Я досчитаю до пятидесяти...

Озолс Агата

– Как у тебя с Максом? – Зина не может долго молчать.

– Нормально, - меня разморило, язык не хочет шевелиться.

– Что значит нормально?

– Зин, то и значит.

– Хорошо, к черту Макса. Что у тебя с Самойловым?

Тяжело вздыхаю. Говорить о Самойлове мне не хочется совсем.

– Зин, ну что у меня может быть с бывшим мужем? Ничего!

– Знаешь, подруга, что я тебе скажу, - Зина поудобнее устраивается в бочке, - я в прошлый раз всякой ерунды наговорила. Так ты не обращай внимания.

– Какой ерунды?

– Ну, что я его не простила и не прощу.

– А что, ты тоже была за ним замужем? Он и тебе изменил?

– Стася, не

лезь в бочку. Ты и так в ней.

– Смешно. Так что ты хочешь донести до моего сознания?

Зинка молчит пару секунд, явно собираясь с силами.

– Я тут подумала, у тебя никого нет, у него никого нет. Может вам стоит объединиться?

– Зин, по-моему, тебе пора заканчивать париться. Горячая вода плохо действует на твои мозги.

– Стася, - Зина молитвенно сложила руки, - я знаю, что лезу не в свое дело. Но ты просто послушай меня и обещай подумать. Ладно?

Понимая, что от подруги просто так не отвяжешься, я кивнула.

– Стася, - начала Зинка, - любая женщина мечтает встретить свою половину. Но много ли ты видела таких половин? Как часто, глядя на пару, ты можешь сказать: они созданы друг для друга? Глядя на вас с Глебом, я точно знала: вы созданы. Вот с того момента, как я вас познакомила. Вы стояли и смотрели друг на друга так, словно попали в какую-то другую реальность. Реальность на двоих. А я стояла и завидовала. Вы были парой. Каким-то недостижимым идеалом. И когда я узнала, что Глеб тебе изменил, я не поверила. А когда поняла, что это правда, прямо-таки возненавидела его. Ведь если мужчина может изменить, находясь в ТАКИХ отношениях, то что уж говорить о других. Я целиком поддерживала тебя в твоем желании развестись. Таких предателей прощать нельзя, так я считала. И когда увидела его в этот раз, мое мнение не изменилось. А потом подумала: прошло семь лет. Да, измена это подло и грязно. Но прошло целых семь лет. У тебя с тех пор не было серьезных отношений, у него тоже. Я знаю, о чем говорю, узнавала. Так, может быть, у вас не складывается порознь потому, что вам нужно быть вместе? Я ведь видела, как он на тебя смотрел! Извини за избитость, но он смотрел как голодающий на еду. Мне даже показалось, что если ты его поманишь, он помчится к тебе со всех ног. Неужели ты не можешь простить ему того, что было семь лет назад?

– Я простила, Зин, - вздохнула я. – Я давно смогла его простить. В конце концов, в жизни бывает всякое и человек заслуживает того, чтобы дать ему еще один шанс.

– Так в чем же дело?!

– Я смогла простить. Но я не могу забыть. Понимаешь, когда я думаю о Самойлове, то вспоминаю нашу последнюю неделю.

Все полетело в тартарары. Не смотря на принятое мною решение сохранить брак, с каждым днем я все больше и больше понимала всю бесперспективность этой затеи. Мы делали вид, что ничего не изменилось. Мы делали вид, что у нас все хорошо. Вранье. Хорошо не было. Глеб возил меня на работу. Встречал. Улыбался. Я улыбалась ему. И ждала. Я прислушивалась к его телефонным разговорам. Принюхивалась к нему, когда он возвращался с работы. Старалась незаметно осмотреть его одежду. Я ждала, что вот-вот, и факт его измены опять вылезет наружу. А еще я хотела заняться с ним сексом. Я безумно хотела заняться с ним сексом, что бы доказать, что я лучше. Да, не моложе. Но в сто, в тысячу раз лучше его молоденькой любовницы. Это было так унизительно, что я начинала ненавидеть саму себя.

