Йенди
Шрифт:
– Заткнись.
– Может быть, ты хочешь прикончить тех, кто вызывает у тебя желание?
– Похоже.
– Тебе нужна жена, босс.
– Иди во Врата Смерти.
– Мы там уже побывали, помнишь?
– Угу. И я помню, как тебе понравился тот огромный джарег.
– А вот об этом не надо, босс.
– Тогда
– Ты сам завел разговор на эту тему.
Тут мне возразить было нечего, и я промолчал. Сделал еще несколько глотков вина, и вдруг меня охватило странное ощущение: о чем-то я должен подумать. Так всегда начинается псионический контакт.
Я быстро разыскал спокойный уголок и открыл свой разум.
– Как вечеринка, босс?
– Совсем неплохо, Крейгар. Неужели ты не мог подождать до завтрашнего утра?
– Пришел твой чистильщик сапог. Завтра он станет Наследником Трона Дома Исолы, поэтому ему нужно сегодня закончить все дела.
– Очень остроумно. А на самом деле что случилось?
– Хороший вопрос. Ты открывал игорное заведение на Круге Малак?
– Конечно, нет. Ты бы узнал об этом первым.
– Так я и подумал. Тогда у нас проблема.
– Понятно. Какой-то сопляк решил, что мы не заметим? Или кто-то пытается на нас надавить?
– Выглядит вполне профессионально, Влад. И у него есть крыша.
– Сколько человек?
– Трое. И я знаю одного из них. Он делал «работу».
– Ага.
– И что ты думаешь?
– Крейгар, ты знаешь, что бывает с ночным горшком, когда его несколько дней не опорожняют?
– Да.
– И ты, конечно, знаешь, что когда все из него выливают, на дне остается всякая дрянь?
– Да.
– Так вот – то, что там остается, столь же приятно, сколь мои мысли об этом деле.
– Понял.
– Я сейчас буду на месте.
Я нашел Маролана в углу с Алирой и высокой драгейрианкой из Дома Атиры, одетой во все зеленое. Она посмотрела на меня сверху вниз в прямом и переносном смысле слова. Иногда одновременно быть джарегом и выходцем с Востока очень противно – над тобой насмехаются сразу по двум причинам.
– Влад, – сказал Маролан, – это Волшебница в Зеленом. Волшебница, это баронет Владимир Талтош.
Она кивнула так, что это было почти невозможно заметить. Я отвесил ей такой глубокий поклон, что моя правая рука коснулась пола, потом поднял ее над головой и произнес:
– Благородная дама, я очарован встречей с вами не менее чем вы – встречей со мной.
Она фыркнула и отвернулась. Глаза Алиры засверкали.
Маролан с беспокойством посмотрел на меня, но потом пожал плечами.
– Волшебница в Зеленом, – сказал я, – я никогда не встречал атиру, которая бы не была волшебницей, а зеленое я и сам могу видеть. Поэтому я не могу утверждать, что сей титул говорит мне…
– Этого вполне достаточно, Влад, – прервал меня Маролан. – И она не…
– Извините. Я хотел сказать, что у меня возникли кое-какие дела. Боюсь, что мне придется уйти. – Я повернулся к Волшебнице: – Мне очень жаль, что я вынужден так поступить по отношению к вам, моя дорогая,
Она взглянула на меня и сладко улыбнулась.
– А как бы тебе понравилось стать тритоном? – осведомилась она.
Лойош зашипел.
– Я прошу тебя, Влад, воздержаться от ответа, – резко сказал Маролан.
Я решил не портить Маролану настроения.
– Тогда я ухожу, – заявил я и поклонился.
– Очень хорошо. Если я тебе понадоблюсь, дай знать.
Я кивнул. К несчастью для Маролана, я запомнил его слова.
Вы знаете, в чем состоит единственное и самое существенное различие между драгейрианином и выходцем с Востока? И дело тут вовсе не в том, что они выше и сильнее нас – я являюсь живым подтверждением того, что размеры и сила не самое главное. И не в том, что они живут две или три тысячи лет, в то время как мы – пятьдесят или шестьдесят. Никто из моих знакомых не рассчитывает умереть от старости. И даже не в том, что у них с самого рождения имеется связь с Имперской Державой, что позволяет им использовать магию. Выходцы с Востока (как мой умерший, не оплаканный отец) могут купить себе титул в Доме Джарега или присягнуть на верность некоему благородному лицу и превратиться в теклу – стать гражданином и получить доступ к Державе.
Нет, как мне удалось установить, самое большое различие заключается в следующем: драгейрианин способен телепортироваться и при этом не страдать от тошноты.
Я появился на улице возле своего офиса, чуть не расставшись с содержимым собственного желудка. Сделав несколько глубоких вдохов, подождал, пока мои несчастные внутренности немного успокоятся. Один из магов Маролана сотворил для меня нужное заклинание. Я и сам могу его сделать, но у меня это получается не слишком здорово, а от плохого приземления лучше моему желудку не становится.
В то время мой офис на Медной улице занимал заднюю часть небольшого игорного заведения, которое, в свою очередь, находилось внутри магазинчика, где продавались галлюциногенные травы.
Офис состоял из трех комнат. В первой сидел Мелестав, мой телохранитель-швейцар. Здесь имелся стол и четыре достаточно удобных деревянных стула. Справа располагался кабинет Крейгара, где хранились досье. В маленькой комнатушке Крейгара стоял письменный стол и единственный жесткий деревянный стул – больше там ничего не помещалось. За спиной Мелестава была дверь в мой кабинет. Мой письменный стол был больше, чем у Крейгара, но меньше, чем у Мелестава. За ним, лицом к двери, я поставил мягкое вращающееся кресло. И еще два удобных кресла, одно из которых обычно занимал Крейгар.
Я сказал Мелеставу, чтобы он сообщил Крейгару о моем появлении, и уселся за свой стол.
– Да, босс?
Сообразив, что Крейгар в очередной раз проскользнул в мой кабинет незамеченным, я вздохнул. Он утверждает, что делает это бессознательно – просто никто его не замечает, и все дела.
– Что тебе удалось выяснить?
– Ничего нового по сравнению с тем, что я успел тебе рассказать.
– Ладно. Давай просадим немного денег.
– Мы оба?
– Нет. Ты держись в стороне, на случай, если они начнут грубить.