Защитник
Шрифт:
День выдался неспокойный и хлопотливый. Над станцией и морем кружили серебристые машины, мчались с грузом к острову, словно птицы в гнездо, снова взлетали, сбивались в стайки и тянулись на все стороны света. Не прошло и двух часов, как с астродрома поднялись космические шаттлы, поплыли за бирюзовые небеса, туда, где поджидал их огромный торговый корабль. Конвейер, протянувшийся от поселений лльяно до орбиты, работал точно, быстро, безостановочно. Ивару помнилось, что сервы не нуждаются в отдыхе и сне, но никто не знал, когда и как восполняют они энергию. Возможно,
Сейчас эти тайны не волновали Ивара. Торговый обмен между лльяно и сервами был редким событием, которое еще никто не наблюдал, и значит, его полагалось изучить, запечатлеть и описать. Независимо от прочих обстоятельств! Тварь с Ххешуша могла подпрыгнуть до небес и расплескать моря, но задач экспедиции никто не отменял.
В Ракку отправились утром – Сигеру'кшу со своими ассистентами и Тревельян с Алисой и Инанту. В деревне царило оживление, мастера и охотники тащили из-под навесов шерсть, статуэтки и шкуры, а шесть старейшин занимались подсчетом имущества и товаров, полученных в обмен. На площадке для танцев четыре хххфу ата, тощих пришельца, разгружали с помощью юрких киберов свои машины, выкладывая контейнер за контейнером – они уже громоздились штабелями в рост человека.
Еще один пришелец о чем-то спорил с Говорильником Рахашем – похоже, речь шла о качестве товара. Дискуссия была жаркой, ибо Рахаш верещал, подпрыгивал, выдергивал клочья шерсти с живота и совал их серву под нос. Братья Шарбу и братья Сукур вели себя спокойно, пересчитывали статуэтки и тюки, отмечая их зарубками на палочках, а Хахт, раскрыв контейнер, изучал инструменты, ножи для резьбы, пилки, молоточки, сверла. Все были при деле, все, кроме пушистых ффа'тахх, встретивших Алису радостными воплями.
Оставив ее в толпе малышей, исследователи приступили к съемке. Инанту, Сигеру и его помощники, держась подальше от сервов, обошли площадку для танцев, развешивая тут и там камеры – часть парила в воздухе, другие были скрыты в листве хх'бо. Тревельян фиксировал процесс торговли крупным планом, стараясь запечатлеть содержимое вскрытых контейнеров. В общих чертах предметы обмена: щетки, гребни, чесалки и всевозможный инструмент, не были тайной, но точный список и систематика могли пригодиться.
Дождавшись, когда Рахаш перестанет визжать и прыгать, Ивар приблизился к спорщикам. Серв, пятый в компании хххфу ата, очевидно был из младших Помощников Торговца – его плащ переливался желтым и оранжевым, скреплявшая его застежка сияла, будто крохотное солнце.
Приложив к груди узкую ладошку, он произнес:
– Счастлив встретить твой взгляд, Ивар Тревельян. Живи вечно! Живи, пока не исчезнут пятна на луне Куллата!
– Тебе известно мое имя?
– Как всем на корабле. Всем, от Торговца до последнего из Надзирающих За Грузами. Первый Помощник сказал, что ты человек с Земли.
Ивар всмотрелся в бледное лицо серва. Оно было абсолютно бесстрастным.
– Что еще сказал Первый Помощник?
– Что тебя что-то беспокоит… кажется, выброс из галактического ядра… – Ресницы серва чуть дрогнули. –
– Ты повторяешь слова Первого Помощника. Ты в этом уверен?
– Так говорит Торговец, и так говорят Хозяева, – раздалось в ответ.
– Торговец… интересно… Могу я его повидать?
– Он на орбите, принимает грузы. Ты можешь подняться к нему, Ивар Тревельян, и спросить о том же. Но я… – Серв сделал паузу. – Я и каждый из нас знает, что ты услышишь от Торговца. Он тоже повторит слова – слова Хозяев. А сказанное ими – истина.
– Я в этом не сомневаюсь, – молвил Тревельян и произнес формулу благодарности, принятую у лоона эо: – Да будет моя жизнь выкупом за твою! Я не поднимусь на орбиту и не стану тревожить Торговца. У него и так много дел… шерсть, шкуры, статуэтки… – Он бросил взгляд на Говорильника Рахаша – И упрямцы-лльяно.
– Наши разногласия урегулированы, – сообщил серв в желто-оранжевом плаще.
– Рад за вас. Как говорят кни'лина, торговля смягчает сердца, если приносит выгоду.
С этими словами Ивар повернулся и зашагал к Алисе. Кажется, запас шоколада иссяк, и малыши оставили ее в покое.
На станцию они возвратились в третьем ночном часу, когда небо усеяли яркие звезды. С наступлением темноты подул свежий ветер, изгнавший память о дневной жаре, духоту сменила приятная прохлада, и на морском берегу дышалось легко и свободно. В экваториальной зоне Лианы это время было лучшим для отдыха и прогулок. А после утомительного дня, проведенного в Ракке, отдых был совсем не лишним.
Инанту и хапторы решили поужинать и отправиться на покой, Тревельян с Алисой остались у моря. Они сидели на камнях, там, где приземлился вчера Первый Помощник Торговца – на песке еще можно было различить следы его маленьких ног. Пять лун плыли над ними, в вышине сиял центр Галактики, от утесов протянулись причудливые тени. Среди скал что-то топотало и шуршало – кажется, шестилапые, покинув норы, вышли на охоту. Прислушавшись к этим звукам, Алиса вытащила из сумки бластер и положила на колени.
– Удивительно, – сказал Тревельян, – столько лет я странствовал в одиночестве, а теперь не в силах этого представить. Я привык, что ты рядом, что ты обнимаешь и защищаешь меня… Это расслабляет. Я теряю бдительность, тхара.
Ветер взвихрил волосы Алисы, прядь коснулась его щеки.
– Ты был не один, а со своим Советником, – заметила она. – Конечно, он не может тебя обнять, не может защитить, зато мысли у вас общие. Мысли и секреты, – добавила Алиса со вздохом.
– О чем ты говоришь, дорогая? Сказано у Йездана: «Подушке ведомы все тайны мужа и жены…» Других у меня нет.
– В самом деле? А куда ты отлучился прошлой ночью? Думаешь, я не заметила?
Теперь вздохнул Тревельян.
– Это не секрет, моя тхара. Я как раз собирался тебе рассказать… Я говорил с нашим знакомцем с северного континента.
Глаза Алисы широко распахнулись.
– Говорил? Как? Ментально?
– Нет, через порт голосового контакта, через псевдолльяно. Таким же образом, как в ту ночь, когда копии забрались в жилой модуль. Помнишь?
– Да, Ивар. Но они бормотали что-то неразборчивое.