Высшая школа... любовников!
Шрифт:
Монахини в храме сказали, что обитель только для тех, кто нуждается в защите Дивины. А молодому столичному щеголю лучше остановиться на постоялом дворе.
Но Марк был так плох после удара темной магией, что не мог стоять на ногах. Кучер выгрузил его из кареты и кое-как дотащил до трактира при храме. Мелочи в карманах хватило, чтобы снять скромный номер, пригласить лекаря и отослать кучера с весточкой в столицу.
Остаток дня Марк провел в забытье, снова и снова переживая унизительные моменты и думая, что теперь делать.
Пистоль
Но плевать на пытки. Герр Майенлифф не допустит, чтобы правда всплыла. Вот кого ему нужно бояться!
Стоило вспомнить о своем покровителе, и зубы у Марка застучали сами собой.
Он провалил дело! Хуже того, пытался заверить Майенлиффа, что особняк уже у него в кулаке. И как теперь выкрутиться, не лишившись головы или другого, не менее ценного, органа?
Может, сбежать?
Марк первым делом схватился за эту мысль. Но тут же откинул ее: куда убежишь с темной меткой, оставленной некромантом? Вот она, видна невооруженным глазом, пульсирует на ладони в одном ритме с сердцем. Ее невозможно удалить или нейтрализовать, если только ты сам не владеешь Темной магией.
Марк не владел.
В горле у виконта пересохло. Хотелось пить. Но это не шикарный столичный отель, где стоит дернуть за сонетку — и милые горничные уже бегут, желая оказать услугу дорогому посетителю.
Пришлось подниматься с кровати, ковылять к дверям и хрипло кричать:
— Эй, трактирщик! Вина!
Комната располагалась на втором этаже. С первого, из общего зала, доносился гул голосов. И, судя по ним, людей было много. На этом постоялом дворе часто останавливались паломники, приезжающие в храм Дивины со всего Альбиона.
— Эй! — Марк раздраженно повысил голос. — Меня кто-то слышит?!
Ему почудилось движение за спиной. Небольшой порыв ветра, принесший с собой запах сырости и плесени. Но Марк помнил, что единственное окно в комнате задраено наглухо грязным, засиженным мухами стеклом.
И все же, чья-то рука опустилась ему на плечо.
Марк тонко взвизгнул.
Вторая ладонь — холодная и костлявая — тут же заткнула ему рот, обрывая крик. Неимоверная сила втянула виконта обратно в комнату и захлопнула дверь.
— Ти-и-ише, мон шер! — прошелестело над головой полуобморочного Марка. — Зачем так кричать?
Тот в ужасе уставился на бесформенное существо, возникшее перед ним.
Не сразу, но до Марка дошло, что это всего лишь мужчина. Очень высокий и очень худой, с непомерно длинными руками, закутанный в черный плащ. Лицо незнакомца скрывала шляпа с широкими полями, из-под которой ало поблескивали глаза.
Незваный гость уселся на единственный колченогий стул, осмотрелся и фыркнул с сильным франкским акцентом:
— Не самое лучшее место для встречи, мон шер.
— В-вы кто? — пролепетал виконт, заикаясь.
Кажется, никогда в жизни
— Ох, забыл представиться, — незнакомец изобразил шутовской поклон. — Мсье Ля Морт к вашим услугам.
Сердце виконта пропустило удар.
Месье Ля Морт — некромант-отступник, приговоренный к смертной казни франкской короной! Его настоящего имени и родословной никто не знает, а прозвище означает Смерть. И, если верить сплетням, это именно он поднял тех самых умертвий на древнем кладбище, которые ранили Вандербильта!
Тогда его не поймали и не смогли доказать причастность. Он бесследно исчез.
А теперь вдруг вернулся?
— Меня прислал наш общий друг, — продолжил гость, — мсье Майенлифф. Вы заставили нас беспокоиться.
— Майенлифф! — облегченно выдохнул Марк.
Значит, его не бросили, ему помогут!
— Да, — Ля Морт поморщился, — вы наследили, мон шер. Придется прибрать за вами. Но сначала, прочтите вот это.
Марк слегка подрагивающей рукой взял протянутый конверт. Тот был не подписан. Но молодой человек и без этого знал, от кого послание. Почерк на самом письме подсказал, что он не ошибся.
Но скупые строчки заставили его оцепенеть.
“Вы провалили важное дело, милорд, — писал Майенлифф. — Но я дам вам шанс реабилитироваться в моих глазах. Избавьтесь от леди Гейбл и заполучите ее особняк. Мне плевать, как вы это сделаете. Даю вам три дня”.
Стоило прочитать, как бумага вспыхнула. Марк испуганно выпустил из рук пылающее письмо. Оно спланировало на грязный пол и буквально в одну секунду рассыпалось пеплом.
— Избавиться от Джулианы? — Марк поднял на гостя жалкий, перепуганный взгляд. — Как я должен от нее избавиться?
Тот широко улыбнулся, от чего под полами шляпы сверкнули белые зубы:
— Ну, отравить не получилось, насколько я знаю, и подчинить тоже. Придется найти новый способ. Более действенный.
— И как я это сделаю? От нее же теперь Тень не отходит! Кто я против него?
— О, об этом не беспокойтесь, мсье. Я возьму Тень на себя.
Ля Морт подался вперед, словно собирался поведать какую-то тайну. Марк напрягся, ощутив, как ему в лицо снова ударило сыростью старого погреба. Запах шел от одежды некроманта.
Алые глаза пугающе блеснули. Некромант загадочно прошептал:
— У нас с мессиром Вандербильтом старые счеты.
50
Чай для гостей Агнешка организовала по всем правилам этикета. Даже нашла вышитые льняные салфетки с монограммой и скатерть, которые доставались только к приходу важных чинов.
Серебряные подносы сияли, натертые мелом и уксусом. Голубой веджвудский фарфор из личного шкафчика леди Бронсон пленял изяществом, серебряное ситечко для чая и молочник, украшенный тройкой танцующих муз, были украшением стола. Агнешка вложила душу в свою работу и была твердо уверена, что ее сервировка затмит чаепитие у самой королевы.