Ярл
Шрифт:
Надо полагать, тем же вопросом задался и мой противник: я ему уже продемонстрировал скорость, сравнимую со скоростью химеры, и стойкость к Свету – моя собственная Стихия защищала меня от посторонней магии. Накинул бы я бронекуртку – сейчас бы попробовал атаковать лоб в лоб под максимальным ускорением, подставив под полуторник рукав. Хотя судя по повреждениям деревянных деталей интерьера – это могла быть крайне плохая идея. Может, артефактомёт?
Я стрельнул глазами вдоль лестницы и едва не застонал вслух: сверху, перегораживая проход, стояли Ната и Милана, круглыми глазами созерцая творящийся снизу хаос. Ну да, это для меня уже уйма времени субъективно прошла, а для девушек – только
И опять я и пал отреагировали одновременно: до сконцентрированных на бое сознаний наконец-то пробились крики с улицы. И потому, как изменился в лице Белый, я догадался: тройкой бойцов его свита не исчерпывалась. Поправка: до того, как Таня выскочила наружу. Церковник лосем ломанулся в дверь и я следом за ним: оптимальный шанс для удара в спину! Разумеется, прежде чем бить, я буквально мгновение промедлил, оценивая обстановку.
Судя по всему, Белые въехали в открытые чтобы выпустить караван ворота корчмы и тормознули торгашей. Не просто тормознули – устроили досмотр по всем правилам: заставили развязывать мешки, вскрывать ящики и выбивать дно у бочек. Этим занимались семеро солдат – паладина сопровождал полный десяток. Сейчас эти семеро, скорчившись в разных позах, стонали на земле: вырвавшись на оперативный простор, химера справедливо рассудила, что сперва нужно зачистить тыл. Отдельно отмечу, что Таня после обжигающего и крайне для неё болезненного удара Светом самообладания не потеряла и церковников вырубала или выводила из строя, ломая руки и ноги, но не убивала. А невезучих караванщиков, попадавшихся на пути, просто раскидывала.
Проблема была в том, что в отряде Светлых оказался ещё один адепт Первостихии. Вот на нём волкоухая и застряла. Застряла ровно настолько, чтобы взвести у кого-то отобранный арбалет и вогнать болт Белому в плечо – и ни Свет, ни латы на “пистолетной” дистанции не помогли. Сейчас диспозиция была следующая: взбежавшая на галерею частокола химера преспокойно накручивала ворот, зажав в зубах ещё один болт, а Светлый Рыцарь (в статусе ученика паладина, надо полагать) как раз выдернул из раны снаряд, чтобы хоть как-то пользоваться раненой рукой… Поправка: выдернула.
– Маша? – обречённо простонал я. Уж не знаю почему, но меня услышали все. Таня задержала руку над ложем “машинки”, затормозил уже взявший разгон к лестнице на стену пал, даже раненые и ушибленные притихли.
– Ты его знаешь? – главный Белый повернулся к ученице.
Прежде чем ответить, леди рыцарь, мой бывший оруженосец, а до того – моя рабыня зачем-то осмотрелась по сторонам… зажмурилась и громко, чётко, уверенно произнесла:
– Это мой муж!
…твою мать…
Глава 17
Идиотизм. Полнейший идиотизм. Вот как можно было так вляпаться на совершенно ровном месте?! Растолкай я всех как планировал утром — и мы просто уехали бы до прибытия отряда Пересвета… Да, Белого главнюка, командира отряда, ещё и зовут Пересвет! Точнее, это вроде прозвище, но настолько прилипшее к человеку, что про нормальное имя только старые друзья и помнят, а подчинённые попросту не знают. Идейный паладин, тридцать лет в седле и при мече, рыцарь-маг, мать его, без страха и упрёка... Пересадивший доставшуюся ему в ученицы Машу с химеры на обычную лошадь только потому, что “иначе слишком легко”! Если бы не это – связь Печатей предупредила бы меня о наличии рядом бывшего оруженосца. А так…
Двадцать восемь раненых, из них девять — тяжело. Девять – это солдаты из паладинского отряда: десятый, которого я приголубил первым, в итоге единственный отделался
Впрочем, пожалуй, именно повезло – без кавычек. Если бы не леди Светлый Рыцарь – ещё неизвестно, чем всё кончилось. Да, меня застала врасплох агрессия рядовых церковников, решивших, что обнаружили перевозчика чего-то очень ценного и насквозь запрещённого – ну а что ещё можно таскать двумя скоростными химерами? Увидев меня, тупая сволочь решила, что “задохлика” они скрутят своими силами в два счёта — и только потом начнут разбираться. Хоть бы спросили у того же служки, с кем я путешествую, идиоты… Привыкли за своим боссом чувствовать себя как за каменной стеной.
Таким образом и для Пересвета наши ответные действия выглядели, как совершенно неожиданная, ничем не спровоцированная атака — он-то понятия не имел об инициативе своих людей. То есть, он только защищался, даже не получив толком времени понять, что к чему. Иначе, боюсь, расклад сместился бы не в мою пользу ещё сильнее. Но даже когда драку остановить удалось – меня ничего хорошего не ждало.
Пал привык подолгу, практически постоянно действовать автономно — собственно, он и его отряд безвылазно торчали в Приграничье вдали от баз-монастырей Церкви. Соответственно, с таким подходом паладин стал считать себя истиной, нет даже Истиной в последней инстанции! Оплеуху вроде той, что отвесили ему я и Таня, рыцарь-маг не спустил бы никому и никогда. И пофиг ему было бы, кто на самом деле виноват. Применил силу против посланника Света? Пеняй на себя! Не удивительно, что его подчинённые с таким подходом охренели от мнимой вседозволенности просто в край. Упоротого фанатика мог остановить только один аргумент: “воля” самого Света, вернее, то, что он под ней понимал…
“Это мой муж.” То ещё испытание -- сразу из боя, толком не придя в себя дать чужой Первостихии вытеснить из твоего собственного тела твою магию. Нет, это не больно...а вот психологически – словно разрешить себе руку под хорошим местным наркозом отпилить. Здоровую. Внимательно наблюдая за процессом.
Если довести процедуру до конца, то сначала Свет сотрёт всю резидентную магию (в моём случае – Печать гражданина) а также всё остальное, что маг Света сочтёт в чужом теле лишним. Последний рубеж – поток Первостихии захлестнёт то непонятное нечто, что в университетским учебником зовётся “источником”. Точных цифр нет, но шанс, что после этого родная магия не вернётся – очень неплохой. Адепты Света зовут подобную процедуру “Очищением”.
Очищение может спасти безнадёжного инфекционного больного, убрав причину болезни. Вылечить рак четвертой стадии, лучше любой химии адресно уничтожая только опухолевые клетки и не трогая здоровые. По тому же принципу справится с сильнейшим отравлением… Или по настойчивому желанию адепта Света, подкреплённому волей, что-нибудь вычистить из мозгов обрабатываемого. Например то, что мешает ему быть счастливым с конкретной женщиной. Или может помешать.