Ящер

Чередий Галина Валентиновна

— Дежа вю, сука, — фыркнула и пошла искать санузел.

Где-то что-то звякнуло, и, пойдя на звук, я обнаружила кухню, а в ней мальчишку — эдакую мини-копию Макара и темноволосую кареглазую девочку.

Сын Лебедева как раз неловко орудовал ножом, нарезая колбасу.

Рядом на столе уже лежал кое-как искромсанный хлеб, а за спиной у парня виднелся оставленный нараспашку холодильник.

— Привет!

Я — Лиза.

Давай помогу, — на ходу я захлопнула дверцу холодильника и

отобрала у парня нож.

— Здравствуйте, — вежливо ответила девочка.

— Я — Лена, а это мой брат — Ваня.

А вы наша няня?

— Она — его новая телка!

— выпалил мальчишка и зло зыркнул на меня.

Ух ты, а просто, походу, не будет.

— Телки — это юные коровы, Вань.

А у меня вроде ни рогов, ни копыт не наблюдается.

И, кстати, тебе стоит выкинуть из своего лексикона это слово, скоро ведь за девушками сам начнешь бегать, а нам очень не нравится, когда парни ведут себя невежливо и обзываются.

— Телкам зато нравятся бабки, и ради них они потерпят, не облезут, — огрызнулся пацан.

— Думаешь?

— Уверен!

— А терпят за деньги только девушки, считаешь?

Вот ты стал бы терпеть грубость ради денег?

— Мужчины не терпят.

Они те, кто платит и получает, что хотят.

— Ну знаешь ли, чтобы платить, нужно иметь деньги.

Ты вот ведешь себя грубо, у тебя, выходит, есть деньги, чтобы заплатить мне за терпение?

— А то тебе отец мало отваливает!

— Не-а, за то, чтобы я терпела твою грубость, он мне точно не платил и не станет.

Так что, терпеть не стану.

— И что сделаешь?

Ему нажалуешься?

— Зачем же.

Отрабатывать заставлю.

Например за то, что назвал меня телкой, подметешь пол в кухне после завтрака.

— Еще чего!

Это не мужская работа!

И вообще!

Не буду я ничего делать!

— Вань, не груби, — тихо попросила Лена.

— Я подмету за него.

— Хм… то есть ты, будущий мужчина, позволишь отрабатывать за себя младшей сестре?

Слабо тебе веником помахать, выходит?

— Ничего мне не слабо!

— топнул ногой мальчишка.

— Не буду я делать что ты говоришь, и все!

И есть не буду!

Иван умчался из кухни, а Лена на меня посмотрела жалобно.

— Ваня не плохой.

Он просто сердится на папу.

— Он в этом не одинок, поверь.

Кушай сама и отнеси ему поесть, — я соорудила бутерброды на всех и парочку положила на тарелку.

— А покушаем, и нужно ехать вам вещей купить.

Ну да, а еще ко мне домой заехать и хоть сумку собрать шмоток на первое время, раз уж так все пошло.

Девочка покладисто кивнула и принялась за еду.

Она закончила с завтраком и понесла бутеры брату, а я убрала

со стола и решила все же смотаться перед выходом в душ.

Конечно, одеваться потом опять в то же самое, но хоть чуть освежиться.

Выйдя из ванной, я услышала тихое шарканье, потом что-то грюкнуло.

Подкралась к дверям кухни и осторожно заглянула.

Нахмуренный так, что брови сошлись домиком, Ванька отшвырнул со своего пути очередной табурет и махал веником.

Ничего, как-нибудь поладим.

Но вот с Макаром о-о-очень серьезно будем разговаривать вечером.

Глава 25

Лиза

— Так, погоди, систер, — прошипела увязавшаяся за мной Ирка.

— Это чего за лохотрон какой-то?

Где шмотки из Миланов-Парижей, рестораны, брюлики, острова?

С какого перепугу тебе сразу киндеры упали, да еще и чужие?

— Тише ты!

— шикнула я на нее, торопливо собирая вещи в большую спортивную сумку.

— Иди оденься лучше, поможешь мне с ними.

Я решила, что первым делом смотаемся ко мне, переоденусь и соберу вещи и мыльно-рыльное с собой, а потом уже отправимся в центр по магазинам.

Ехали мы на трамвае к внезапно большой радости Лены, которая, оказывается, с данным видом транспорта была не знакома.

Сказала мне, что у них в городе ходили только автобусы и троллейбусы, и на тех ей прокатиться не случилось ни разу.

И мама, и дед с бабкой считали, что общественный транспорт им не по статусу.

Нет, понятно, что мелкая такого не сказала, я сама дотумкала.

С Леной мы вообще сходу заобщались замечательно, выяснилось, что девочка имеет тягу к рукоделию, так что мой опыт с массовым пошивом шмотья ради денюжки на хлебушек пришелся тут как нельзя кстати.

А уж у нас в квартире стоило ей увидеть наше гремящее швейное чудовище, так Ленок и вовсе пришла в восторг.

Вот же, блин, обеспечила ребенка незабываемыми экзотическими впечатлениями.

А вот с Ванькой не ладилось никак.

Он дерзить перестал, хотя то и дело фыркал и кривился, но косился на сестру, что каждый раз смотрела на него умоляюще, и молчал.

Я вообще заметила, что к младшей сестре мальчишка относится едва ли не с трепетом, несмотря на то, что корчил из себя избалованного эгоистичного засранца.

Так что пока наше общение происходило с посредничеством, так сказать.

Мои вопросы Ванька игнорировал, за него всю контору палила Ленка, поведав мне, что брат любит собирать модельки самолетов, ракет и увлекается еще астрономией и всякой космической фантастикой.