Я - кукла

Кукаркин Евгений

Мы помолчали и она спросила.

– Ты бежал?

– Да.

Мы опять замолчали. Фронт стих и лишь отдельные выстрелы, привычно хлопали, разрывая тишину. Герда поежилась. Я же медленно согревался и не собирался отдавать назад куртку.

– Эта встреча могла быть и лучше.
– вдруг прервала молчание Герда.

– Нет, ты не готова была к этой встрече. Ты два раза меня хоронила и знала, наверняка, что из этого лагеря ни кто еще ни разу не уходил. Даже сейчас, я для тебя, как призрак.

–

Как ты бежал?

– Долгая история. Но кратко, благодаря глупости баб, которые и помогли мне исчезнуть.

– Я случайно не причастна к этому делу?

– Случайно, причастна.

– Значит я тоже глупая баба?

– А ты обидься. В твоем сейчас положении можно сделать вид, что ты готова растерзать меня.

– Дурак.
– сказала Герда - Я тебя одного любила, это я поняла не сейчас, а тогда на полигоне. И если я хоть чуть-чуть, хоть толечку помогла тебе бежать, то будь я трижды глупая, дура, идиотка - я счастлива.

– Каждый раз, в самое удачное время, мы объясняемся в любви, только нам надо еще выбраться от сюда.

Мы опять замолчали, удалившись в наши воспоминания.

– Как ты оказалась у мусульман?
– спросил я.

– Все дурная политика наших вождей. После полигона, мы вернулись домой в Прибалтику, а там набирали добровольцев в Югославию. Я записалась, а закулисная политика правительства против России, привела к тому, что нас тайком вывезли к мусульманам.

– Что у вас и православных, и славян много.

– Конечно. Где их нет. Деньги дают везде и они делают все.

– Мне тоже кажется, что воюют здесь, в основном, наемники.

Солнце начало заходить за холмы и появились первые линии теней.

– Отпусти меня Вик.
– попросила Герда.

– И ты займешься обычным делом, будешь убивать людей?

– Меня же никто не отпустит от сюда Вик. Я смогу, только, перевестись на соседний участок. Контракт у меня не скоро кончится. Здесь его разорвать нельзя.

– Нет Герда. Это конец. Больше ты никого не убьешь, ни здесь, ни там.

– Вик, меня расстреляют ваши.

– Может быть.
– кивнул я - А может быть и нет.

– А тебе меня не жалко. Неужели ты меня совсем не любишь?

– Не играй на этом Герда. Ты пойдешь со мной.

Мы замолчали. Язык тени от ближайшего холма, накрыл нас. Стало прохладно, я уже согрелся, а Герду трясло.

– Пора.
– сказал я.

Я скинул куртку и отдал ее Герде. Накинул на нее подсумок с прибором ПНВ и взяв между камней винтовку и патроны, махнул рукой в нашу сторону.

– Пошли.

Герда ползла впереди меня и первая свалилась в окоп, где нас уже ждали.

– Баба.
– ахнули все окружающие.

Герда была как изваяние. Она делала все автоматически и когда ее уводили в тыл,

она даже не взглянула на меня. Прощай Герда.

Нас перебросили на равнину, сменив потрепанные части.

За поимку снайпера меня повысили в звании и назначили командовать взводом. Теперь я лейтенант. У меня много людей и больше ответственности. Уважение среди подчиненных я заимел сразу и, конечно, благодаря физической силе. Мы воюем по прежнему: ползаем по тылам, убиваем, вредим, взрываем, собираем информацию, но признаюсь, на горах было легче. Там не было этой массы смертоносного оружия, что находилась на равнине.

Однажды меня вызвали в штаб корпуса. В небольшой комнате, куда меня пригласили, находилось два человека: полковник югославской армии и гражданский- небольшой, коренастый, лысый, хорошо одетый мужик с большим носом пьяницы.

– Здравствуйте.
– они поочередно пожали мне руки.

– Давайте знакомится.
– взял на себя роль хозяина полковник.
– Я полковник Коранович, а это, - представил он гражданского- Алексей Иванович, ваш соотечественник, приехал специально из России, что бы повидать вас.

– Лейтенант Сидоров.
– представился я.

– Mы, здесь, с Алексей Ивановичем, - продолжал полковникзаинтересовались некоторыми факторами вашей автобиографии. Вы, наверно, догадались, что Алексей Иванович представляет государственные ведомства России и, в свое время, оказывается, занимался вашим делом. Считайте, что беседа наша, пока, дружеская и не записывается, не протоколируется и не является, в данный момент, решением вашей судьбы. Хотя, выводы, из нашей беседы, могут иметь для вас решающее значение. Итак начнем. Ваше настоящее имя, отчество, фамилия?

– Виктор Николаевич Воробьев. Это в России. Он же- Виктор Николаевич Сидоров, уже здесь.
– уточнил я.

– Вы подтверждаете, что бежали из спецлагеря в/ч..... в Сентябре 1992г.

– Да.

– Что вы делали потом?

– Оказался в городе Санкт-Петербурге, а потом перебрался сюда, в Югославию.

– Остановимся на некоторых моментах вашего пребывания в городе. Алексей Иванович, прошу вас.

– Скажите лейтенант, как погибла Лилия. Мы знаем, что вы были последний, кто присутствовал при ее смерти.

– Это долгая история Алексей Иванович.

– Ничего, мы подождем.

* ЧАСТЬ 7 *

Декабрь 1992г. Россия. г.Санкт-Петербург.

Дон оказался длинным и тощим человеком. Его прыгающие глаза, на невыразительном лице, никогда не задерживались на определенном предмете, от этого лицо имело всегда виноватое выражение.

– Это ты меня звал?
– спросил он простуженным голосом- Меня срочно погнали сюда. Зачем?
– при этом он быстро перевел взгляд с меня на окна домов.