За далью — даль

Твардовский Александр Трифонович

И постигали въявь при светеДневном на этом рубеже,Что — да, они уже — не дети,И счет пошел иной уже…Расспросы, толки, тары-бары…Уже, проход загородив,Вокруг и возле этой парыВагонный сладился актив.На всех пахнуло в самом делеКак будто временем иным,И все по-своему хотелиНе сплоховать при встрече с ним;Не оттолкнуть почтенной спесью:Мол, то ли дело в наши дни;Не

затянуть унылой песниВо вкусе матушки-родни —Той, чьи советы, поученьяИ справки — в горле у детей:Насчет превратностей снабженьяИ климатических страстей. Но все ж избыточное времяВ пути заставило и насОтдать свой долг обычной теме,Что все имеют про запас.Мол, край земли — он понятно,И в шалаше с любимым — рай.Но на Арбат попасть обратноСложнее, чем на этот край.Да, да. Не всем в аспирантуру, —Нет, нужно в жизнь пойти сперва,Но взять Калинин либо Тулу:И жизнь, и в трех часах Москва. Беда, что все до меду падки, —Себе не враг никто живой:Тот строит город на Камчатке,А дачу лепит под Москвой.Тот редкой верностью СибириУже повсюду знаменит,А там, в столице, на квартиреЖена за сторожа сидит…И, кстати, речь зашла о женах,Особо любящих Москву,Что хоть в каких ютятся зонах,Лишь ею грезят наяву.Хоть где-то, где-то, чуть маяча,Томит им души до бедыМосква — мечта,Москва — задача,Москва — награда за труды. А впрочем, если виноватаОна — Москва — какой виной,Так разве той, что маловатоНа всех про всех ее одной.И хоть бы вторе растянулась,Так не вместиться всем в одну…Но не твое ли время, юность,Нести ее на всю страну?В леса и степи до пределаИдти со связью от нее.То не твое ли нынче дело,Друг верный — молодость?..Твое!Твое по праву и по нраву.Твое по счету голосов.Несет тебе и честь и славуЗемли родимой этот зов. Не для того тебя растилиИ сберегали, как могли,Чтоб ты в поре своей и силеЧурались матери-земли.Земли нетоптаной, нерытой,Таящей зря свои дары,Необжитой, недомовитойИ небом крытойДо поры.Тебе сродни тех далей ветер.Ты знаешь: очередь твоя —Самой в особом быть ответеЗа все передние края.За всю громоздкую природуЧто в дело нам отведена,За хлеб и свет, тепло и воду,За все, чем в мире жизнь красна… Прошу учесть, читатель строгий,Что у стиха свои

права:Пусть были сказаны в дорогеНе эти именно словаИ за отсутствием трибуныШла речь обыденней вдвойне…Но вот супруг, наш спутник юный,Вдруг поднял руку:— Дайте мне.Он старшим был в их славной пареИ, видно, парень с головой,Из тех, что в каждом семинареРезон отстаивают свой. — Позвольте мне, — сказал он тихо. —Мы сами вызвались сюда.Хоть знаем все, почем там лихо,Но сами… Просто — от стыда.Да! Что же: речи, песни, письма,А как до дела — так меняАвось хоть в ту же Тулу втиснетРуководящая родня…И нужды нет притом лукавить,Что мне Москва не хороша,И что не жаль ее оставить,И не лежала к ней душа.Зачем выдумывать пустое, —Вдали она еще милей.Еще теплей.Но разве стоятТе блага — совести моей. Бочком ходить, светить глазами —Была бы нам судьба тошна.Иную мы избрали сами,Я правду говорю, жена?Мы с ним в купе сидели рядом,И та из своего углаЕго влюбленным, долгим взглядом,Не отрываясь, берегла.И не впервые вслух, должно быть,Она сказала те слова,Что про себя имели оба:— Где мы с тобой, там и Москва…И даже чуть плечом пожала —Мол, знаешь сам: ответ готов.И все признали, что пожалуй,Не скажешь лучше этих слов. Пусть жизнь своею жесткой меркойИзменит емкость и потом,Когда любовь пройдет проверкуИ обживет свой новый дом.Но это доброе присловье —Залог и дружбы и семьи.И с ним полезен для здоровьяЛюбой на свете край земли…Тот край, тот мир иной — до срокаОн не вступал еще в права.И от Москвы, как ни далеко,То все еще была Москва.Москва, что дали рассекалаСвоей стальною калеей,Тайга ли, степи, или скалы, —Все это было за стеной, Все за окном неслось вагонным.А тут, внутри, была онаС ее уютом, протяженнымДо крайней шпалы полотна.Тут из конца в конец державы.Защищена от непогод,Она тепло свое держалоИ свой столичный обиход.И если поезд передышкуСебе в работе позволял.Там был хоть малый городишко —Москва образчик, хоть вокзал;Хоть водокачка — знак приметныйКультуры с дедовских времен;Хоть «Пиво — воды», хоть газетныйКиоск, закрытый на ремонт…