За горизонт
Шрифт:
Надо же, она слово "отчекрыживать" без запинки произнесла, я оценил.
– Как будете делить призовые деньги?
– Если отпиливать ничего не надо, то пополам.
– Гут. Жду вас с Руди у себя в офисе через три дня, оформим формальности.
– Хм, фрау Ширмер, а почему именно через три? Вольф приедет?
– Нет, Вольф, приедет сегодня ночью. Но следующие пару дней он будет очень занят. А вам эти пару дней лучше не покидать этих стен. И.... похороните тело.
На этой оптимистической ноте, фрау Ширмер подводит черту под нашим разговором.
Глядя
– Стало быть, следующие пару дней будут зачищать табор перед городом. Надо цепляться за Вольфа двумя руками, и еще зубами в придачу, на дорогах в ближайшее время будет небезопасно. Причем чем дальше, тем страшнее.
Гости уехали, и гарнизон дома вернулся к обычному распорядку дня. Собаки завалились вздремнуть в тени. Трое младших исчезли в доме, по каким-то своим детским делам. Руди ушел заканчивать дела на конюшне. Русский достал из пикапа пробитый радиатор, сунул палец в пробитое пулей отверстие и со словами, - Если нет прачки, отдуваться придется дворнику, - поволок испорченную деталь в тень.
У Руди получился крайне удачный выстрел. Старая добрая маузеровская пуля перебила теплообменную трубку радиатора, и больше ничего не задев, вышла из крыла в паре сантиметров над колесом.
Не люблю я алюминиевых радиаторов, в принципе не люблю. Случись неприятность, медный радиатор можно запаять, а вот алюминиевый только выкинуть. Но, поскольку нового радиатора взять негде, придется чинить имеющийся. Хотя бы до состояния - шоб доехало до города и привезло обратно.
Сперва вооружившись кусачками и самодельным ножом с коротким, косым лезвием вырезаю алюминиевую ленту между поврежденной трубкой и соседними. Освободив от ленты по десять сантиметров в каждую сторону от пробоины, кусачками перекусываю теплообменную трубку. Ровняю края.
Хорошо бы в обрезанную трубку набить двухкомпонентного клея, но клея у меня мало и, тратить его на чужой пикап, жаба задушит.
Во, только подумал, сразу плохо стало. Не, не будем вступать в конфликт со столь опасным противником - моим личным мутантом хомяка и жабы. Где-то у меня был захомячен почти выжатый тюбик герметика. Герметик тоже вполне годный вариант под данную задачу.
Пережав обрезки трубок в пяти сантиметрах от срезов, набиваю в трубки герметик. Пассатижами с длинными губками аккуратно плющу трубки, герметик выдавливается наружу. Можно было сэкономить герметик, выполняя эту операцию по очереди, с верхним и нижним куском трубки, забивая вторую излишками, выжатыми из первой. Но великого смысла в подобной экономии в моем случае нет. Чтобы добраться до остатков герметика, тюбик и так пришлось разрезать и вывернуть наизнанку.
Теми же пассатижами аккуратненько загибаю конец сплющенной части трубки. Обжимаю. Потом загибаю еще раз. И еще. Повторяю операцию закручивания сплющенного конца со второй трубкой.
Ну вот - так мы победили сырость. Надеюсь что победили. Сделать лучше, чем есть, у меня не получится. Так что, втыкаем радиатор обратно в пикап и идем обедать. А после обеда устроим тест на герметичность.
Послеобеденный тест на герметичность радиатор прошел успешно. Ехать
Под восторги Руди немного погонял движок на холостых оборотах - нормально.
А гонять его долго нам нельзя, топливо беречь надо. Солярки и так на два пальца на дне бака осталось. Остальное я рано утром слил в баки "головастика", мне нужнее.
И снова потянулось ожидание. Хуже нет, ждать или догонять. Знойное новоземельное солнышко буквально по миллиметру сползало к горизонту. Собаки переползли вслед за тенью на другую сторону двора.
С к у ч н о.
Скучно, это конечно на порядок лучше, чем неприятности, но все равно нездорово.
Разнообразие в вялое течение дня вносит младший из немцев. А заодно приоткрывает мне еще один аспект местного бытия.
Парень углядел в полосе прибоя, прибитый волнами к берегу, приличных размеров древесный ствол. Немцы мигом схватили двуручную пилу, топор на длинной ручке и были готовы рвануть на разделку добычи.
Они там развлекаться с пилой будут, а мне тут скучать? Вот уж нафиг. Я, между прочим, еще утром порывался пилой или топором поработать. Вместо зарядки.
Курта не пришлось упрашивать остаться на охране дома. Да и Руди мое участие пришлось явно по вкусу. Хотя моих мотивов в помощи с дровами он не понял. Другая культура, что с них взять.
Руди явно не в первый раз проделывает подобную операцию. Пилить ствол на месте, где его прибило к берегу, не самая разумная мысль. Распилишь, потом таскай на своем горбу до дома. Посему, у дерева были отрублены и отпилены все суки. Ствол закатили обратно в море и, усадив на него моих-мелких, спокойненько потолкали в сторону дома.
Мои опасения на счет ужасных местных акул, кракенов и прочих нехороших обитателей морских пучин Руди развеял сразу. Мол, тут днем, если не заходить глубже, чем по грудь, можно ходить смело. А вот южнее, не стоит. Даже днем, и даже по грудь.
Второй ходкой сплавляем срубленные сучья. Соль наждаком пилит не до конца зажившие шрамы. Мелкие пытаются расчесать ранки. Приходится включить злого папу и довести до детишек всю пагубность подобных действий.
Мелкие послушались, но обиду затаили. Ох, папка, отольются тебе в старости детские обидки. Если доживешь, конечно.
Следующие два часа, вооружившись двуручной пилой, распиливаем ствол и сучья на полуметровые чурбачки. В длинных перекурах Руди устраивает мне ликбез на тему "откуда берутся дрова".
Казалась бы дрова на юге, много ли их надо? Выяснилось, что много.
Сибирских морозов в данной местности не бывает. Даже отрицательных температур не бывает. Плюс десять - двенадцать по Цельсию, это уже трагедия и катаклизм вселенского масштаба. Но даже такие "холода" Руди смог припомнить всего пару раз.
Однако готовить каждый день на чем-то надо. Баньку истопить без дров не получится, и коптильня без дров тоже работать не может. В сезон дождей протопить камин бывает весьма кстати. Вот и получается, что несмотря на подарки подкидываемые морем, дрова приходится докупать.