Язычник
Шрифт:
Донна быстро скосила глаза и увидела револьвер, брошенный Фарреллом. Он находился в двух футах от нее.
— Дайте мне книгу, и я объясню, почему она так важна для нас. Ведь вы хотите это знать.
Она придвинулась к револьверу.
Джули опиралась о стену, голова ее кружилась, глаза заплыли слезами боли и страха.
— Мы заключили с вами сделку, миссис Уорд, — продолжал Дэшвуд.
Донна опустилась на одно колено, подобрала револьвер, выпрямилась, наведя дуло на Дэшвуда.
Он только рассмеялся.
Его смех отозвался
— Возьмите эту дрянь, — прошипела она и бросила Гримуар Дэшвуду.
Он поймал ее и тесно прижал к груди, его глаза ярко сверкали. Донна подняла револьвер, так что он оказался вровень с головой Дэшвуда, и приготовилась открыть огонь.
— Отойдите. — Она скрипнула зубами, приложив палец к спусковому крючку.
— Я получил то, что хотел, — сказал Дэшвуд, направляясь к выходу.
— Но они же убьют нас, — проговорила Джули.
— От нас вам ничто не угрожает, — улыбнулся Дэшвуд. — Мы вас не тронем.
Донна нахмурилась.
Что он несет, этот старый черт?
Она целилась точно в лоб Дэшвуда: стоит нажать спусковой крючок — и его мозги разлетятся по всему подвалу.
Может, и стоит нажать?
Он все обнимал книгу так нежно, словно это был маленький ребенок.
— Ваш муж был тоже любопытен, — улыбнулся он, вновь показывая ряды почерневших зубов. — Вы, видимо, похожи на него. Вы хотите знать о Гримуар?
Она медленно кивнула.
— Тогда я вам расскажу.
Глава 80
Убей его.
Какой-то тихий голос шептал ей эти слова на ухо. Она все еще не отводила револьвер от головы Дэшвуда, который ласково гладил переплет Гримуар.
Прострели башку этому старому хрычу.
— Вы убили моего мужа, — спокойно сказала она, как бы утверждая это, а не спрашивая.
Дэшвуд покачал головой.
— Мы тут не виноваты, — возразил он. — Его погубило собственное предательство.
— Вы убили его.
— Так сказали вам в полиции? Что он убит?
— Нет, они отрицали всякую возможность преднамеренного убийства. Сказали, что его смерть — результат несчастного случая.
— Почему же вы им не верите? — со слабой улыбкой спросил Дэшвуд.
— Я уже не знаю, чему верить, чему нет, — сказала она, все еще не опуская пистолета. — Я только знаю, что его смерть каким-то образом связана с этой книгой. — И она кивнула на толстый фолиант.
— Возможно. Я же сказал, что эта книга очень важна для нас.
— А кто вы такие? — спросила она.
— Вы уже наверняка знаете это. Мы — Сыновья Полуночи. — Он произнес эти слова с необычной гордостью. — И всегда ими пребудем. — Снова улыбка. — Теперь, когда Гримуар в наших руках, мы вновь в безопасности. В безопасности от таких людей, как ваш муж, который пытался нас разоблачить. — Он бесстрастно взглянул на Донну. — Представляете ли вы себе, каким могуществом обладает эта книга?
Он посмотрел на переплет Гримуар и любовно коснулся герба. Даже во мгле Донна видела, с какой яростью сверкают его глаза, как бы опровергая спокойное выражение его лица.
— Эдвард Чарделл, автор этой книги, верил, что жизнь бессмертна. Не столько по времени, сколько по своей сущности. Эта книга, — он вновь поднял ее, — была опубликована, когда Чарделл был на смертном одре. В ней изложены его теории и исследования. Вся сумма знаний, приобретенных им за долгие годы. Он утверждает, что жизнь существует вне и независимо от Творения, а также и независимо от рождения.
Донна слушала с недоумением.
— Он утверждает, что жизнь может быть и бывает свойственна как одушевленным, так и неодушевленным предметам. Органическая жизнь может существовать и быть вызвана везде и во всем. В каменной кладке дома. В драгоценном камне. — Он улыбнулся. — В автомобиле. — Он помолчал мгновение. — Вы верите в привидения, миссис Уорд?
Донна пожала плечами.
— С точки зрения Чарделла, привидение — это лишь живой дух, не имеющий плотской оболочки. Почему дух не может действовать без тела? Он становится самостоятельной целостностью, которая может по своей или чужой воле внедряться в различные предметы. Я мог бы сам это продемонстрировать. Я не берусь утверждать, что могу воскрешать мертвых, даже моим способностям есть предел. — Он хихикнул. — Но я изучил слова этой книги, и я могу вселять жизнь в, казалось бы, безжизненные предметы.
Он указал на револьвер.
Донна почувствовала, что что-то пульсирует в ее руке, как будто она держит бьющееся сердце. Ощущение было крайне неприятное. Посмотрев вниз, она увидела, что револьвер слегка шевелится, рукоятка трепещет в ее руке.
Она в самом деле это видит?
Дуло стало извиваться, как змея, самый его конец расширился в маленький раструб.
Донна уронила оружие и наступила на него.
Револьвер лежал под ее ногами.
Усиленно моргая, она вновь поглядела на него.
— Нет, это вам не показалось, — сказал Дэшвуд. — Церковь назвала бы это чудом. — И он и Парсонс громко засмеялись.
–
Завораживающее зрелище, не правда ли? — улыбнулся Дэшвуд. — Так же думал и ваш муж. Вот почему он стремился войти в наше общество, хотел овладеть нашими знаниями.
— Он хотел уничтожить вас, — воскликнула Донна. — Он знал, что эта книга необходима для продления вашей жизни, и поэтому ее похитил.
Дэшвуд вопросительно поднял брови.
— Он хотел овладеть знаниями. И он был готов на все ради этого. Он угрожал разоблачить нас, да, но, для того чтобы разоблачить нас, он сперва должен был вступить в наше общество. Узнать нас. Лучший способ разрушения — изнутри. И ваш муж знал это.