Тем вечером, возвращаясь домой, я поняла, что не могу контролировать свое желание. Я набросилась на него как нимфоманка. Я вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг. Меня распирало от желания

доказать, что я лучше. Что я самая лучшая для него. И от этого отвратительного, так несвойственного мне желания пришла злость. Бешенная ярость на него, Глеба. Ведь это он виноват во всем. Из-за него я теряю себя. И мне захотелось трахнуть его. Просто получить удовольствие от его тела. И когда я это осознала, стало плевать на Глеба. Мне нужен был оргазм. Мне нужно было много оргазмов. Мне нужно было смыть волнами удовольствия всю ту грязь, в которую он нас окунул.

Не помню, как долго это длилось. В какой-то момент краем сознания отметила, что Глеб кончил. Но мне было все равно. Меня интересовало только мое удовольствие. Я успокоилась тогда, когда физических сил у меня не осталось. Болело все. С трудом переползла на свое сиденье. С трудом дошла от парковки до квартиры. Глеб, кажется, поддерживал меня, хотел взять на руки, но я отмахнулась от его помощи. У меня не было сил даже на душ. Перед тем, как рухнуть в сон я подумала: теперь все должно стать по-другому.

А утром произошло собственно то, что забило последний гвоздь в гроб нашего брака.

Я проснулась с легкой ломотой в теле и чувством, что жизнь налаживается. Глеб был в душе. Его телефон лежал на тумбочке у кровати. Я завязывала халат, когда услышала звук входящего сообщения. Еще не понимая, что делаю, потянулась, открыла папку входящих. И читая какой-то спам, поняла: я залезла в чужой телефон. Я залезла в телефон своего мужа, проверяя, нет ли там сообщений от его любовницы.

Уже на работе, за чашкой кофе я окончательно сформулировала для себя происшедшее. Я не верю мужу. Я превращаюсь в женщину, читающую чужую переписку. Теперь изо дня в день я буду приглядываться, принюхиваться и прислушиваться, выискивая доказательства его измены. Возможно, я сохраню брак. С моим упорством, скорее всего, сохраню. Но я совершенно точно потеряю самое ценное – я потеряю себя.

Мне потребовалось некоторое время на то, что бы еще раз все обдумать. Выпив еще чашку кофе, я приняла окончательное решение.

Дальше было легче. Пару звонков, и у меня появился телефон хорошего надежного адвоката. Спустя полчаса и еще одну чашку кофе, беседа с адвокатом была завершена к нашему обоюдному удовольствию. Далее я купила авиабилет с вечерним вылетом на тот же день. Написала заявление на отпуск за свой счет. И поехала домой, собирать вещи.

Пользуясь отсутствием Глеба, собрала все необходимое. Документы и свидетельства на владение имуществом перед вылетом решила положить в банковскую ячейку. В поездку упаковала небольшую сумку с одеждой. Главное, не забыть паспорт и деньги. Все остальное можно купить в дороге. В последний раз обошла нашу квартиру. Зашла в наш общий с Глебом кабинет. Огляделась. Наш дом, наша семья, наш мир. Здесь мы были счастливы. Больше не будем. Аккуратно положила обручальное кольцо на стол у компьютера, подхватила сумку и вышла из квартиры. Уже на первом этаже, чтобы окончательно отрезать себе путь к отступлению, бросила ключи в почтовый ящик.

Моя машина осталась на стоянке у офиса, поэтому в аэропорт я ехала на такси. Когда я проходила регистрацию, позвонил Глеб. Сбросила звонок. Потом подумала и выключила телефон. Все слова между нами уже сказаны, все поступки уже совершены. Теперь очередь адвокатов.

Сидя в самолете, подумала о том, какая странная штука жизнь. Если бы не измена Глеба, неизвестно, осуществила ли я когда-нибудь свою детскую мечту. Потому что я летела не просто куда-то. Я летела в место на карте, о котором мечтала в дни далекого детства. Я летела на остров Борнео.