Я б ему... дала
Шрифт:
– Что бы вас ни привело, он не откажется от своей жизни. Он князь. А вы – дама из эскорта. Пусть и липовая, но сути не меняет. Решите признаться ему в большой и чистой любви – еще несколько раз воспользуется услугами и забудет. Решите родить для него ребенка – заставит избавиться от плода и потребует уничтожить любую информацию об этом.
– Мне кажется, вы какой-то бред несете. – Я так сильно сжала дверную ручку, что пальцам стало больно. Будто не я давила, а в тисках держали меня.
– Поймите, ему не нужны проблемы. Этого и в делах хватает. А серьезные
Аглая будто не слова проговаривала, а забивала гвозди. В крышку. Гроба. Наверное, моего.
Я, конечно же, все еще не верила. Тот Дамир, которого знала, мало напоминал хрена с горы, описанного его помощницей. Во всяком случае, со своим братом он точно не церемонился и голубой кровью не кичился.
Но что-то во фразах Аглаи все же зацепило. Кольнуло больно. Под сердцем. Так, что руки сами обхватили еще плоский живот и ком в горле не дал больше вымолвить ни слова.
– Не портите себе жизнь и воспоминания. – Глаза за линзами очков на миг закрылись. – Счастливые финалы бывают лишь в сказках.
Аглая незаметно нажала на какую-то кнопку своего телефона, и рядом со мной в дверном проеме вырос двухметровый охранник.
– Я не буду вас благодарить. – Вот теперь захотелось пристукнуть еще и Дамира. За подбор персонала и «приятные» ощущения.
– Не волнуйтесь. Я сама позабочусь, чтобы мы больше не встречались. – Она подняла взгляд на охранника и легонько кивнула. – И не фантазируйте больше. Дамир принял бы точно такое же решение.
После душевнейшего разговора с помощницей князя трясло меня долго. Подругам даже пришлось остановиться возле аптеки, чтобы купить валерьянку. А потом ещё с полчаса я уговаривала их самих съесть по таблеточке и не ехать снова к бизнес-центру.
«Мы всего лишь выдерем ей патлы».
«Это не страшно. Лысые женщины сейчас в моде».
«Князь потом сам скажет нам спасибо. Вот увидишь!»
Женская солидарность цвела буйным цветом. Уровень кровожадности зашкаливал с каждой секундой все сильнее. Однако, как оказалось, в злости, как в попойке, самое главное – компания.
В этом отношении мне с Соней и Настей повезло. Пар валил из ушей сразу у всех троих. От потребности сжать одну тонкую шею зудели подушечки пальцев. И никто не горел желанием оставаться в Питере.
– В офис эта крыса больше не пустит. Факт, – Соня посмотрела на коричневую таблетку в своей ладони и, открыв в окно, выбросила ее на дорогу.
– А принц наш датский хрен знает сколько ещё будет скакать по городам и весям, – Настя повторила Сонин финт с таблеткой, а затем и вовсе закинула упаковку в багажник.
– Даш, я мужа попрошу. У него следователь знакомый есть. Тот может пробить телефончик твоего царевича в базе, и потом сами с ним свяжемся. Без посредников!
– А если не получится, я своего мужа попрошу. Его мамаша, вампирша натуральная, в Питере начальница в налоговой.
Перспектива, конечно, вдохновляла, хоть представить Дамира на коленях я не могла. Для этого мой князь все же был слишком важной птицей. На колени он мог опуститься исключительно из эротических соображений. Но мысли о номере телефона и укрощенной доберманихе приятно грели душу.
Вместе с теплотой на душе одновременно уменьшалась и злость. Она отступала постепенно. Внутри все ещё бушевала гроза с косыми молниями. Пальцы подрагивали, но я перестала прокручивать в голове ядовитые советы Аглаи.
Не хотелось ни валерьянки, ни новой встречи с «гостеприимным» персоналом Абашева. Зря мы приехали, не разузнав заранее, где Дамир и как можно связаться напрямую.
И лишь намеки на то, что восточному князю не нужны дети от разведенки из народа, что он захочет избавиться от нас, заставляли сердце сжиматься до боли.
Думала ли я сама о таком варианте? Да. Каждый день, хоть и гнала от себя эту мысль.
Верила ли, что Дамир может так поступить?
Как бы мне ни хотелось пристукнуть Аглаю, она знала его намного дольше, чем я. Из общего у нас с князем были лишь два эмбриона да много часов фантастического секса. И ни разговоров о прошлом, ни радостей, ни печалей.
Глупо было думать, что из-за моей новости он захочет изменить свою жизнь. Скорее всего, как и большинство мужчин, пожелает отделаться деньгами и редкими визитами.
А чего хотела я сама... мечтала ли о серьёзных отношениях с потрясающим, но незнакомым мужчиной?
Дома почему-то обо всем этом не думалось. По ощущениям, там вместо головного мозга за двоих работал спинной. Толкал на крыльях влюбленности в Питер, заманивал в магазины детских товаров и постоянно растягивал губы в улыбку.
А сейчас вдруг зашевелились и извилины.
С ними картина мира выглядела уже не такой радужной и милой. Я умудрилась влюбиться и забеременеть от мужчины, которого на самом деле не знала. И что было ещё хуже – не продумав пути отступления, ринулась в Северную столицу делиться новостями.
Первое – простительно. Мало какая женщина осталась бы равнодушной к князю. А вот второе... за недальновидность стало стыдно. Ради двух чудесных малышей я обязана была продумать все риски и ехать к их отцу подготовленной.
Не только со стрижкой и в новом белье, но и с планом!
Мысли о том, какой я лох, не покидали до самого дома. Когда оказалась у себя в квартире, они набросились ещё сильнее и яростнее.
Не зная, как поступить лучше, я принялась анализировать все, что помнила. Ночью, утром, следующим вечером.
Днями по крупицам собирала информацию в интернете. Пару раз бралась за телефон, где стараниями подруг появился абонент с именем «Величество». И терялась все больше...
Настолько сильно, что, когда спустя полтора месяца услышала в телефонной трубке голос поварихи Левданского, оказалась готова к чему угодно, но не к новой встрече.