Яга
Шрифт:
– Иди к престолу! – скомандовал хриплый голос.
Измученная девушка с натугой встала и, повинуясь приказу, поковыляла к уродливому трону, на каждом шагу спотыкаясь и запинаясь.
Взгляд искал фигуру отца. Или не отца?
– Кто ты? – прошептала несчастная. – Ты не отец. Мой отец сгорел страшной смертью!
– Ха-ха-ха! – заставил ее зажмуриться презрительный хохот. – Твой отец теперь мой слуга! Он в моей власти!
– Чернобог! – с ужасом прошептала девушка. Она приблизилась к изувеченному дереву и непроизвольно упала на колени, узрев того, кого трепещущая паства
– Да. – Вальяжно развалившееся на троне существо имело людские очертания, но это был не человек. Ранее это божество могло принимать любой облик – то прикинется гигантом-великаном или крупным лесным хищником, а то и обернется всесильным княжичем. Теперь же противные людишки отвергли старых богов – отбросили, предали, забыли.
С каждым отвернувшимся от него отщепенцем Чернобог все явственнее и отчетливее ощущал слабость и приближающееся бессилие.
Мудрый Чернобог понимал, что совсем скоро его божественные и такие ненавистные братья и сестры и, конечно же, он сам – бесследно канут в людском беспамятстве. Уже сейчас он пребывал в своем древнем, первоначальном облике. Плотная сухая кожа туго обтягивала крепкие мускулистые руки и ноги, матово-черный цвет тела создавал отталкивающее впечатление, что это не совсем божественное существо, а сгоревший несчастный, почему-то не умерший от ожогов человек. Темные провалы глазниц и раскрытый беззубый рот отталкивали любой посторонний взгляд.
Еще совсем недавно Чернобог приобрел бы вид умудренного столетиями седовласого старца в красной тунике или облик молодого кучерявого мужчины с золотыми наручами и поясом. Несколько десятилетий тому назад он любил представать перед дрожащим собеседником в виде свирепого дракона или неведомого существа из демонического нижнего мира. Теперь же Чернобог устало восседал на своем жутком троне и не мог без усилий поднять даже руки. Он еще мог нагнать туману или вызвать духов из загробного мира, устроить устрашающее действо с утопленниками, но могущество постепенно иссякало – это удручало, но выход был. Чернобог понял, что может спастись, а для этого необходимо заставить простого смертного человека совершить немыслимое.
Пускай смерды теперь не молятся и не восхваляют его, рассудило божество, но эта тщедушная чернавка с задатками мощной ведьмы принесет ему настоящую жертву! Человеческую! Кипящая и струящаяся по желобкам и канавкам свежая кровь беспомощной девственницы восполнит его силы. Он выпьет с жертвенной чаши предсмертную манну мученицы и восстановит свою мощь на сорок сороков полных лун, а то и поболее!
Смолкли звуки.
Чернобог терпеливо взирал на согнувшуюся в три погибели Ягодку. Бог ждал, когда она поднимет голову и посмотрит на него. Но время утекало, как золотой песок сквозь пальцы, а чернавка по-прежнему молчала, уткнувшись лицом в грязь.
– Встань уже! – прохрипел Чернобог. – Я вижу, что ты страдаешь!
Ягодка недоверчиво и быстро взглянула на живое божество из-под черных бровей, но, испугавшись демонической внешности вопрошающего, вновь отвернулась.
– Не бойся! – Чернобог заерзал на своем троне, как карась на раскаленной сковороде. – У меня к тебе
Он нервно выдохнул – от этой начинающей ведьмочки зависела его судьба. Владыка подземного мира все более раздражался.
– Я хочу одарить тебя!
– За что? – шепотом отозвалась Ягодка. – Я ничего тебе не сделала.
– А просто так! – наигранно хихикнул Чернобог. – Ты пришла на мое капище! Считай, что в гости ко мне пожаловала. А сейчас встань, – он устало отвалился на переплетенную корнями спинку трона и, не скрывая своих сомнений, с сожалением взирал на девушку.
Неужели он ошибся в выборе? Если она так и будет по-прежнему стоять в позе покорности, он передумает и попробует подыскать для исполнения своих замыслов кого-то более сильного и сообразительного.
Но Ягодка удивила – она резво вскочила на ноги и, скрестив руки на груди, как бы отгородилась от жестокого божества.
– Зря! – оценил он защитную позу собеседницы. – Я хочу подарить тебе Божью искру – совершенно бесплатно.
– А что это такое? – Любопытные глазки Ягодки замерцали в сгущающихся сумерках.
– Я разбужу в тебе величайшую ведьму, и внутреннее око заискрит в своем совершенстве и волшебном всесилии.
– А что ты потребуешь взамен? – спокойным тоном продолжила девушка. – Заберешь мою душу?
– Что ты! Что ты! – вскричал Чернобог и успокаивающе махнул рукой. – Зачем мне твоя душа? Ты сама сюда пришла! Ты хотела убить себя и своего еще не рожденного сына! Кто вернул тебя из мертвой топи? Я! Я это сделал! Лукавить не буду: душа твоего сына попала бы в Ирий, но ты была бы в полной моей власти, стеная и рыдая сухими слезами в огненных казематах. Но сейчас ты не нужна мне мертвая.
Ягодка всхлипнула.
– Не надо этого делать! – Чернобог поморщился, как от зубной боли. – Ты сама на все решилась, смертная! А теперь хитришь и вопрошаешь меня о судьбе твоей души. Я готов вылепить из тебя величайшую ведьму, которая когда-либо жила на этой земле.
– Ты упомянул про какое-то дело, – шепотом напомнила Ягодка.
– Правильно, упомянул! – Чернобог хохотнул, но получилось как-то коряво и не похоже на смех. – Ты станешь великой волшебницей и отомстишь своей обидчице! Ты же хочешь отомстить?
Ягодка молчала, переваривая услышанное. Владыка мертвых не торопил ее – людишки всегда бесили его своим тупоумием, но в этот раз он хотел, чтобы эта чернавка сама осмыслила его предложение.
– Но ведьмы горят в огне! – воскликнула девушка. – И потом, меня предал Желан! О какой обидчице ты говоришь?
– О красавице Преславе, невесте Желана. Это она – разлучница! Это она во всем виновата! Ну, сама посуди, если бы не появилась Преслава, сильный Желан по-прежнему любил бы только тебя! А эта выскочка все испортила. Вот кому надо мстить!
– А Желан?
– Он будет рыдать над могилой Преславы!
– Я что же, – задохнулась от страшных мыслей Ягодка. – Должна убить ее?
– А как же иначе-то? – Чернобог почесал шею. – Предлагай другие варианты. Ну, что же ты молчишь?
Ягодка в нерешительности замерла – одно дело кинуться в омут с головой и совсем другое – убить человека!