Я принесу вам...

Boroda

— Ты был достойным, — вздохнула девушка, смотря на статую Наставника. — Но почему Он не защитил тебя?

Глупый вопрос. Нерия почти услышала мощный голос чародея Крэйга, с жесткой улыбкой отвечающего: «Потому что это было моё решение».

Жертва одного мага, спасшая многих. «Пусть погибнут сотни, чтобы выжили тысячи», — говорил как-то Наставник о Праве Уничтожения. И он до конца оставался верен своим убеждениям. Ценой своей жизни вызвал ливень молний, который не просто не давал пройти тварям, но и нанёс существенный урон армии Архидемона, а под конец, обрушил кусок стены старой крепости, что ещё сильнее затруднило монстрам скверны возможность погони.

К тому же, Крэйг Эйрел был готов к

смерти. Об этом говорило и «Кредо Света», и учебник по «биомантии», что оставил мужчина. Как их с Солоной наставник смог додуматься до принципиально нового подхода к чарам? Ответов ни у кого не было. Даже мерзкие предположения о том, что чародей заключил ради них сделку с демонами были отброшены. И из-за того, что никогда, ни один демон ничего подобного не предлагал, и из-за того, что даже Храмовники встретили подобную гнусь в штыки.

Ещё бы. Ведь Наставник подарил рыцарям Храма ни много ни мало, а самую настоящую пенсию, а если того признают малефикаром, то на биомантию будет наложен запрет. А ведь с ней Храмовники могут не бояться сойти с ума к концу жизни. Так что даже Божественный Рыцарь, глава Храмовников, в своих речах именовал чародея Крэйга «магом, верным Создателю». И хлопотал о том, чтобы как можно быстрее во всех башнях появились чародеи, которые смогут исцелять организм от тяжелых последствий принятия лириума.

Таких пока не много, но это дело времени. Солона сейчас, по просьбе Церкви, как раз обучает магов Кирквола. Нерия, если честно, переживала за сестру и негодовала, что командор Дункан согласился на просьбу Церкви. Ну и что, что биомантов мало? Это не проблемы Серых Стражей! Вейсхаупт, например, со всем уважением отправляет в Денерим к Нерии, и в цитадель Кинлох к старшей чародейке Винн, магов Серых Стражей. И не переломился Первый Страж!!! А Церковь — важная, как херня бумажная!

Эльфийка раздраженно поморщилась, рефлекторно ухватившись за стоящий рядом с ней цельнометаллический веридиевый посох. Полная копия оружия Наставника. Только вот проламывать черепа было некому. К счастью, наверное. Но девушка бы сейчас не отказалась выместить на каком-нибудь генлоке или гарлоке досаду. Чародею-биоманту управляться с такой булавой, называемой посохом мага, было довольно легко. Пусть Нерия и обросла мышцами, которым могли бы позавидовать некоторые воины, но никогда об этом не жалела. Слишком большое преимущество даёт «хрупкому» магу такой вот тяжелый «аргумент» в ближнем бою.

Девушка выдохнула. Как бы ей не нравилось отсутствие рядом сестрицы — дело она делает хорошее. Биоманты, исцеляющие Храмовников от последствий лириумной зависимости — это скрепы, создающие между двумя организациями узы доверия и благодарности. Так или иначе, но происходящее — благо для всех Кругов.

— Ладно, Типти и ребята Солону в обиду не дадут, — продолжала успокаивать себя эльфийка.

С её человеческой сестрой отправился десяток Серых Стражей и два десятка Храмовников из денеримского Храма. Все матёрые ветераны, которых в своё время исцелила чародейки Амелл и Сурана. Они точно не будут спокойно смотреть, если какая-то оборзевшая морда попытается обидеть их целительницу. Слишком хорошо понимают и Храмовники, и Стражи ценность биомантов.

Ведь Серые тоже получили огромное преимущество: теперь на посвящении рекруты погибают невероятно редко. Такое на памяти Нерии было вообще всего два раза, да и то, потому что сначала Винн, контролировавшая Посвящение, была ещё неопытна, а потом Солона ошиблась. Лишь двое погибших из почти пяти десятков новобранцев!!! Да Дункану хотелось воз лимонов скормить, настолько тот был доволен.

