Я, оперуполномоченный
Шрифт:
– Нет.
– Я дам тебе пластинку послушать. Ты сразу поймёшь, что такая музыка может звучать только в прекрасной картине.
– Неплохо бы и фильм посмотреть.
– Для этого тебе придётся отправиться за границу, – засмеялась Лена. – В Советском Союзе такое кино никогда не выйдет на экран…
ГЛАВА СЕДЬМАЯ. МАЙ 1980
Сошников уже долго гремел гаечным ключом, пытаясь свернуть навесной замок. Груздиков стоял у него за спиной и громко
– Федька, хватит же в ухо дышать! – нервно рявкнул на него Сошников.
– А ты кончай возиться. Сколько можно! Сломать, что ли, не можешь?
– Сам попробуй, если ты такой ловкий, – огрызнулся Сошников. – Советовать всякий может…
И он, резко повернувшись, сунул Груздикову массивный гаечный ключ в руки, сильно саданув по пальцам.
– Ты чего, Лёха, в натуре? Охренел, что ли? – Грузди-ков встряхнул ушибленной рукой.
– Да заманал ты меня вконец! – проворчал ему в лицо Сошников, дыша винным перегаром. – Делай сам!
– И сделаю, – скривился Фёдор. – Подумаешь… Де-лов-то… Тебе уж ничего и сказать-то нельзя…
– Ты, Федька, обещал на стрёме стоять, а сам прилип тут…
– А ты колупаешься тут… – Груздиков отпихнул Со-шникова и, взвесив на руке гаечный ключ, уверенно подступил к двери.
Весь минувший вечер они провели у Натальи Кутузовой, тиская её в четыре руки. Обычно подруга позволяла им всё, но сегодня она почему-то упрямилась, а когда Фёдор попытался взять её силой, Наталья грозно предупредила:
– Пожалуюсь Кучеру!
– А чё ты чуть что, – насупился Груздиков, – сразу про Кучера вспоминаешь? – Он сразу отодвинулся от девушки и спросил обиженно: – Кто тебе Кучер-то?
– Никто, – ухмыльнулась она. – Просто он клёвый…
– Да и мы, кажись, не дурные, – хохотнул Сошников, сжимая девушке колено.
– Отвали! – Она шлёпнула его по руке.
– Чего вдруг ты окрысилась-то? – недоумевали парни, шаря по своей подруге пьяными глазами. – Чего ты?.. С каких пор ты недотрогой стала? Позавчера ещё можно было, а теперь вдруг нельзя!
– Теперь всё по-другому, мальчики, – засмеялась она. – Хватит с вас халявы.
– Чего? – Они взъерошили взмокшие волосы. – При чём тут халява? Наташка, ты трёхнулась, что ли? Мы же друзья!
– Кончилась бесплатная дружба. – Наташа вскочила с дивана.
– Не понял! – Сошников выпучил на неё глаза. – Ты же вчера мне за просто так давала…
– А сегодня обещала сразу с нами двумя лечь… – Груздиков дважды ткнул указательным пальцем себя в грудь.
– Кончилось «за просто так», – ответила она. – Хочется этого, – она приподняла короткую юбку, – гоните что-нибудь взамен.
– Подарки?
– Да, – кивнула она.
– Наташка, ты в проститутки, что ли, подалась? – попытался пошутить Груздиков.
– А
– Да что ты меня всё время своим Кучером пугаешь! – Фёдор пьяно взмахнул руками.
– Не пугаю… Просто он – что надо! Не жмётся, когда девушке подарок нужно сделать.
– У него деньги есть, – вяло возразил Сошников.
– Именно! Они у него есть потому, что он ничего не боится.
– Я тоже ничего не боюсь, – кисло ухмыльнулся Груз-диков.
– Ты, Федя, салага в сравнении с Кучером! – Наталья тряхнула гладко расчёсанными волосами и отвернулась, затянувшись сигаретой.
Фёдор ощутил, как что-то жгучее свернулось у него внизу живота. Ему нестерпимо захотелось сгрести стоявшую перед ним девушку в охапку и припасть ртом к её губам. Наташа не отказывала никогда. Её тело стало чем-то привычным и естественным в жизни Груздикова… И вот вдруг она сказала «нет»…
– Хочешь, я прямо сейчас какой-нибудь магазин ломану? – Груздиков поднялся и шагнул к Наташе.
– С понтом король, да? – улыбнулась она.
– Ты сегодня офигительная… – прошептал он.
– А вы сегодня почему-то похожи на двух пьяных сосунков, – ответила она и вытянула руку, указывая на дверь. – Всё, мальчики, уматывайте. Сейчас уже тётка нагрянет… И портвейн свой забирайте…
– Наташка, – проговорил Груздиков уже из двери, – я тебе клянусь, что мы сегодня в твою честь магазин долбанём…
– Иди, иди, гангстер, – хохотнула она и с вызовом вскинула свою красивую голову.
Фёдор и Алексей долго стояли в подъезде, тупо глядя друг на друга.
– А чего нам? Слабо? – с трудом шевельнул языком Сошников.
– Мне ни хрена не слабо, – набычился Груздиков и громко шмыгнул своим расплющенным носом. – А она… Сучка она подлая…
– Стерва, – согласился Алексей, – приручила…
– Я бы сейчас что хочешь дал, чтобы в трусы к ней залезть.
– Залезешь теперь… Как же! – почти жалобно проговорил Сошников. – Если она переметнулась к Кучеру, то шиш ты получишь от неё что-нибудь… А ведь какая тёлка была!
– И будет! Я так не отступлюсь! Подумаешь, Кучер! Мы с тобой не хуже него, Лёха. Сейчас же пойдём и грабанём магазин… Полные карманы денег будут…
– А сигнализация? Мусора тут же понаедут.
– Кучер как-то ляпнул, что надо на приёмный пункт завода по ремонту радиотехники идти, – вспомнил Фёдор. – Он говорил, что там никакой охраны, зато полно аппаратуры. Магнитофоны всякие, радиолы и вообще электронного говна полным-полно.
– Думаешь?
– А почему бы нет? Спихнём потом всё запросто. И Наталью с двух сторон сделаем!
Сошников болезненно вздохнул при имени девушки.
– Ну? – спросил Груздиков.
– Чего?
– Идём?