За спичками

Лассила Майю

На площади дрались мальчишки. Драка у них возникла из-за того, что один из них обозвал другого «дырявыми штанами».

Драка была в самом разгаре. Но, к счастью, один из мальчишек, сын Котилайнена, не участвовал в драке. Заложив руки в карманы, он стоял, поглядывая на дерущихся. Однако, увидев Юсси Ватанена и Антти Ихалайнена, он в восторге крикнул:

– Эй, ребята! Вот идут эти страшилища, которые сегодня гонялись за поросенком.

Услышав эти слова, Юсси тотчас узнал мальчишку и спросил

его:

– А, это ты, сын Котилайнена?.. Слушай, где же наша телега и лошадь?

Тут мальчишки прекратили драку и шумной толпой обступили Юсси и Антти.

– Ребята! – с тревогой крикнул Юсси. – Где моя лошадь?

Тогда один из парнишек, по имени Вяйне, сказал:

– Какая лошадь? Которая осталась одна на улице? – Да…

– Она ушла, – ответил Вяйне.

С тревогой Юсси спросил:

– Куда же она ушла?

– Сперва она тихонько шла по улице, а потом она побежала в сторону Кийхтелюса, – ответил Вяйне.

– И вы ее не задержали? – с горечью воскликнул Антти.

Какой-то парнишка сказал: – Не… не задержали… Вяйне добавил:

– Один из мальчишек стегнул прутом вашу лошадь, и она быстро побежала.

– Бежим скорей! – завопил Юсси, призывая Антти следовать за ним.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

В молодости своей оба липерца были неплохие бегуны. Например, однажды они на пари пробежали шесть километров босиком по снегу за время, которое потребовалось для того, чтобы вскипел кофейник. Это искусство, достигнутое ими в молодости, пригодилось им сейчас, когда они побежали по дороге к Кийхтелюсу.

Но и лошадь их тоже была неплохая бегунья. К тому же липерцы были уже в годах. Помимо того, им мешали тяжелые сапоги. Да еще за спиной у Юсси болтался мешок с поросенком. Надо добавить к этому, что и погоня за поросенком до некоторой степени уже утомила их.

Тем не менее, они сначала бежали хорошим аллюром. Они бежали рядышком посередине улицы.

Поросенок, мотаясь за спиной, поднял такой пронзительный визг, что вскоре во всех окнах замелькали улыбающиеся лица.

Наконец бегунам стало жарко. Антти сказал:

– Кажется, нам будет тепло…

Юсси сделал вид, что не слышит этого. Ведь тут дело шло о его кобыле! И надо было спешить. Но когда жара стала душить и его, он не вытерпел и с раздражением сказал:

– И чего же это она, дура, побежала не в Липери, а в Кийхтелюс?

Антти тоже удивился, почему лошадь не пошла по направлению к дому.

Некоторое время бежали молча, но потом вопрос-насчет лошади выяснился, когда Юсси вспомнил:

– Так ведь она родом из Кийхтелюса… Кеттунен ее именно там выменял.

Теперь они бежали тише. Юсси продолжал сердиться:

– Дрянного сорта эта кобыла… Недаром Кеттунен держал ее

на цепи… Он боялся, что она убежит в Кийхтелюс.

Тут он стал сердиться на Кеттунена, который надул его в этой сделке – дал ему такую лошадь, которая тоскует, по старому дому, н не предупредил его об этом, Юсси бежал и бранился:

– Чертов сын, этот Кеттунен!

Они бежали дальше, Юсси все более сердился на Кеттунена:

– И главное, он ничего мне не сказал, что она любит махать хвостом…

Запыхавшийся Антти бормотал:

– Проклятый. Кеттунен!

Юсси продолжал злиться:

– Он под сбруей держал ее хвост, чтоб она не махала им… А когда я спросил его об этом, так он мне сказал – шлея длинная, от этого и хвост под ней.

– Соврал-таки, гадюка!

– Соврал, людоед… А ведь и шлея-то была самая обыкновенная, не длинная! – сказал Юсси и тотчас добавил:

– Этот бешеный поросенок визжит у меня за спиной так, будто сам себя жрет. А ну перестань, нечистая твоя сила, визжать, а не то я как тресну тебя об стенку, так что и хвостика от тебя не останется!

Наконец Антти устал. Задыхаясь, он остановился у дома купца Ахокаса и сказал Юсси:

– Не беги. Отдохнем!

Юсси остановился и, шумно, дыша, вытер рукавом куртки пот со лба.

– Нет, мы ее не догоним, – с пыхтеньем простонал Антти. – Надо взять лошадь, чтоб догнать.

– Откуда же мы возьмем лошадь? – спросил Юсси.

– Да возьмем хоть с этого двора.

– Так ведь она чужая, – с сомнением сказал Юсси, но Антти ответил:

– Да мы же ее обратно приведем, когда поймаем нашу кобылу.

Во дворе купца Ахокаса стояло несколько запряженных лошадей. Светлый мерин Партанена из местечка Муло был, пожалуй, наилучший. И поэтому Антти сказал:

– Давай возьмем этого мерина.

Юсси согласился на это и стал даже поторапливать Ихалайнена:

– Скорей садись в телегу и посмотри, есть ли там кнут.

Вскоре наши липерцы поехали по дороге в Кийхтелюс. Юсси продолжал негодовать на свою кобылу:

– Если б бежала трусцой моя окаянная лошадь, мы бы уже поймали ее. Но ведь она, конечно, прет у меня полным галопом.

И он так жестоко рассердился на свою кобылу, что в сердцах хлестнул мерина вожжами по спине и взревел:

– А ну, давай беги, льняная твоя грива! Или ты собираешься дрыхнуть на дороге?

И он снова вожжами хлестнул мерина. Мерин помчался полной рысью, и тогда Юсси стал нахваливать его и вместе с тем порицать свою кобылу:

– Вот этот не взмахивает хвостом, как моя чертова лошаденка. А я-то еще овсом ее кормил!

Антти сказал:

– Интересно знать, чей это мерин?

– Не знаю. Но мерин красивый, с пышной гривой, – ответил Юсси и снова рысью погнал его.