А уж когда Стражи узнали, что биомантия вполне неплохо подходит для ослабления влияния скверны на их организмы, полностью отсекая «зов» на пару-тройку лет, после которых

процедуру можно повторить снова… Лимонами хотелось кормить вообще всех Серых. Включая её, да. Потому что Нерия была очень, очень не рада перспективе отправиться на Глубинные Тропы, когда Скверна Порождений в её крови начнёт сводить девушку с ума. Последний подвиг, мать его!

Видите ли, Стражи со временем теряют разум и превращаются в упырей. И чтобы этого не случилось — спускаются под землю для «достойной смерти». Ага, спасибо! Нерия кушать не могла без подобных перспектив! Спала и видела, как они с сестрой, в виде полуупырей, героически подыхают! Замечательно!

Поэтому, лимон она всё же честно слопала, после того, как бросила попытки подморозит задницу некоему хитровытаханному бородатому сукину сыну, по случайному совпадению являющемуся её командором. И эльфийка абсолютно ни о чём не жалела: та неделя карцера и наказанием не смотрелась на фоне полученного морального удовлетворения!

— Шемлен козлобородый, — зло пробормотала Нерия, вспоминая оправдания Дункана.

Ну да, разумеется, если бы девушки узнали о «прекрасных перспективах», то тысячу раз подумали, что лучше: сдохнуть полубезумным монстром на Глубинных Тропах, или остаться в Башне Магов в качестве усмирённых. И сейчас Нерия бы не смогла сказать, что бы они с Солоной тогда выбрали.

Благо Наставник… он их спас. А её, Нерию, спас далеко не один раз: в бою при Остагаре присматривал, привёл в чувство во время истерики, отдал свою жизнь, когда армия Короля отходила на встречу с частями тэйрна Логейна. Даже после смерти он продолжал беречь своих учениц, но уже от безумия Скверны и ранней смерти на Глубинных Тропах.

И не только их. Крэйг Эйрел сделал очень много для магов. Для всех магов. Иронично, но благодаря тому, кого считали чуть ли не лоялистом, чародеи Ферелдена обрели множество привилегий и послаблений. А вот придурок Ульдред, который громче всех кричал, что думает о своих «братьях и сёстрах», едва не устроил чёрте что с демонами и Магией Крови. Даже думать не хотелось о последствиях, которые могли быть, если бы этого ублюдка не прирезали Храмовники, вместе с его подвывалами. Цитадели Кинлох очень повезло. Повезло и эрлу Эамону, которого смогла откачать Старшая чародейка Винн, начавшая ускоренное постижение биомантии.

А вот пид… мудаку Йовану не повезло! Этот сраный малефикар, оказывается, каким-то образом пролез в учителя сына эрла! Там, в Рэдклиффе, вообще произошел просто парад неожиданностей.

Для начала: сын эрла оказался магом! «Вот это да», — сказала себе Нерия. И это не всё! Мамаша мальчика оказалась ненормальной, полностью повёрнутой на Андрастианстве дурой! Наставник всегда говорил: «Вера должна делать нас сильнее, а не глупее», но это был не тот случай.

Что сделала эта придурошная? Не сказала ни слова мужу, не отправила мальчика в Башню, а нашла ему учителя-отступника! Дура, ой дура! Нет, ладно, с сыном расставаться жалко — это можно понять, но нельзя быть настолько идиоткой! Магию невозможно «вылечить». «Мой мальчик болен», — кричала она. «Он не проклят», — визжала истеричка.

Чем всё закончилось? О-о-о… Йован, поганый малефикар, подлый змеёныш, отравил мужа этой дуры. Придурковатая жена эрла Эамона после этого, запихнула малефикара в камеру и отправила большую часть воинов искать ни много ни мало… Урну с прахом Андрасте!!! Феерия идиотизма! А если этот прах в Орлее? Или в Вольной Марке?! В Тевинтере?! До Башни магов рукой подать, а эта за легендами охотиться…

— Демоны побери всех идиотов Тедаса. Почему тогда творила дичь она, а стыдно мне, и до сих пор?! — эльфийка с болезненной гримасой помассировала пальцами переносицу. — Всё же правильно говорят: умных мужчин часто тянет на дур, чтобы жизнь казалась интереснее.