Высшая школа... любовников!
Шрифт:
Если кандидат растекался сиропом и уверял, что обожает детей, леди Гейбл улыбалась и говорила:
— У вас весьма впечатляющие рекомендации, но, к сожалению, это место уже занято.
Если же человек оставался серьезным, хмурился или спрашивал, почему дети шумят в доме, директриса заводила с ним беседу, чтобы выяснить уровень профессионализма. По богатому педагогическому опыту Юлии, слащавые улыбки и сюсюканье с детьми не работало. Только внимание, интерес и контроль.
В полдень к особняку леди Гейбл
— Миледи, лорд Вандербильт и маркиза Дюжессан ждут вас, чтобы поехать к модистке!
Юлия вскочила, быстро распрощалась с очередным претендентом, который ей не очень-то нравился, и бросилась к зеркалу. Она совсем забыла, что маркиза предлагала встретиться побыстрее! Ведь платье к балу дебютанток нужно шить заранее!
К счастью, утром Агнешка помогла ей одеться строго и официально, как подобает уважаемой директрисе. Так что волосы леди Гейбл были уложены в строгую прическу, а серое платье с лиловой отделкой вполне годилось для поездки к модисткам.
— Миссис Сабир! Вы со мной! Агнешка, подай шляпку, перчатки и зонтик! Всем, кто придет по делу, предлагайте чай и пирог, пусть ждут моего возвращения или приходят завтра! Самых наглых и нетерпеливых сразу знакомьте с детьми!
Агнешка покивала, отворив дверь. Юлия с легкой улыбкой выпорхнула к экипажу, вежливо извинилась перед женихом и маркизой за задержку.
— Пустяки, леди Гейбл, — немолодая дама с некоторой тоской взглянула на окна особняка, — когда-то мы часто встречались с моей дорогой Эммой. Она очень любила свою школу, и я рада, что вы решили сохранить ее. Пусть и в несколько ином виде.
Дерек подал невесте руку, помогая подняться в ландо:
— Миледи, вы собираетесь быстрее, чем любая из дам Лондиниума!
Когда все устроились на сиденьях, экипаж мягко тронулся с места и покатил на торговую улицу.
— У мадам Клодин к сезону всегда есть заготовки, — объяснила маркиза свой план. — Сегодня мы выберем для вас подходящий фасон, и мастерицы наколют чехол булавками. Через неделю нам покажут готовое платье без отделки, и мы займемся выбором лент, кружев и аксессуаров. По сути сегодня я вас лишь представлю, а герцог подтвердит открытие счета. Задержимся часа на два-три, не более…
— Два-три часа? — Юлия чуть за голову не схватилась, забыв про изящные манеры.
— Это совсем недолго, моя дорогая! Когда придворные дамы заказывают платья к сезону, им случается проводить в ателье по двенадцать часов три дня подряд!
Юля с тоской взглянула на герцога, ожидая поддержки, но тот, судя по взгляду, и сам был не рад. Леди Дюжессан оценила их унылые лица и ворчливо заметила:
— Вообще вам, ваша светлость, не обязательно сопровождать леди Гейбл каждый раз! Достаточно меня и компаньонки!
— Я был бы счастлив, — серьезно ответил Вандербильт, — но моя служба…
—
— Непременно!
***
Салон мадам Клодин находился на одной из самых оживленных столичных улиц. Здесь в любое время года шла бойкая торговля и было довольно шумно. Так что никто не обращал внимания на всякого рода бродяг и попрошаек, постоянно вертевшихся рядом с лотками торговцев.
Вот и сейчас, пока дамы покидали экипаж, никто не заметил сгорбленного типа в потрепанном плаще.
Тот уже час сидел в тени корзин хлебника, выставив шапку для подаяния, в которую сердобольные прохожие бросали медные фартинги. Но едва леди Гейбл и маркиза вошли в ателье — он поднялся. Покрутился среди торговок цветами, сунулся к чистильщику обуви и получил насмешку, потом попытался заглянуть через витрину в ателье, но ничего не увидел и продолжил отираться у здания, глазея на прохожих.
Между тем хозяйка салона лично вышла к гостям. Маркиза представила Джулиану и шепнула мадам Клодин, что все расходы по представлению невесты ко Двору герцог берет на себя.
— Но пока держите это в тайне! — добавила Маргарита, делая большие глаза. А затем заявила: — Представлять леди Гейбл ее величеству буду я! Как вы понимаете, мадам, это большое событие в жизни леди! Поэтому наши наряды должны сочетаться и нести на себе почти неуловимый отпечаток парности! Что вы можете предложить?
Модистка задумалась, подозвала помощницу и удалилась в подсобное помещение. Минут через десять две пыхтящие швеи выкатили в салон манекены с наколотыми, но еще не сшитыми платьями.
— Вот, миледи. Это индостанский церемониальный шелк! Как видите, цвет и толщина ткани абсолютно одинаковы. Разница лишь в узоре.
Гостьи подошли ближе. Юля не сдержала восхищенного вздоха.
Первое платье было расшито белыми павлинами. Неведомые мастерицы сотворили их длинные хвосты из стекляруса, перьев и хрустальных бусин, граненых, точно бриллианты. Платье выглядело роскошно и дорого — и очень шло придворной даме в возрасте.
— Обратите внимание, миледи, — модистка деликатно прихватила край ткани пальцами в белых хлопковых перчатках, — рукава двухслойные, высокий воротник и деликатно расклешенная юбка.
— Одним словом, оно удачно скроет морщинистую шею, дряблые руки и отвисшую задницу, — ехидно шепнула Маргарита Джулиане, и громко сказала: — Прекрасный фасон, мадам!
Второе платье, имея в основе тот же белый шелк, выглядело почти монашеским по сравнению с первым. Никакого стекляруса или перьев. Только нежнейшие полураспустившиеся розы из тонких шелковых нитей.
— Деликатный вырез-лодочка, — модистка расправила материю на лифе, — скромный крой рукава и модные в этом сезоне складки, удобные для танцев!