Яндекс.Книга
Шрифт:
Впрочем, заслугу Воложа в этом ключевом решении нельзя сводить лишь к тому, что он был послушным учеником. Отношения ментора и фаундера — это всегда взаимодействие двух активных начал, и если одно недостойно другого, чуда развития бизнеса не произойдет.
Может возникнуть ощущение, что на протяжении всей истории компании, особенно в переломные моменты, Аркадий принимал решения, абсолютно неправильные с точки зрения норм тогдашней эпохи. Я для себя назвал это поведение «тактикой нездравого смысла». Дмитрий Иванов, директор по проектам компании «Яндекс», напротив, считает, что это здравый смысл высшего
— Чтобы разгадать загадку истории успеха «Яндекса», нужно осознать один факт: «Яндекс» построен идеалистами. Илья Сегалович однажды сказал: «Быть честным выгодно». Все серьезные решения в «Яндексе» принимались исходя из идеалистических соображений о том, что нужно приносить пользу людям, делать мир лучше. Чем дальше в будущее ты смотришь, тем выгоднее тебе быть идеалистом. Многие решения Аркадий принимал так, как будто 15 лет назад знал, что сегодня в компании будут работать 6000 человек…
С самого начала Аркадий Волож рассматривал посиделки в кафе «Делифранс» не как счастливый финиш, а как низкий старт. Все только начиналось. И чтобы это начало имело продолжение, нужно найти идеального инвестора. Который готов играть по-крупному. Для которого «Яндекс» станет не инструментом спекуляции, а объектом долгосрочного развития.
— По инвестору у нас была идея такая, что нам нужны не какие-то абстрактные мешки-сундуки, а люди, у которых глаза светятся, — говорит Елена Колмановская.
— Нам нужен инвестор, а не хозяин, — так сформулировал этот подход сам Аркадий Волож. В те времена разницу понимали немногие.
Это наивное по тем временам представление о том, кто дает деньги, выразилось в двух обязательных требованиях и одном желательном:
1) — мы продаем только миноритарный пакет акций;
2) — мы не стремимся получить слишком много — ровно столько, сколько нужно на развитие;
3) — мы надеемся получить не только делового партнера, но и единомышленника.
Удивительно, но у «Яндекса» получилось и то, и другое, и третье.
Как нам купить что-нибудь ненужное?
В апреле 2000 года 35,72 процента акций «Яндекса» за $5,28 млн купил фонд ru-Net Holdings, основным участником которого был Baring Vostok Capital Partners. Со стороны BVCP за сделку отвечала старший партнер фонда Елена Ивашенцева.
Покупка доли в «Яндексе» за такие деньги весной 2000 года выглядела очень странным поступком. За месяц до объявления о сделке индекс NASDAQ, достигнув исторического максимума в 5132 пункта, рухнул на 40 процентов. «Пузырь доткомов» лопнул, инвесторы разорялись.
— Мы шли к сделке семь месяцев, с гордостью объявили о ней, а все вопросы от журналистов были такими: «Что вы делаете, куда вы идете, бизнеса же нет!» — вспоминает Елена Ивашенцева. — Еще сложнее было объясняться уже с нашими собственными зарубежными партнерами. Мы получили массу требований немедленно продать пакеты и в «Яндексе», и в купленном ранее «Озоне», и вообще эту тему закрыть.
— У людей была просто паника, хотя уж наши партнеры — известные в своем мире и очень профессиональные люди, — подтверждает Леонид Богуславский. — Отстоять свою позицию удалось лишь благодаря тому, что продать акции интернет-компаний в разгар краха отрасли было просто невозможно. Пришлось ждать и терпеть.
Кто
Елена Ивашенцева — старший партнер Baring Vostok Capital Partners, член совета директоров «Яндекса», маленькая хрупкая сдержанная женщина. Внутри у нее как будто натянута струна, которую нельзя ни ослабить, ни порвать. Судя по выражению глаз, два главных качества этого человека — решительность и осторожность. Они так давно между собой борются, что уже слились в какое-то третье состояние, название которому люди еще не придумали.
Елена — человек с той же грядки, про которую так подробно рассказал в своем интервью Леонид Богуславский. Девочка из хорошей семьи, по образованию экономист-математик, красный диплом, советский НИИ, первые опыты по оптимизации советской экономики. И вдруг все рушится, остается только собственный IQ, академический взгляд на мир и упрямый характер. И даже успех в бизнесе не убил этого несколько наивного взгляда на свое дело: да, мы зарабатываем деньги, но эти деньги — они не про деньги.
— На самом деле все люди, с которыми я сталкиваюсь в области IT, биографически очень похожи, — говорит Елена. — Может быть, поэтому мне с ними легко. Они окончили вузы в конце 80-х, они были замечательными студентами, они были готовы двигать науку. И вдруг произошел большой социальный взрыв, и оказалось, что двигать уже нечего и некуда. На самом деле для меня это очень печальная история. Да, в результате мы видим успешных людей, которые создают замечательные бизнесы. Но страна лишилась лучших врачей, физиков и математиков.
Чем занимается Baring Vostok?
На вопрос, как судьба свела ее с «Яндексом», первая реакция — тоскливый глубокий вздох.
— Давайте сначала пару слов о том, чем занимается наш фонд. Мы инвестируем в быстрорастущие российские компании с 1994 года. Есть много замечательных историй успеха — компаний, построенных с помощью таланта, мозгов, большой работы и веры в идеалы. Например, команда «СТС Медиа» построила национальную телевизионную сеть без всякого административного ресурса. В Россию приезжает Питер Герви, восемнадцатилетний американский парень, и создает из ничего компанию, которая в 2006 году на том же NASDAQ была оценена в два миллиарда долларов. Среди наших компаний много таких историй. В интернете это «Озон» и «Авито». В софте — 1С и «Центр финансовых технологий». В других секторах — «ВымпелКом», «ЭР Телеком», «Тинькофф Кредитные Системы», «Европлан» и многие другие.
Для чего математикам химия?
В 1999 году руководство BVCP всерьез задумалось об инвестициях в интернет. Было уже понятно, что сеть оттягивает на себя все больше внимания людей и рано или поздно это внимание можно будет как-то монетизировать.
— Мы выбрали для себя два направления, которые более или менее казались разумными, — вспоминает Ивашенцева. — Первое — электронная коммерция, второе — поисковые системы. На тот момент именно в этих двух областях делались самые масштабные инвестиции на Западе. В электронной коммерции мы нашли «Озон». А в области порталов и поисковых систем я встречалась с несколькими компаниями, включая List.ru, Rambler, Aport. И в какой-то момент встретилась с «Яндексом».