Я родилась пятидесятилетней...
Шрифт:
Надеюсь, что ты сможешь прилететь в Нью-Йорк на выходные. Да, мне опять требуется русский переводчик. Билеты ты найдёшь в посылке. Много вещей не бери, по плану деловой ужин, а также я взял билеты в «Маджестик», кажется, ты давно хотела сходить на мюзикл Ллойда Уэббера, верно?
Кроме вышеперечисленного, я хочу порадовать тебя пачкой твоего любимого овсяного печенья. Знаю, что русский вариант ты ещё не пробовала, но эту порцию привезли мои новые потенциальные партнёры, никак, в качестве взятки тебе лично. Конечно, на предмет подкупа торговался я. Изначально они хотели
К слову о годах и времени, которое берёт верх над нами… Я прочитал Джона Кольера, которого ты мне посоветовала. Право, не знал, что книга с названием «На полпути в Ад» заставит меня так посмеяться. Весьма удачная пародия на душеспасительное чтиво.
Несколько ответных сатирических томиков я отправляю тебе, и только посмей заикнуться, что ты их уже читала, дорогуша! Правда, эти книги я сам ещё не читал, так как они на русском. Как всегда, я жду твоей рецензии, и если она будет положительной, то, думаю, я смогу найти их перевод…
В порыве острого любопытства, я нырнула в коробку, пошуршала печеньем и нашла почти на дне, за небольшим свёртком, две потрёпанных книжки. «Золотой теленок»… И «Двенадцать стульев»… Нет, дедушке ничего не скажу, но лично однозначно перечитаю!
Так как телевизор ты смотреть не любишь, что я прекрасно знаю, то советую тебе точечно ознакомиться с фильмом, который заставил лично меня пересмотреть свои взгляды на жизнь, деньги, работу и близких. В частности — «Человек дождя». Кажется, ты недавно писала мне о синдроме Каннера, когда мы обсуждали с тобой Фореста Гампа, тут герой немного савант.* (редкое состояние, при котором лица с отклонением в развитии, в том числе аутистического характера, имеют «остров гениальности» — выдающиеся способности в одной или нескольких областях знаний, контрастирующие с общей ограниченностью личности.)
Моя гениальная девочка, передавай привет Чарли, надеюсь, что он не слишком обидится, если я украду тебя на эти выходные. Уверен, что за несколько лет ты отвыкла от тихой провинциальной жизни, а влажный воздух родных мест никогда не сможет сравниться с загазованным и шумным Нью-Йорком… Если твой отец тебя не отпустит, то будь уверена, я прилечу в Форкс сам. И это совсем не ностальгия!
С любовью,
твой скучающий дедушка Роб.
Так я и поверила, что он скучает только по мне, а не по этому городу. За последние десять лет Роб не был в Форксе ни разу. Даже в Рене периодически вспыхивали тёплые воспоминания о юности и об этом маленьком дождливом городке.
— Хорошие новости, Белла? — голос Каллена заставил вспомнить, что я чуть-чуть не одна.
— Замечательные, у меня глобальные планы на выходные, если ничего не сорвётся, я посещу Бродвей.
Улыбка Эдварда на миг дрогнула:
— Ты улетаешь в Нью-Йорк? Только на выходные?
— Будешь скучать? — провокационно спросила я, картинно хлопая ресницами и убирая конверт в коробку. Первый ажиотаж прошел, и я чувствовала себя способной потерпеть до дома с доскональной
Эдвард на шутливый вопрос реагировал странно. Я думала, что он посмеётся… Что же он молчит и хмурится, как архиерей на приёме? Ладно, может быть, пока вампир перезагружается, попробовать печеньки?..
— А ты, Белла, скучать будешь?
От неожиданности, я подавилась воздухом от возмущения. Посмотрев на Каллена, как Ленин на буржуазию, я честно ответила:
— Слишком богатая культурная программа в обществе подкованных взяточников, — я потрясла пакетом. — Дедушке требуется русский переводчик, так что времени скучать почти не будет.
Что-то подозрительно похожее на чувство самосохранение заставило меня умолчать о поездке к квилетам. Не будем перегревать лягушонка.
— Тогда я тоже попробую себя занять, Белла. Тем более, у меня есть достаточно времени до пятницы, чтобы устать от тебя.
Я не сразу поняла, что Эдвард ответил на мой вопрос… Вот, значит, как?
— Кому вы врёте, мистер Каллен? Вы не будете находить себе места и считать минуты до встречи со мной, — я отвернулась от вампира и начала вычерчивать пальцем солнышко на запотевшем окне.
Верхние лучики рисоваться не захотели и потекли дождливыми каплями вниз, смазав мой недорисунок. Я вздохнула, наблюдая, как легко солнышко превращается… превращается солнышко… в унылый дождик… И похожие метаморфозы происходили, стоило мне взять в руки кисточку.
— Белла, что с твоим настроением? Только что ты едва не светилась.
Я сама себя не понимала. Тёплое отношение с Эдвардом внезапно показалось каким-то зыбким. Время, как песок, стремительно убегало тонкой, но неумолимой струйкой. Ускользало сквозь пальцы. Странное чувство.
— Просто задумалась, — натянуто улыбнувшись, я решила сменить тему. — Эдвард, могу я попросить тебя кое о чём? В понедельник мне нужно будет заехать в больницу, наверняка меня повезёт шериф Свон… Предупредишь Карлайла не использовать сложные медицинские термины в папином присутствии? После того, как один недалёкий медицинский работник сказал ему по телефону, что у мамы неврокардиогенное синкопе вазовагального типа, он сорвался с работы и морально готовился к похоронам. А она просто чувствительна к виду крови.
Я вспомнила, как десять лет назад мама пыталась научить меня кататься на велосипеде. В прошлой жизни мне было как-то некогда, так что в этой, глядя, как лихо рассекают мальчишки на этом безвредном для экологии транспорте, я решила восполнить очередной пробел в навыках.
Велосипед выбирала Рене, и когда я увидела это розовое чудо, уже тогда должна была внять этому знаку судьбы и понять, что всё будет не так хорошо, как мне мечталось. Но собственную интуицию я гордо проигнорировала. Сначала я тупо боялась на него сесть, моё нормальное равновесие на двух ногах и одной заканчивалось ровно там, где мне предлагалось оторвать их обе от земли и довериться плохо надутым колесам… Умом я понимала физику движения, но на практике… На практике я заработала первый шрам на коленке и узнала, что Рене падает в обморок, едва увидев чужую кровь.