-а!
– А здесь кино снимают, да? – затараторил Мишка. – А можно мы посмотрим? Мы немножечко!
И, не дожидаясь, что там ему ответят, он схватил меня
На Вокзальной улице была зима.
Снег лежал на булыжной мостовой. Зелёные листья деревьев спрятались под снежными шапками. Это было так странно – как будто знакомая улочка рассыпалась на кусочки, на цветные осколки, а потом собралась совсем в другую картинку. Как в мамином старом калейдоскопе.
Вдруг из арки вышла настоящая дама, в белой пушистой шубке и платье до самой земли. Следом выбежал мужчина в распахнутом чёрном пальто. Лицо у него было какое-то злодейское, и я даже испугалась за даму. Он схватил её за руку. Дама вырвалась и что-то сказала. Но что – мы с Мишкой так и не услышали.
– Стоп, стоп! – закричал сердитый голос.
– Это режиссёр, – шепнул мне Мишка.
Кругленький режиссёр, смешно подпрыгивая, бежал по снегу. На его животе топорщился жилет, сшитый как будто из одних карманов.
– Ничего не слышно! – закричал режиссёр, так громко, что с дерева свалился снежный ком и упал ему в карман.
Дама опять что-то тихо сказала.
Злодей, стоящий с ней рядом, крикнул страшным голосом:
– У неё горло болит!!!
– Значит, несите удочку! – скомандовал режиссёр.
– Что же это за кино такое? – удивился Мишка. – Засыпали всё снегом и теперь чего – будут тут рыбу ловить?
Но удочка оказалась длиннющей палкой, на конце которой была какая-то штука, куда режиссёр сказал: «Раз, раз…» – и оказалось, что это – микрофон.
Режиссёр задумчиво огляделся. Лицо его было усталым и мрачным. И тут он заметил меня.
Сначала он смотрел на мою майку с крокодилами и надписью «Улыбайся!». А потом всё выше и выше запрокидывал голову, пока наконец не увидел меня целиком.
И тогда режиссёр улыбнулся.
– О! – сказал он. – Именно тебя мне и не хватало! Подержать сможешь?
Мишка посмотрел на меня с завистью.
Я прошла вперёд, по удивительному, совсем не холодному снегу. Подняла волшебную удочку, которой ловят слова, и сразу всё стало слышно.
– Я люблю вас, Ольга, – воскликнул Злодей. – Вы не можете уйти!
– Нет, вы предали меня, – ответила Ольга очень хриплым голосом.
– Тогда мне остаётся только одно… – и Злодей выхватил пистолет.
Я почувствовала, как мурашки побежали у меня по рукам. Какой ужас! Неужели он сейчас выстрелит?
– И пусть этот звук всю жизнь звучит у вас в ушах… – сказал Злодей.
Он медленно-медленно поднёс пистолет к виску – и все услышали громкий-громкий… ЧИХ!
– Апчхи, – чихнула Ольга.
– Апчхи, –
– А-а-апчхи!!! – И тут я увидела нашу Ветку.
Она бежала к Злодею и Ольге, то ныряя в снег, то выпрыгивая из него, чихая на бегу и грозно мотая ушами.
А потом она подпрыгнула и повисла у него на пальто. От страха Злодей выронил пистолет.
– Кто пустил животное в кадр?! – заорал режиссёр.
И тоже чихнул.
Если вы решили, что тут у моей истории счастливый конец, то вы ошибаетесь.
Пока я нашла, куда положить эту дурацкую удочку, Ветка опять убежала.
– Эх ты, – сказал мне Мишка. – Надо было сразу её хватать.
– А ты что стоял? – обиделась я.
– Я не стоял, – вздохнул Мишка. – Я чихал. Этот снег… от него ужасно в носу чешется.
Так по ненастоящему снегу убежал от нас наш ненастоящий заяц [2] .
«Опасная любовь, или Неожиданное спасенье»
(кадр из фильма)
Солнце жарило так, что мы с Мишкой шипели, как две яичницы на сковородке.
2
Мишка сказал, что в кино часто приходится снимать зиму летом. Для этого делают специальный искусственный снег. На землю сыплют соль, а на деревья – специальную пену. А ещё бывают снегомашины, которые могут устроить настоящую метель.
У нас даже говорить друг с другом не было сил.
Мишка всё время кричал:
– Ветка, Ветка, Ветка, Ветка…
Как будто у него какая-то кнопка заела.
Наверное, прохожие думали, что мы сумасшедшие.
– Слушай, – сказал Мишка, – я знаю, где она! Она к поликлинике побежала.
– Почему? – удивилась я.
– Ну, она же чихала! Её этот… инстинкт должен был туда привести. И потом – там скамеек много, а под скамейками – тень.
У поликлиники Ветки тоже не оказалось.
Мы с Мишкой заглянули под все скамейки – нашли только кота и обёртку от мороженого.
Два бородатых доктора сидели на ступеньках и пили кофе. Белые халаты на них были новенькие и смешно топорщились. Бороды тоже были новенькие – рыжая и коричневая. А вообще они больше походили на десятиклассников. Наверное, стали докторами недавно и теперь ужасно важничали.
И вдруг рыжебородый взял – и вылил свой кофе. Прямо в траву!