Зарисвет
Шрифт:
Но, увы, недолго пробыл Яробор рядом с маленьким сыном – пришлось ему опять мчаться на запад на помощь Ботвиге. Король Калахорна Карог на этот раз сам повёл большую армию, чтобы снова забрать у Рувении её единственные города-порты Росс и Форт. Яробор взял с собой только небольшую часть дружины на самых быстрых конях. Нельзя было терять время, да и на востоке войско держать тоже было необходимо. Имея большое превосходство над отрядами Ботвиги, Карог надеялся быстро захватить порты и укрепиться в них до прихода дружины Яробора. Он знал, что Яробор должен воевать теперь на два фронта и не сможет привести сюда большое войско, поэтому рассчитывал, что будет сам диктовать условия заключения мира.
Однако Яробор явился гораздо раньше, чем ожидал Карог. С ходу, не соединяясь с дружиной Ботвиги, который ещё удерживал подходы к Россу, небольшой отряд Яробора неожиданно ударил с тыла в самую середину вражеского войска туда, где располагался его
Весть о гибели Карога тут же разнеслась по армии Калахорна. Поскольку при разгроме ставки короля были перебиты и его ближайшие помощники, калахорнцы остались без вождей. А тут ещё Ботвига, извещённый посланцем Яробора, ударил с другой стороны. Лишившись руководства, захватчики поддались панике и обратились в беспорядочное бегство. Многие из них попали в плен. Поражение Калахорна было сокрушительным. Условиями заключения мира стали роспуск большей части армии Калахорна и запрет на появление его воинских отрядов в обширной области вблизи границы с Руверонией. Пленных вражеских воинов Яробор использовал для разрушения всех крепостей Калахорна, построенных в приграничных с Руверонией областях, а также для укрепления стен Форта и Росса. После принесения клятвы никогда больше не воевать с Руверонией пленные были отпущены на родину.
Теперь западная граница уже не была столь опасной, как прежде, и Яробор смог наконец-то вернуть Ботвигу, своего лучшего друга и советника, в столицу. Жители Руверонии сочли, что именно рождение княжича Зарисвета принесло великую удачу в войне с Калахорном и знаменовало наступление лучших времён! Так с самого рождения Зарисвет стал любимцем всей страны.
ДЕТСТВО ЗАРИСВЕТА
Родители Зарисвета, сами почти не знавшие мирной жизни, хотели для своего наследника иной доли. Натила пригласила лучших учителей и наставников, чтобы обучать Зарисвета разным наукам и искусствам, мечтая, что вырастет из него просвещённый правитель, который возвысит Руверонию не воинской силой, а мирными делами.
Но хотя Зарисвету и легко давалось обучение грамоте и наукам, деятельная натура всё больше склоняла его к физическим забавам и воинскому делу. Однако, в отличие от Яробора в детстве, у Зарисвета не было товарищей среди сверстников, не с ними он предавался забавам на досуге. Дело в том, что проявившиеся в нём с младенчества богатырская сила и горячий нрав делали его опасным для ребятишек: увлёкшись состязанием, Зарисвет мог невзначай покалечить товарища. Только с матушкой он был всегда очень осторожен и нежен. Поэтому с детства Зарисвет всё свободное от наук время проводил среди дружинников отца. Молодые воины, хотя и нередко подтрунивали над юным княжичем, охотно принимали его в свою компанию, отдавая должное его силе и способностям. Особенно много времени ему уделял воевода Ботвига. Так и не заведший собственной семьи, Ботвига любил Зарисвета, как сына, и заменял ему отца на время отсутствия Яробора. Среди молодых дружинников своей силой и ловкостью выделялся Валитар – племянник Ботвиги. Будучи на четыре года старше, Валитар сначала был непререкаемым авторитетом для Зарисвета. Потом, когда Зарисвет подрос, они какое-то время соперничали и даже ссорились. Но, в конце концов, стали лучшими друзьями.
Несмотря на мечты княгини о мирной жизни для сына, Зарисвет с юных лет обучался и воинским премудростям: время всё ещё было неспокойным. И к двенадцати-тринадцати годам он уже превосходил в поединках многих взрослых дружинников. Однако к его великому огорчению Натила настояла на том, чтобы Яробор не брал его для участия в битвах. Натила боялась, что юное сердце рано зачерствеет, станет спокойно относиться к страданиям и смертям людей, пусть даже вражеских воинов. Она надеялась, что лихие времена скоро закончатся, и сыну вообще не придется кого-то убивать. Яробор, со своей стороны, тоже не хотел раньше времени подвергать его опасностям, не будучи уверенным, что Зарисвет готов к настоящим битвам не только по силе, но и по зрелости, уму, хладнокровию.
