Замки у моря
Шрифт:
С первой встречи между ними произошла необратимая химическая реакция. И теперь его тревожил один вопрос: почувствовала ли это Салли? Не могла не почувствовать. Но захочет ли она это признать? Ответит ли взаимностью или предложит ему остаться друзьями? Том никогда не мог понять женщин. А последние два года у него не было времени даже попытаться сделать это. Он почти забыл, как ухаживать за женщиной. Кроме того, она, можно сказать, его клиентка. Здравый смысл подсказывал не распускать руки и выполнять работу,
Перед тем как ступить на песчаный двор, Салли скинула шлепанцы и наклонилась, чтобы поднять их, открывая Тому захватывающий вид верхней части своих грудок, как раз помещавшихся в ладони.
Чем по сравнению с этим зрелищем был здравый смысл? Убежищем занудных престарелых бизнесменов!
Том с визгом оторвал очередную доску и бросил вниз, где уже лежала большая куча. Он снял с головы бандану и протер ею вспотевшее лицо и грудь. Затем поднял с пола бутылку прохладной воды и жадно сделал большой глоток.
Он перегнулся через перила, когда Салли проходила мимо.
— Ходи здесь осторожнее, — предупредил он.
— Да, этот ядовитый плющ опасен, — откликнулась она, осторожно пробираясь по тропинке. — Им ты тоже займешься?
— Нет, Фил сказал, что нанял бригаду, которая приедет на неделе и очистит сад. Но я имел в виду не плющ. Там могут быть гвозди. Как поплавала?
Остановившись, Салли закинула голову и улыбнулась.
— Здорово!
И собралась было идти дальше, но Том снова остановил ее.
— Если тебя не очень затруднит, но могла бы ты одобрить мои подсчеты?
Он достал из заднего кармана шорт бумажку, на которой рассчитал, сколько потребуется денег на пиломатериалы для двух веранд.
— Я одобряю.
— Но ты даже не посмотрела.
Она пожала плечами.
— Я уверена, что все в порядке.
Он отставил в сторону бутылку, убрал в карман бумажку и спрыгнул вниз, очутившись прямо перед Салли.
Она бросила на него быстрый взгляд.
— Ты всегда так потеешь, когда работаешь?
— Если стоит жаркий августовский полдень — да. Говорят, чем больше потеешь, тем более эффективно тело охлаждается.
— У тебя, наверное, хорошее здоровье, — с улыбкой заметила Салли, протягивая руку к раздвижной двери.
— Есть два варианта, — настаивал Том, снова достав бумажку. — Можно просто обновить веранды, а можно внести при этом кое-какие изменения. Я бы предложил расширить их, особенно нижнюю.
— Хорошо.
— Хорошо? Тебе не кажется, что ты немного расточительно относишься к деньгам своего кузена?
Салли попыталась открыть дверь, но та не поддалась.
— Мне кажется, он мог бы предупредить меня, что я должна буду следить за ремонтом.
Она сильнее нажала на дверь, но та отказывалась открываться.
— Разреши мне.
Том несколько раз ударил по краю двери и вытащил
— А… ты сможешь потом вставить его? — поинтересовалась она, входя в гостиную.
— Я сделаю лучше: заменю эту дверь на новую. Я. могу сделать это сегодня же, если она стандартного размера. Посмотрим…
Прислонив стекло к стене, он достал из кармана рулетку и протянул один конец Салли.
— Ты мне поможешь?
Она положила полотенце и журнал на тумбочку и взяла конец рулетки.
— Так, держи здесь, — попросил Том, определив ее руку в верхний угол рамы. — Не двигайся.
Опустившись на колени, он сделал замер и записал цифру на бумажке. Под таким углом казалось, что ноги Салли бесконечны. Том вдохнул ароматную смесь соленой морской воды и кокосового крема для загара. Немного песка прилипло к колену Салли, и он едва удержался, чтобы не стряхнуть его.
— Твои родители до сих пор проводят лето на Кейпе? — спросил он, чтобы заполнить паузу.
— Они никогда этого не делали, — ответила она. — Точнее, они проводили здесь не только лето, но и осень, и зиму, и весну. Я выросла в очень скромных условиях. У нас был малюсенький пляжный домик. Мой брат спал в чулане, а я на раскладушке в так называемой гостиной.
— Я спал на раскладывающемся диване в подвале. — Он скрутил рулетку и убрал в карман.
— Ты спал в подвале?
— Это был комфортабельный подвал, — уточнил Том. — Но на диване мы спали вдвоем с одним из моих братьев. У трех остальных была спальня. Так же как и у четырех моих сестер. Так что у нас с Шоном было достаточно места.
Салли приподняла бровь.
— Получается, раз, два, три, четыре, пять братьев и…
— Нас было девять. — Том облокотился на столик для пикника. — Плюс родители. В шестикомнатном «выстреле» в южной части Бостона.
— «Выстреле»?
— Ну, знаешь, небольшой, узкий, длинный домик, где можно сделать сквозной выстрел от входной двери до задней.
— Какая роскошь. У нас было только три комнаты.
— На сколько человек?
— На четверых.
— Извините, мадам, но, по Хойлу, одиннадцать человек в шести комнатах всухую разбивают четырех в трех комнатах.
— По Хойлу?
— Разве не он рассматривал проблему переполненных домов?
Салли издала звук, средний между стоном и хихиканьем. У нее была такая широкая, искренняя улыбка, что, глядя на нее, невозможно было не улыбнуться самому. Заразительная — подходящее слово.
Ну, может, чуть-чуть заигрывающая.
Она закусила губу и пристально посмотрела на Тома.
— Ты голоден? — наконец спросила она.
— Даже представить себе не можешь, как сильно.
— Я хотела открыть банку тунца, но там слишком много на одного человека. Так что, я подумала, может быть…