Яндекс.Книга
Шрифт:
Первая встреча состоялась в офисе CompTek и произвела на Елену Ивашенцеву сильное впечатление. По ее собственному признанию, команда Воложа выгодно отличалась от всех остальных — тем, что эти ребята искали даже не столько денег, сколько помощи в том, чтобы построить большой бизнес. И еще они интуитивно понимали, что венчурный инвестор — это не только источник капитала. Это еще и источник знаний и опыта.
— Все остальные искали просто того, кто заплатит самую большую сумму денег, — вспоминает Ивашенцева. — Они не говорили о каких-то идеях, стратегиях и технологиях, они говорили только про деньги. «Яндекс» тогда не был номером один среди поисковиков, но нам показалось, что у
— Что, прямо так и сказали? «Мы хотим построить большое будущее, айда с нами!»
— Нет, конечно, но это чувствовалось. Что же касается формулировок, то они были даже несколько странные. Волож сначала сделал предложение такое: вот мы люди технологические, мы умеем делать технологии. А давайте вы как инвесторы построите нам медийную компанию, поскольку вы это умеете. Пришлось объяснять, что инвесторы компании не строят, мы готовы предоставить инвестиции, поучаствовать своими усилиями, но строить компанию придется все равно им.
В общем, между инвесторами и поисковиком случилось то, что на жаргоне «Яндекса» называется «химией». «Есть химия» — это почти синоним диагноза «все получится».
А не спеть ли мне песню о любви?
Небольшое лирическое отступление — в далекий 1993 год, когда Илья Сегалович был грустным одиноким разведенным мужчиной. В конце этого года он не только научился играть в Doom 2, но еще и встретил свою будущую супругу Марию Елисееву. И мы бы ни в коем случае не стали лезть в чужую частную жизнь, если бы это была просто история любви, не имеющая никакого отношения к самому «Яндексу».
Почему дети любят клоунов?
Мария — близкая подруга сестры Аркадия Воложа, она не раз заходила в «хорошую квартиру» на Ленинском проспекте, набирала какие-то тексты, помогала, мешала. Но если под словом «встреча» подразумевать осознанный контакт, то случилось это зимой 1993–1994 годов, когда независимо друг от друга Илья и Мария решили подтянуть свой английский и оказались в одной группе.
Это был тот случай, когда сначала приходит дружба, а уже потом, по совокупности содеянного друг для друга, — любовь. После курсов английского Илья и Мария начали делать совместный проект, причем отнюдь не в области высоких технологий. Но в жизни Ильи он со временем занял место не менее важное, чем «Яндекс».
— Начала этот проект моя жена, но я очень скоро присоединился, — рассказывает двадцать лет спустя Сегалович. — Слово «благотворительность» для многих людей звучит как что-то такое эфемерное, но для меня это дело сразу обрело конкретный смысл. Помните, я говорил, что когда-то всерьез рассматривал возможность театральной карьеры. Мне всегда было интересно попробовать себя в качестве «детского режиссера». Вот и попробовал.
В первый год Илья был чуть ли не единственным волонтером организации, которая теперь известна под названием «Дети Марии». Идея была в том, чтобы дать детям-сиротам то, что трудно получить даже в самом хорошем детдоме, — личностное развитие и правильный взгляд на жизнь. Каждую пятницу Илья водил группу ребят из интерната в театр-студию «Подвал», вовлекал в эту работу коллег из «Яндекса». А в 1994 году впервые принял участие в туре Патча Адамса по России, и с тех пор Сегалович
Кто такой Патч Адамс?
Хантер Патч Адамс, или просто Патч, — один из тех людей, ради которых стоит не терять веру в человечество. Патч — бывший хиппи, доктор-клоун, основатель смехотерапии. Он имеет самую настоящую ученую докторскую степень, но при этом обходится без таблеток и операций. Широкую известность его личность приобрела в 1998 году, после того как компания Universal Pictures сняла про него фильм с Робином Уильямсом в главной роли. Кино так и называется — Patch Adams.
Этот странный человек ездит с командой клоунов-добровольцев по больницам всего мира и дает бесплатные представления для больных детей. В Россию он приезжает ежегодно в течение уже двадцати лет. Выглядит это так: толпа людей в клоунских нарядах спускается с трапа самолета, прямо в таком виде проходит паспортный контроль, и все две недели участники тура работают, отдыхают, передвигаются по улицам, не переодеваясь в «гражданское». При этом среди них могут быть люди самого разного происхождения и достатка — от безработных до мультимиллиардеров, от деревенских пастухов до особ монарших кровей.
«Дети Марии» сотрудничают и дружат с Патчем Адамсом уже почти двадцать лет, и все эти годы Илья Сегалович принимает в этой работе самое активное участие. Если забить его имя в «Яндекс. Картинках», то наиболее релевантными окажутся фотографии в парике и с красным носом. Но свой первый клоунский опыт он едва ли может назвать позитивным.
— Я тогда вместе с Патчем провел две недели — в больницах, детских домах, тюрьмах и других интересных местах советской действительности. Ощущения непростые. Иногда приходилось работать в таких санитарных условиях, что едва удавалось сдерживаться, чтобы тебя не вытошнило. А в одном коррекционном детском доме нас буквально разрывали на части физически неадекватные дети. Прямо прыгают на тебя, отрывают резиновый нос чуть ли не до крови. Впрочем, почему «чуть». Прямо до крови и отрывали.
Как лечить госпитальный синдром?
Сегодня «Дети Марии» — это серьезная благотворительная организация, в месяц через нее проходит до трехсот детей. У Марии теперь есть свое помещение на Кузнецком Мосту, серьезные спонсоры и команда из нескольких десятков волонтеров. Свою задачу они видят вовсе не в том, чтобы детей обуть, одеть, накормить и по головке погладить. Каким бы обеспеченным ни был детский дом, дети в нем почти всегда вырастают с так называемым госпитальным синдромом и комплексом иждивенчества. Трудно научиться бороться, искать, находить и не сдаваться, если самый важный для развития период своей жизни ты провел на всем готовом. «Дети Марии» — это такое место, где детей не лечат, а «заражают». Прививают им «инфекцию развития». Увлекают каким-нибудь делом, помогают раскрыть талант, дают шанс реализовать себя во взрослой жизни по-настоящему.
Куда делся кошелек?
В какой-то момент проект «Дети Марии» стал неумолимо перетекать в нечто, что можно уже назвать «Дети Марии и Ильи».
— Еще в первый год работы нашей студии мы с женой решили брать на выходные к себе домой ребят, с которыми у нас был самый тесный контакт. Нам хотелось чуть сильнее влиять на то, как они растут.
В те времена это было довольно просто: не нужно было оформлять опекунство, просто пишешь заявление, и всё. Илья и Мария по очереди брали детей на выходные, водили их в кино, в театры, по всяким интересным гостям. Это притом что и своих-то детей у них было трое.