Заговор Катилины

Джонсон Бен

Он будет в ней последним, значит, боги

Судили так. Но и тогда я Риму

Сполна отдам остаток сил своих

И, умерев, бессмертен буду вечно.

Лишь себялюбец мерит жизнь по дням.

Кто доблестен, тот счет ведет делам.

Народ :

Идем, проводим консула до дома.

(Цицерон, Катон, часть ликторов и народ уходят.)

Цезарь :

Как люб он черни!

Красс :

Тучею

плебеи

За ним валят.

Цезарь :

С Катоном во главе.

Красс :

А на тебя, Антоний, и не взглянут,

Хоть ты такой же консул, как и он.

Антоний :

Да что мне в том!

Цезарь :

Пока он торжествует

И отдыхает, следует обдумать,

Зачем он намекал на заговоры.

Катул :

Кай Цезарь, если слух о них не ложен,

Нам будет нужен Цицерон, как страж.

Цезарь :

Слух! Неужель, Катул, ты веришь слухам?

Ведь Цицерон их сам же раздувает,

Чтоб убедить народ в своих заслугах.

Стара уловка! Все любимцы черни

Творят чудовищ призрачных и с ними

Потом в борьбу вступают, чтоб придать

Своим приемам грязным благовидность.

Ну как актер, играя Геркулеса,

Без гидры обойдется [60] ? Он ведь должен

Не только роль исполнить, но и залу

Правдоподобность пьесы доказать.

Красс :

Правители различных государств

Не раз измену насаждали сами,

Чтобы, раскрыв ее, себя прославить.

Катул :

То государство, чей позор на пользу

Идет его правителям, прогнило.

Красс :

60

60 Ну как актер, играя Геркулеса, без гидры обойдется?
– Согласно античной мифологии, в числе двенадцати подвигов Геркулеса было умерщвление Лернейской гидры - многоголового чудовища с телом змеи.

Но нашему прогнить мы не дадим.

Цезарь :

Об этом позаботится Антоний.

Антоний :

Еще б!

Цезарь :

Он стража поостережет.

Катул :

Вон Катилина. Как он переносит

Свою очередную неудачу?

Цезарь :

Не знаю, но, наверное, с трудом.

Катул :

Лонгин ведь тоже консульства искал?

Цезарь :

Но уступил потом дорогу другу. 

Катул :

 Кто там? Лентул?

Цезарь :

Да. Вновь его в сенат

Зачислили.

Антоний:

Ведь претором он избран [61] .

Я тоже за него голосовал.

61

61 Ведь претором он избран.
– Для того чтобы лицо, исключенное из сената, могло быть восстановлено в списках, оно должно было быть избрано на должность не ниже преторской.

Цезарь :

О да, ты был при этом, цвет сената.

(Входят Катилина, Лонгин и Лентул.)

Катилина :

Привет славнейшим римлянам! Позволь

Тебя поздравить, благородный консул.

Антоний:

Вдвойне я был бы счастлив, разделив

Свой сан с тобою, благородный Сергий.

Катилина :

Народ решил иначе, повинуясь

Веленьям неба неисповедимым.

Ведь боги лучше, чем мы сами, знают,

Что нужно нам, и грех - роптать на них.

Катул :

Я счастлив, что с покорностью душевной

Ты сносишь неудачу.

Катилина :

Я и впредь

Покорен Риму и богам пребуду.

(Тихо Цезарю.) : 

Потолковать с тобой мне нужно, Юлий.

Цезарь (тихо Катилине) :

К тебе домой приду я. Красс не хочет,

Чтоб при Катуле говорили мы.

Катилина (тихо Цезарю):

Понятно.

(Громко.) :

Если родина и боги

Сочтут, что я награды стал достоин,

Я получу ее. Я терпелив,

Поскольку знаю, что отчизне нужен

Не меньше тех, кто отдает приказы,

Тот, кто другим умеет подчиняться.

Катул :

Позволь тебя обнять. Я вижу, Луций,

Что зря ты оклеветан.

Катилина :

Кем?

Катул :

Молвой,

Считающей, что неудачей ты

Задет.

Катилина :

Меня она не задевает.

Не принимай, Катул, на веру слухи:

Кто преступает так, тот сам злословит.

Катул :

Я знаю это и себя браню.

Катилина :

А я спокоен, ибо обижаться