За горизонт
Шрифт:
Обрадованный этим известием, Уве визжал так, что его визг был слышен на топливной фабрике, а храбрые немецкие (и не только немецкие) зольдатены, от греха, попрятались за броню шушпанцеров. В итоге, Уве выклянчил у Вольфа третьего номера моей эвакуационной партии - Мартина. В обмен, Уве брал на себя повышенные соцобязательства - угробить любую машину на выбор Вольфа из вверенного ему конвоя. И как мне показалось, если Уве и преувеличивал, то совсем немного. Вот и езди после такого с местными конвоями.
Не успела осесть пыль за сделавшим ноги фолькштурмом,
Логично в принципе. Наверняка Вольф попытается впарить тачку переселенцам. Цунами принудительного выселения задрало спрос на автотехнику до небес.
– Вольф, если будешь продавать пикап, имей в виду, у него радиатор на честном слове работает.
Немец морщится как от зубной боли.
– Твой немецкий ужасен. Нет, продавать пикап я не буду. Эти люмпены, - Вольф неопределённо взмахивает в сторону города, - не дадут хорошей цены. За мокрый сезон доведу машину до ума и с началом нового сухого сезона продам.
Что тут скажешь - очень верный подход. Недовольные качеством проданного авто, могут спросить с продавца, подловив его вдали от обжитых мест.
– Гут, тогда мне вечерком нужно скататься до города. Автомат продать, прикупить кой чего в дорогу и зайти в гости к фрау Ширмер. Сам знаешь, эта фрау из тех людей, приглашения которых лучше не игнорировать.
– Гут. Езжай, я договорюсь на КПП, тебя пропустят.
– Вольф, я Руди возьму с собой в город? Половина выручки с автомата и убитого бандита его.
Дождавшись утвердительного кивка, продолжаю.
– И это, Вольф, может, хватит уже парню с порножурналами в сортире ныкаться? А ну как, от этого дела у парня болезни какие разовьются, или волосы на ладонях вырастут.
– Болезни разовьются, если шляться где попало....... В "Розовую чайку" зайдите. Там хоть и дороже, но с гарантией на винт не намотаете лишнего, - лицо немца принимает хитрое, но при этом трогательное выражение.
– Вот возьми, отдашь Руди в городе,- немец протягивает мне сотню экю.
– Вольф, мы вроде как за призовыми деньгами едем. У нас будет, чем заплатить.
– Да, верно. Ну, тогда не тратьте слишком много.
Вот и пойми этих немцев, то деньги на гульбу впаривает, то много не тратьте.
Глядя вслед удаляющемуся пикапу, ору, - Руди! Иди сюда, - и шёпотом, с нотками загадочности проезжаю по ушам, подбежавшему парню.
– Рудольф, пора тебе становится мужчиной. Вечером мы вкусим радостей квартала красных фонарей. Так что сдай порнографию брату и собирайся в город.
Ну вот, покраснел как помидор, сейчас начнет из себя целку строить.
– Не ссы, с твоим фатером я договорился. Не сдашь брату порнуху, останешься вечером дома. Давай - действуй!
До вечера больше ничего примечательного не приключилось. Если, конечно, не принимать во внимание, что Руди каждые три минуты метался взглянуть, не возвращается ли отец. Хронический спермотоксикоз такая штука,
Из города Вольф вернулся один и не в духе. Доктор оказался упертым малым, и на раз посылал по известному адресу не в меру заботливых мужей.
Мой отъезд в город на час притормозили мои собственные дети. Сходили на рыбалку вместе с младшим немцем, сына умудрился намочить гипс до такой степени, что домой он вернулся, сверкая молочно-белой кожей на месте загипсованной руки. Более ответственная Рита, доволокла до дома останки своего гипса.
Вот блин, не было печали. Пощупал, потрогал, разве что не понадкусывал детские ручки. Нормально все, вроде. Уплотнений нет, от боли не морщатся, где надо все гнется, где не надо не гнется. На этом мои познания в медицине иссякли. Пожертвовав куском бинта, подвесил мелким руки на перевязи. И строго настрого наказал - рук из перевязи не вынимать и ничего больными руками не хватать.
Уговоров хватило на пятнадцать минут - дети.
– Вольф, ты завтра в больничку поедешь?
– дождавшись утвердительного ответа, прошу, - Возьмёшь завтра с собой к доктору моих малявок?
– Не вопрос, с тебя полста экю Доку. И когда закончите дела в городе, заскочите в госпиталь, заберите Урсулу. Док обещал до вечера с ней закончить. Сломанная нога ей стрелять не помешает, пусть хоть так свой косяк отрабатывает.
Урсула это, тот самый сломавший ногу мехвод Уве. И есть у меня подозрение, что не только мехвод. Очень уж аппетитные формы у тетки. Решительно непонятно, по каким целям Вольф собрался стрелять? Но даже со сломанной ногой опытный человек в экипаже это громадный плюс.
– Как радиатор на пикапе, не парил?
– Радиатор? А что с ним не так?
– удивился Вольф.
– Ну, как бы, твой старшенький в нем дырку прострелил. Пришлось подлатать немного.
Немец лишь неопределенно пожал плечами.
– Руди, автомат взял? Ну, раз взял, грузи свой зад в машину, поехали. Нас, в особенности тебя, ждут великие дела.
В наглую, проигнорировав требования к хранению оружия в Порто-Франко, Руди даже не подумал паковать трофейный автомат в спецсумку. Пристроил ствол у себя между ног и откинулся на спинку сиденья.
– Руди, а не отберут у нас автомат на посту? Ну, нет, так нет, тебе видней. Яйца себе не отстрели. Обидно будет без яиц остаться за час до первого раза.
Порто-Франко.
08 число, 9 месяц, 16 год. День - Вечер.
До города без проблем добираемся минут за пятнадцать. У северного КПП застаем готовящийся к отправке очередной конвой.
Такого в этом мире я еще не видел. Новый тип новоземельного транспорта - клетка на колесах. Народу в них набито так, что можно только сидеть или стоять. Чисто белых лиц в клетках не видно, в основном негры, арабы, латиносы. Вся эта пестрая братия орет, бьётся в истерике, пытается расшатать прутья клеток. И ровным счетом, не производит никакого впечатления на охрану. Кричат о чем-то мартышки в загоне - дело житейское.