Задание
Шрифт:
без оружия. Но при нем не было и картотеки! Оставалась надежда, что
документы принесет сюда ветеринар. Или кто-то из этих мальчишек.
Сергей сидел, прикрыв глаза и расслабившись. Спасти его могла
счастливая случайность или чудо, что практически одно и то же. А принимать в
расчет чудеса не имело смысла. У Сергея было время обдумать варианты
спасения и прийти к выводу, что надеяться не на что.
Он пришел на кордон ночью. Дом был
собак: он прошел от ворот до дома в полной тишине. Постучал -- ответа не
было, он потянул дверь -- она открылась... Шаркая, расставив руки, прошел он
сени, вошел, видимо, в горницу -- темнота была почти полная, еле заметно
серело окно.
– - Это кто? -- очень спокойно спросил мужской голос. Потом раздался
сухой, какой-то металлический кашель.
– -- У вас нет козьего молока?
– - сказал Сергей в темноту и невольно
усмехнулся нелепости вопроса.
Хозяин легко, почти бесшумно встал, зажег и поднял в руке лампу.
– - Зарезал козу, -- медленно сказал он, вглядываясь в Сергея.
– - На той
неделе.
Сергей ничего не стал рассказывать Самохину, сказал только, что ему
надо переночевать. А Самохин ни о чем не спрашивал. Он понравился Сергею --
спокойствием, какой-то основательностью точных, неторопливых движений и тем
выражением, с которым смотрел на Сергея, когда тот сидел за столом и пил
молоко. В его взгляде было доброе, почти отеческое участие к трудной
Сергеевой жизни.
И хозяйка у Самохина была такая же спокойно-обстоятельная. Неторопливо
и молча принесла молоко и хлеб, постелила Сергею у печки. Спать в избе
Сергей отказался, расположился в сарае на сене. Самохин дал ему тулуп, и
Сергей устроился неплохо. Остаток ночи он бодрствовал, прислушиваясь и
вглядываясь через щель двери в темноту двора. Мальчишек не было, это
тревожило Сергея.
Падал снег, все падал и падал, становилось светлей, будто светало, это
был долгий и томительный рассвет, а когда рассвело по-настоящему и стало
видно, что тряпка на заборе красного цвета, Сергей услышал, как рядом, за
стеной сарая, поскрипывает снег. Он приблизил лицо к щели и вплотную увидел
тусклые пуговицы солдатской шинели и мясистую руку с рыжими волосиками,
обхватившую рукоятку автомата. Ноготь поскребывал по черному металлу, словно
почесывал его.
Немцев было много, они наглухо оцепили кордон, и, убедившись в этом,
Сергей снова стал юродивым.
Но ненадолго. Солдаты вытащили его из сарая, он повизгивал и пускал
слюну,
Краузе и Самохин. Майор не смотрел на Сергея, разговаривал с Самохиным, и,
услышав слова лесника, Сергей понял, что дальше играть бессмысленно.
Сергей сидел на сундуке. Надежды не оставалось. Отсюда не уйти. До
картотеки он так и не добрался. И что сейчас карточка -- выцвела или нет?
Какое это имеет значение! Узнав о провале, Житухин может прекратить метить
карточки. Операция сорвалась, задание не выполнено. По обстановке судя, надо
подводить итоги, но подводить нечего...
Была, правда, маленькая надежда. Немцы устроили ловушку. Значит,
Гаврина и Пашку они не схватили и ждут их сюда. Лешки и Женьки тоже до сих
пор нет, что-то помешало им прийти ночью. А! Как же он сразу не сообразил?
Женька на скотном узнал Самохина, они поняли, что на кордон нельзя. И ушли к
партизанам. Нет, не так уж все плохо, майор Краузе.
Жаль, не удастся самому рассчитаться с этой сволочью -- Самохиным. Вот,
значит, кто предал Потапа. Но если бы не Матвей, не пришел бы Сергей на эту
запасную явку, и все бы пошло иначе.
Сергей встал, потянулся, прошел к окну, где стоял ковшик с водой. Обер
сделал к нему движение, но майор покачал головой, и тот сел на место.
Снег лег под утро. К партизанам все ушли вечером, до снега. Следов нет.
Чисто, тихо. Какой прекрасный снег подарила ему жизнь на прощание! За окном
был виден плетень, белая дорога, уходящая в лес...
Сергей похолодел: по краю дороги к дому шел Лешка! Сейчас его увидят!
Но еще можно сделать одну вещь...
Сергей отвернулся от окна и шагнул к столу.
– - Ну что ж, -- громко сказал он и улыбнулся,-- мне ничего не остается,
как открыть все.
Майор посмотрел на него с интересом.
– - Вот здесь... -- - Сергей показал на сундук, майор и обер разом
повернулись, и тогда Сергей с места прыгнул в окно, головой вперед.
Рама вылетела, Сергей упал на руки, перевернулся, вскочил и, плохо видя
от боли в голове, побежал, забирая вправо, дальше от дороги. Пока будут с
ним возиться, Лешка скроется. Ага, не стреляют!
– - Лешка, беги! Беги!
– - закричал Сергей, счастливый от того, что он
может еще сделать самую важную вещь -- спасти мальчика, этого дорогого ему
человека. И тут он подумал, что надо бежать быстрей, и тогда, может быть,