Заря

Арин

Я же решила начать день, как полагается. Взяла чистую одежду и обувь, и отправилась в купальню (она находилась рядом с жилыми комнатами). Там долго мылась, оттирая пыль камеры. Потом просушила волосы теплым воздухом (правда, сначала по привычке пыталась сушить с помощью полотенца). О расческе и говорить нечего. Заплела их в кой-то веки в косу.

Потом я решила заново осмотреть Замок. Наверное, в нем многое изменилось. Тогда в состоянии возбуждения, я как-то не разглядывала местность.

Я ходила по коридорам. Медленно. Чтобы не упустить не одной черты. Кое-что было замечено сразу: факелы и лампы заменили световыми сферами в хрустальных чашах, в стены вплели заклинания теплонепроницаемости и

стойкости (похоже, готовятся к обучению юных волшебников). В тупичках и нишах появились щиты с гербами и просто красивые картины (впрочем, на магическую тематику). Даже окна преобразились: хрустальные стекла стали переливаться на свету всеми цветами радуги, а на верхушке, в самой арке были сложены изображения из цветного стекла (опять же волшебного).

Мои ноги вынесли меня в пустующую столовую. Она тоже изменилась — стены резко посветлели, на потолке было мастерски нарисовано рассветное небо, в воздухе висели свечи с голубыми огоньками. Пол был выложен чуть шершавой — чтобы не падать — узорчатой плиткой. На фоне своей прежней простоты и мрачности, Замок пестрел разными украшениями, которые впрочем не казались вульгарными, а наоборот только радовали глаз. Я села за такие привычные и в тоже время новые столы — на них появились изображения вьюнка нарисованные темным лаком (колдовским, потому и скрыли наверно). Тут же, я почувствовала движение магически волн, и передо мной бесшумно возник завтрак из трех блюд и чашка травяного отвара. Хмыкнув, я принялась за угощение. Небо в окнах было очень светлым — видимо еще очень рано. Тогда понятно, почему везде пусто — все спят.

Не спеша, поела, а потом также медленно пошла дальше. Куда мне бежать? А тут так красиво стало.

Я ходила по Замку и смотрела по сторонам. На душе было спокойно. На душе было ПО-НАСТОЯЩЕМУ спокойно. Я знала, что ничего больше мне здесь не грозит. Тут, вдали, послышались голоса, мне стало интересно, и мной было принято решение отправиться туда. Когда же я достигла своей цели…

Передо мной предстал зал. Точнее ЗАЛ. Огромное помещение невероятной красоты. На полу неведомы мастер выложил из цветного мрамора (и не одной прослойки не было видно!) изображения дня и ночи сплетенных в магический знак равновесия, который прорезали лепестки пламени начинавшегося с противоположной двери стороны. Стены бежевого камня украшены цветами из золота и хрусталя. Невероятно высокий стрельчатый потолок из цветного стекла пропускал сквозь себя лучи света, и казалось, что живые драконы и птицы парят в небесах. И в самой глубине стоял трон резного дерева украшенный серебром и драгоценными камнями. Настолько тонкой работы, что думалось: дотронься до него и рассыплется бриллиантовой пылью. Стена за троном расписного хрусталя (магического, так как без волшебства перекрасить хрусталь нереально), была сделана так, что без всякой магии у сидящего в кресле создавался световой ореол: будто само солнце мастерски нарисованное на стене освещает правителя города. Как в эльфийской балладе.

Я настолько увлеклась рассматриванием интерьера, что не сразу заметила две тонких фигурки — мастера Элгерта и мастера Виароны. Узнала я их с трудом, настолько изменились их одеяния. На наставниках были черные расшитые серебром мантии, с разрезами по бокам. Сквозь разрезы у мастера Элгерта были видны того же цвета штаны выпущенные поверх сапог, у мастера Виароны — длинная до пола юбка.

— Доброе утро, — сказала я, подходя поближе. Мастера повернулись ко мне. Мастер Виарона кивнула в знак приветствия, а мастер Элгерт, улыбнувшись, ответил:

— И тебе здравствуй, Юриль! А утро действительно доброе! Нравиться здесь?

