Зарисвет

Марченко Евгений

Праздник удался на славу. Кхоги обустроили огромную поляну: убрали все камни и кочки, подстригли траву, чтобы удобно было ставить шатры, и даже отвели сюда ручей с ключевой водой. Устроили площадки для танцев. Навезли массу дичи, везде стояли котлы и вертела, где варились и жарились местные блюда.

Горигон предупредил своих дружинников, чтобы они не увлекались местными хмельными напитками: всё-таки они находятся на территории недавнего врага. И хотя командиры строго следили за исполнением этого приказа, к вечеру вдруг обнаружилось, что большинство дружинников с трудом держатся на ногах, а многие и вовсе уснули. Только князь и его приближенные, которые сидели за одними столами со старейшинами кхогов и ели одни с ними кушанья, были по-прежнему бодры. Оказалось, что в котлы для простых воинов были подмешаны дурманящие и сонные травы. Как только вождь кхогов увидел, что Горигон уже почуял неладное, он издал условный клич. Тотчас из-за окружавших поляну деревьев появились прятавшиеся

там лучники и стали осыпать стрелами руверонцев. Горигона пытались взять живым, но он с мечом в руке чуть было не настиг вождя кхогов, и только десяток стрел смог остановить его. Поляна была полностью окружена кхогами, и никто из руверонцев не уцелел. Только двое мальчишек-слуг, которые незадолго до бойни незаметно отлучились из лагеря, преследуя выскочившего на них из-за кустов лисёнка, остались живыми. Они уже возвращались в лагерь, когда услышали крики. Мальчишки, спрятавшись в соседних кустах, смогли увидеть всё. Потом отползли подальше от лагеря, поймали убежавшего коня и поскакали на юг. Через некоторое время они встретили отряд всадников. Это была дружина Яробора, которая добралась до земли кхогов даже быстрее, чем планировалось, но всё же недостаточно быстро, чтобы предотвратить трагедию. Охваченный горем Яробор был готов лететь во весь опор и немедленно напасть на кхогов. Однако Ботвига, несмотря на то, что его отец тоже был на празднике, проявил большее хладнокровие:

– Мальчишки видели, что кхоги в живых не оставили никого – так что спешить уже поздно! Нужно сначала всё хорошенько разведать. Наша дружина не столь велика, боевой опыт есть не у всех. И мы не знаем, какие силы у кхогов.

Яробору пришлось согласиться с такими доводами. Были высланы разведчики. Вернувшись, они сообщили, что кхоги, уверенные в своей полной победе, без опаски пируют, без ограничения пьют как свои напитки, так и вино, захваченное у руверонцев. Поэтому, когда перед рассветом дружина Яробора ворвалась в лагерь, она не встретила упорного сопротивления. Гхоги сами попались в ловушку, которую до этого подготовили руверонцам.

НАЧАЛО ПРАВЛЕНИЯ ЯРОБОРА

Вернувшись в столицу и похоронив погибших, Яробор не мог себе позволить долго горевать. Было ясно, что весть о гибели князя Горигона вместе с дружиной и советниками скоро распространится по стране и её окрестностям. И немало найдется желающих как в Руверонии, так и за её пределами воспользоваться молодостью нового князя и неопытностью его войска. Все ли провинции, недавно покоренные Горигоном, признают своим правителем юного Яробора?

Действительно, дурные вести не заставили себя ждать. Правители соседних стран, хотя и отправили послов для выражения сочувствия Яробору, но уже не предлагали ему в жены своих дочерей, а стали поговаривать о долгах, которые, якобы, имел перед ними его отец. Иноземных купцов стало гораздо меньше, а те, которые всё-таки добирались до Цастра, рассказывали, что дороги стали опасными из-за расплодившихся разбойников.

Только одна из соседних стран не отвернулась от Руверонии в трудный час – Словетон, небольшое княжество на северо-востоке. Когда-то земли Словетона простирались далеко на юг, перекрывая всю восточную границу Руверонии. Но потом кочевые племена и рыцари Тёмного Герцога, правителя Аглора – края мрачных замков на юге – сильно уменьшили владения князей Словетона. Заключив союз с князем Горигоном, Словетон устоял против врагов, набрался сил. Но теперь и для него наступали не лучшие времена. Тем не менее, князь Словетона Загор сам навестил Яробора, чтобы не только выразить ему свои соболезнования, но и помочь советом. Загор был на десять лет старше, он тоже стал княжить молодым, рано лишившись родителей, и представлял те трудности, что сейчас вставали перед Яробором. Загор послал нескольких опытных советников ко двору юного князя и пообещал помочь в охране восточных границ Руверонии, пока Яробор разберется с врагами в других местах.

Помощь Словетона была как нельзя кстати: пришли вести, что на западные провинции Руверонии с юга напали отряды Карога, правителя королевства Калахорн. Десять лет назад Горигон вернул Руверонии два её исконных города – Росс и Форт, которые Калахорн захватил, когда страна была разобщённой. Эти города на юго-западе были очень важны для Руверонии, поскольку являлись её единственными портами: ведь всё остальное побережье страны было непригодно для подхода кораблей. Теперь Карог торопился снова забрать их себе, считая, что молодой князь не сможет оказать сопротивления.

