Забытый сон
Шрифт:
– Его сын сейчас стал банкиром, – продолжил Дронго, – вы его знаете?
– Н-нет. Видела несколько раз на приемах. Но мы с ним не знакомы. Я вообще после смерти отца была в том доме только два раза. И больше туда не ходила. Вы должны меня понять. Это очень тяжело.
– Я вас понимаю. А кто мог войти к вам в дом в отсутствие вашего отца? Например, кого могли впустить мастера?
– Никого, – решительно отрезала Лайма. – Я боюсь, что вы не совсем понимаете. Здесь не южные народы и даже не Россия. Здесь не могут прийти в гости просто так.
– Это я знаю, – согласился Дронго. – Вы не помните, в квартире вашего отца были две пары ключей или три?
– Ну, откуда я могу это знать? Конечно, не знаю. И эта квартира была не моего отца, а моего деда. И все ключи были только у моего отца. Или у его жены. Лучше спросите об этом у Лилии.
– Ей совсем плохо, – сообщил Дронго. – С сегодняшнего дня около нее дежурит сиделка.
– Как страшно, – вырвалось у Лаймы. – Ведь она совсем молодая женщина.
– Она очень любила вашего отца, – заметил Дронго.
– Да, – согласилась Лайма. – Иногда я в это не верила. Думала, что она играет. Но за столько лет после смерти отца Лилия так и не нашла себе мужчину. Никого, вы представляете? А ведь была сравнительно молодой женщиной. Когда он погиб, ей было всего около сорока. Честно говоря, даже не представляю, как бы я себя вела на ее месте. Конечно, я люблю моего мужа и безумно люблю моих мальчиков, но просто не знаю. Не представляю.
– Надеюсь, что вам не придется перенести то, что перенесла ваша мачеха, – сказал Дронго. – И лучше постучите по дереву.
– Я бы не выдержала, – призналась Лайма. – Я не выдержала бы. Где-то я читала, что Господь дает человеку ровно столько испытаний, сколько он может перенести. Но я такого испытания не перенесла бы.
– Простите, что я снова возвращаюсь к этому вопросу. Бригада строителей, которая работала в вашем доме, была от Березкина, вашего соседа?
– Понятия не имею. Это может сказать Лилия.
– Понятно. Спасибо. Простите, что я вас побеспокоил. И еще раз извините за вчерашний срыв.
– Если я вам понадоблюсь, звоните в любое время.
– Договорились, – Дронго положил трубку. Нужно было еще раз побеспокоить Лилию, еще раз ей позвонить. Но ему так не хотелось ее тревожить! Однако он решительно набрал номер и, когда услышал голос сиделки, еще раз попросил передать трубку Лилии Краулинь.
Услышав ее слабое дыхание, Дронго снова извинился.
– Кто нанимал бригаду строителей? – спросил он. – Это не были, случайно, люди Березкина, вашего соседа? Ведь он тоже занимался строительством, как и его отец?
– Нет, – ответила Лилия, – кажется, нет. Но я сейчас точно не помню.
– Ясно. И второй вопрос. На третьем этаже жил банкир Леонидов. За день до случившегося он отмечал рождение внука. Вы его хорошо знали?
– Мы с ним не общались. Они были из новых, из тех, которые
– Отца-банкира убили в девяносто восьмом. Эта смерть могла быть как-то связана с трагедией Арманда?
– Не знаю. Я сейчас уже ничего не знаю. Вы думаете, что убийца кто-то из их гостей?
– Пока нет. Но мне важно было знать. Простите, что я был вынужден вас побеспокоить. До свидания.
Дронго положил трубку, и в этот момент в дверь постучали. Дронго вдруг обнаружил, что, кроме полотенца, которым он обмотал бедра, на нем ничего нет. Пока он поднимался с кресла, постучали второй раз. Он не успел даже накинуть халат. Пришлось открыть дверь в таком виде. На пороге стояла Марианна. Увидев его, прикрытым лишь полотенцем, она довольно хмыкнула. Чем-то эта женщина напоминала ему молодую Лону. Только к ней он приехал сам и разделся перед тем, как вошел. Господи, как давно это было! С тех пор он виделся с Лоной только в девяносто четвертом. Почти десять лет назад.
Марианна вошла в номер, огляделась по сторонам и, сняв куртку, бросила ее на кресло. Затем решительно шагнула к Дронго, обхватила его голову и прижалась к нему. А во время поцелуя вдруг резко дернула полотенце и отбросила его на кровать.
– Твой сегодняшний наряд нравится мне гораздо больше, – заявила она.
– Я начинаю тебя бояться, – признался Дронго, – тебе не кажется, что ты меня сексуально домогаешься?
– Могла бы найти и помоложе, – нарочито сердито произнесла Марианна. – Зачем мне нужен такой старый и потертый эксперт? Единственное, что я могу тебе обещать, что теперь буду встречаться только с евреями и мусульманами. Оказывается, это так удобно.
Она все-таки заставила его покраснеть. Это поколение растет абсолютно бесстыжим. Или и он был таким же двадцать лет назад?
– Добавь еще американцев, – посоветовал Дронго, – там делают обрезание почти каждому родившемуся независимо от веры.
Глава 17
В это утро он чувствовал себя гораздо более утомленным, чем в предыдущее. Если Марианна решит, что им нужно встретиться и сегодня, то к завтрашнему утру у него не останется никаких сил. Или он кокетничает? Марианна проснулась и сладко потянулась.
– Доброе утро, – сказала она, – а где мой кофе в постель?
– Ненавижу кофе в постель, – пробормотал Дронго, – по-моему, сначала нужно почистить зубы и принять душ.
– Ты напоминаешь мне моего папу, – покачала она головой, поднимаясь с постели.
Дронго поднял трубку телефона и заказал завтрак. Когда Марианна вышла из ванной, завтрак был уже на столике. Она забыла надеть халат. Он невольно нахмурился, увидев ее в костюме Евы, и протянул ей халат.
– Какие мы все моралисты, – усмехнулась Марианна, натягивая его, – если не помнить, чем мы занимались два последних дня, или, точнее сказать, две ночи.