Я кивнула, еще раз осмотрев зал — с другой точки обозрения стали замечаться новые, но не менее красивые, элементы.

— Ты просто так рано встала,

или хотела что-то спросить? — вернул меня с небес на землю голос наставника.

— Да нет, — пожала я плечами, — просто гуляла, здесь так много всего изменилось.

— Странно, — удивился мастер Элгерт, — я думал, тебе есть, что у меня спросить.

— Да? — я вопросительно посмотрела на мастераа Виарону, но она не как не прокомментировала слова наставника.

— Ну что ж, тогда я рассказу тебе сам. Ты имеешь право знать. Знакомо? — неожиданно достал из воздуха до боли знакомый листок мастер. Я изумленно посмотрела на мастера Элгерта, а тот продолжил, приветственно взмахнув рукой и изящно поклонившись:

— Тогда разрешите представиться, старший мастер всех Сил, учитель наивысшего ранга, глава Совета Всех Стихий Элгерт гол Дейгрол из рода Ксэнтори.

Я минут пять переваривала то, что он сказал, а потом до меня дошло… «Э. Дейгрол»

— Так это вы написали? — пораженно уставилась на него я.

— Да, — чуть улыбнулся мужчина, — кстати, разрешите также представить вам мою супругу, Виарону гол Дейгрол из рода Дийрена.

Я была в таком обалдении, что известие о том, что мастер Виарона — жена мастера Элгерта, приняла совершенно спокойно.

— Теперь я думаю, у тебя появились ко мне вопросы, — мастер с любопытством глянул на мою отвисшую челюсть, и чуть улыбнувшись, захлопнул её ладонью, — но разреши мне и дальше самому продолжить, так у тебя составиться полная картина… Пойдемте в парк, там лучше разговаривать, — после услышанного я спокойно отнеслась, к такой быстрой смене темы, и направилась за наставниками. Мастер Элгерт, между тем, продолжил говорить:

— Начнем по порядку. В семьдесят пятом году тринадцатого столетия у Его Величества короля государства Элес попросил аудиенции неизвестный маг. Я, как главный маг города Зари, не удивляйся Юриль, я действительно считаюсь самым сильным колдуном в королевстве, также присутствовал во время беседы. Так вот. Маг потребовал у Ринлея отдать трон МНЕ, так как страной магов должен править самый сильный маг, а не середнячок, умеющий только махать железяками. Мы оба (я и правитель) тогда очень удивились, но сказали, что не будем этого делать. Маг же утверждал, что это позор для Элес, что власть построена неправильно. В конце концов, Ринлей приказал охране бережно вывести человека на улицу, по дороге налив ему валерьянки, чтоб успокоился. Мы же спокойно разошлись по своим делам. Но. Не тут-то было. Я настолько изумился словам своего «коллеги», что не посмотрел, растяпа, его уровень. И это была самая большая ошибка в моей жизни.

Мастер на минуту прервался — мы расселись в одной из беседок, где вместо стен был дикий виноград.

— Я ничего не успел сделать, — в голосе наставника послышалась горечь, — все, что я понял — это то, что Город настигает невероятно сильное ступенчатое заклинание огромного радиуса. Оно охватило всех магов, но пострадали только слабые. На их способности был наложен блок, а память о магии элементарно стерта. Это было совершенно понятно, погуляв по Городу, маг, наверняка, очень быстро понял, что народу нравиться их правитель и менять они ничего не хотят. На более сильных магов н наложил другое заклинание — та самая песня единства. Её смысл заключается в том, что человек сохраняет свою память, но полностью теряет чувства. У него остается лишь знание, как имитировать их в присутствии непосвященных, да желание подчиняться всем приказам командира. Сама понимаешь, все вместе это превращается в убойный результат — абсолютно не зависящий от низменных желаний, полностью подчиняющийся воин. Так появились Стражи… Это очень страшно, честно говорю. Особенно, когда в Стража превращается твой близкий друг, — мастер тяжело закрыл глаза, будто заново переживая все это.