Яробор, полагаясь на защиту Загора на востоке, оставил только малые отряды для охраны своей столицы и для наблюдения за кхогами на севере (они пока затаились, хотя по некоторым сведениям сын их верховного вождя, убитого Яробором, собирал силы для набегов), а сам со своей молодой дружиной помчался на запад. По совету Ботвиги Яробор присоединял к себе воинов гарнизонов всех руверонских крепостей, в которых останавливался по дороге. Этим он убивал сразу двух зайцев: пополнял свою дружину и уменьшал риск восстания местных правителей, которые ещё помнили, как были когда-то независимыми. Яробор успел вовремя:

оба города-порта ещё держались, но Росс был уже полностью окружён отрядами из Калахорна. Князь атаковал врагов неожиданно, сходу. Обрадованные пришедшей помощью горожане тоже сделали вылазку навстречу Яробору. Захватчики, вдруг оказавшиеся между двух огней, были перебиты почти поголовно. Такое жестокое поражение на какое-то время удержало короля Карога от продолжения набегов. Он понял, что к войне с Руверонией нужно готовиться более основательно. Но и Яробор использовал эту передышку для укрепления границы с Калахорном, расставил на ней укреплённые заставы, которые неустанно должны были следить за врагами. Он также усилил гарнизоны Росса и Форта, велел укрепить крепостные стены и оставил здесь Ботвигу своим наместником. Как ни жалко было расставаться с лучшим другом и советчиком, да ничего не поделаешь – слишком велика была здесь опасность!

Оставив половину дружины Ботвиге, Яробор вернулся в столицу. Нельзя же было требовать от Загора постоянно охранять восточную границу Руверонии, у того и своих проблем было достаточно: прослышав об ослаблении Руверонии, могучего союзника Словетона, враги стали нападать на его южные границы.

Яробору необходимо было срочно набирать и обучать новых воинов, укреплять стены Цастра. Расположенная в глубине чудесной долины, столица Руверонии была очень красивым городом и в то же время мощной крепостью, хорошо защищенной с трех сторон неприступными скалами. Только вот слишком близко она была расположена к неспокойной сейчас восточной границе княжества. Несмотря на груз свалившихся на его молодые плечи забот, Яробор не согнулся, его сила и мудрость росли с каждым днем, он старался поспеть везде, где было труднее и опаснее всего. Для сопровождавшей его личной гвардии были подобраны самые быстрые кони. Однако растущая богатырская сила Яробора вдруг породила проблему: ни один конь не мог долго нести его могучее тело. Его теперь постоянно сопровождали 4-5 самых сильных коней, которых он в пути постоянно менял. Но ведь в жарком бою не всегда есть возможность вовремя пересесть на свежего коня.

И тут произошло событие, знаменательное для всей дальнейшей жизни Яробора. Во время совместной с Загором битвы против кочевников Яробор, увлекшись погоней, оторвался от дружины и насмерть загнал своего коня. Увидев это, враги окружили спешившегося витязя. Не приближаясь вплотную, кружили вокруг, осыпая стрелами. Крепкие доспехи пока спасали, но рано или поздно стрелы найдут и незащищённые места на теле витязя. И вдруг сквозь кольцо врагов прорвался огромный гнедой жеребец. Откуда он взялся – так князь никогда и не узнал. Жеребец выглядел необъезженным, на нем не было ни седла, ни сбруи. Но он спокойно встал рядом с Яробором, не обращая внимания на стрелы. Яробор не раздумывая вскочил на неоседланного жеребца, и тот легко и стремительно понес его на врагов, сам выбирая дорогу, но как бы предчувствуя желания всадника. Теперь молодой князь легко настигал любого противника, каким бы быстрым тот ни был! Так Яробор обрёл своего самого верного боевого друга, с которым уже не расставался никогда. Это был воистину щедрый подарок судьбы, поэтому князь дал коню имя Дар. Ни в Руверонии, ни в одной из окрестных стран не было коня, который мог бы сравниться по силе и быстроте с Даром.

РОЖДЕНИЕ ЗАРИСВЕТА

Поскольку Словетон прикрывал собой большую часть восточной границы Руверонии, Яробор со своей дружиной часто сражался рука об руку с князем Загором против общих врагов. Союз Руверонии и Словетона был столь важен для обеих стран, что князья решили укрепить его, родственными узами. Яробор был частым гостем в Валии – столице Словетона. Сначала только, чтобы военный совет держать, но позже и другие поводы стал для этого подыскивать. У Загора была двоюродная сестра – Натила. Будучи сиротой, она с раннего детства воспитывалась теткой – матерью Загора. Девушка выросла не только красавицей, но и умом удалась, поэтому Загор нередко приглашал её участвовать в обсуждении хозяйственных и даже военных дел наравне с гораздо более старшими по возрасту советниками. Неудивительно, что по сердцу пришлась она Яробору. А Загор лучшего мужа для своей любимой сестры и представить не мог. Девушку тоже уговаривать не пришлось: молодой витязь хоть и неулыбчив и суров на вид был, но в присутствии Натилы он менялся и всегда находил для неё ласковые слова.

Свадьба их не была слишком пышной: не до долгих пиров в такое трудное время. Юная жена хотела повсюду сопровождать Яробора, но он настоял, чтобы Натила оставалась в Цастре, управляла делами столицы. Он помнил о судьбе своей матери и не хотел подвергать жену опасностям военных походов. А уже через год Натила родила Яробору сына. Мальчик родился на заре яркого весеннего дня и получил имя мирное и светлое – Зарисвет. В этом имени воплотилась надежда его родителей на долгожданный мир для Руверонии. Сам Яробор, как и его отец Горигон, всю жизнь провёл в походах и войнах и не хотел такой же судьбы сыну. Теперь этот бесстрашный, закалённый в битвах воин желал только одного – спокойно пожить дома, посидеть рядом с женой у люльки малыша, наблюдая, как тот что-то весело лепечет.