В трудное для Руверонии время Словетон помог ей защититься от врагов, теперь же он сам очень нуждался в её помощи. Воинственные кочевники который уже год грабили землепашцев в южных, самых плодородных землях страны, увозили урожай, и Словетону грозил жестокий голод. Нужно было отогнать орду подальше на юг, восстанавливая по пути древние словетонские крепости для охраны освобождённых земель. Но сделать
Но Яробору не довелось отпраздновать с Загором эту победу над кочевниками. Пришла весть, что Корн, новый правитель Калахорна, младший брат Карога, за прошедшие годы в тайне собрал новую армию и, коварно нарушив договор о вечном мире, двинулся на Руверонию. Хорошо, что разведчики заблаговременно обнаружили выдвижение армии из глубины Калахорна. Это дало время подготовиться гарнизонам крепостей и послать гонцов к Яробору. Загор отдал ему большую часть захваченных у ордынцев коней, чтобы у каждого руверонского дружинника было по сменной лошади. Опять Яробор помчался на запад. Несмотря на все уговоры, он не взял с собой Зарисвета, напомнив ему об обещании матери. Не повезло и Валитару, неплохо показавшему себя в битве с ордынцами и очень хотевшему отличиться и на войне с Калахорном: его Яробор отправил с вместе с сыном в Цастр под предлогом сопровождения раненых и необходимости защиты столицы. Валитар не без основания решил, что князь не взял его с собой, чтобы он присмотрел за Зарисветом, и долго ещё дулся за это на княжича:
– Почему я должен возиться с этим ребёнком? Мне уже семнадцать, князь сам похвалил меня после битвы и сказал, что я уже зрелый воин. Вместо того, чтобы сейчас скакать с дружиной, мне приходиться быть нянькой, – демонстративно громко ворчал Валитар.
Через год Зарисвет припомнит Валитару эти слова.
Поручив Ботвиге вести дружину, Яробор в одиночку помчался вперед на неутомимом Даре. Корн уже преодолел пограничные укрепления (Яробор горько пожалел, что не успел построить там мощные крепости) и двигался к Форту. Неожиданное появление князя в Форте пресекло панику среди его защитников. Организовав оборону города, Яробор послал гонцов навстречу Ботвиге, чтобы предупредить его об условных сигналах, когда защитники города будут готовы сделать вылазку для совместного удара по врагу. Сам же помчался в порт Росс, который стоял подальше от границы. Яробор рискнул забрать большую часть гарнизона Росса, чтобы использовать этот отряд для нападения на калахорцев у стен Форта с третьей стороны и совсем сбить их с толку, надеясь, как и в прошлую войну, посеять среди них панику.
Затея полностью удалась. Калахорнцы, подойдя к Форту, не успели ещё толком обустроить свой осадный лагерь, как были неожиданно атакованы защитниками города, в тыл им с ходу ударил Ботвига с дружиной, а на холм, где расположилась ставка Корна, напал отряд из Росса во главе с Яробором. Яробор понимал, что смерть Корна сильно облегчила бы достижение победы, и искал поединка с ним. Это был рискованный шаг: ведь Корн по силе превосходил своего старшего брата Карога, убитого Яробором, кроме того, рядом с ним всегда находился громадный звероподобный телохранитель Шагыр. Тяжко пришлось бы Яробору одному против двоих столь сильных противников. Но на его счастье Корн на этот раз велел Шагыру везде сопровождать трёх королевичей, юных сыновей Карога: старшего Калога и близнецов Гадима и Татима. Король взял с собой племянников в этот поход, хотя они были немногим старше Зарисвета, поскольку пообещал племянникам подарить голову убийцы их отца, страстно желая лично отомстить Яробору за брата. Корн бился умело и яростно, многие руверонцы пали от его руки. Он с готовностью принял вызов Яробора на поединок. Его меч, сталкиваясь с Руном Яробора, порождал молнии, холм сотрясался от топота их коней, никто из бойцов обеих армий не решался приблизиться к месту боя богатырей. Но, в конце концов, повелитель Калахорна был тяжело ранен князем и рухнул с седла под копыта Дара. Яробор не стал его добивать, а велел четырём дружинникам отнести в безопасное место и охранять до конца битвы. А сам устремился в гущу врагов.