Защитник
Шрифт:
— Конечно, нет, — ответил Прескотт, глядя на Кавано с недоверием.
— В таком случае есть лишь одно условие, на основе которого я приму решение, буду ли я защищать вас.
— Какое?
— Вы готовы сотрудничать?
— Что? — переспросил Прескотт, моргнув.
— Я не могу защищать человека, который не в состоянии подчиняться моим приказам. Это один из парадоксов работы защитника. Некто нанимает меня. Теоретически он главный. Однако в вопросах обеспечения безопасности главным становлюсь я. Я начинаю отдавать приказания,
— Все, что угодно, чтобы остаться в живых.
— Вы будете делать то, что я скажу?
Прескотт задумался, а затем опасливо кивнул.
— О'кей. Тогда вот вам первый приказ: опустите этот чертов пистолет, пока я не вколотил вам его в глотку.
Прескотт заморгал и отступил на шаг назад, как будто Кавано влепил ему пощечину. Теперь он держал пистолет более крепко. Затем, нахмурившись, Прескотт медленно опустил пистолет.
— Отличное начало, — констатировал Кавано.
— Если вы не тот, за кого себя выдаете, убейте меня прямо сейчас, — ответил Прескотт. — Я больше не могу так жить.
— Расслабьтесь. Кем бы ни были ваши враги, я не один из них.
Кавано осмотрел комнату. В правом углу, позади мониторов и терминалов, стояли койка, мини-холодильник, раковина и небольшая плита. За ними виднелись душ и унитаз, от которых отходила канализационная труба. Еда, которой были уставлены полки на стенах, свидетельствовала, что Прескотт не слишком беспокоился о своем излишнем весе. Упаковки макарон и сыра, банки с равиоли и лазаньей, коробки с шоколадом, печеньем и чипсами. Кока-кола, обычная, не диетическая.
— Сколько времени вы здесь находитесь?
— Три недели.
Кавано посмотрел на книги. От геологии до фотоальбомов. Художественной нет. Судя по обнаженной женщине на обложке одной из книг, и эротика. Белым пятном среди всего этого виднелся томик стихов Робинсона Джефферса, рядом с которым стояли несколько книг, посвященных поэту.
— Вы любите стихи?
— Умиротворяют душу, — ответил Прескотт напряженным тоном. Казалось, он решил, что Кавано смеется над ним.
Кавано взял книгу в руки и открыл ее наугад, читая первые попавшиеся строчки:
Построил башню ей, когда был молод.
Когда-нибудь она умрет.
Прескотт насторожился еще сильнее.
— Знает, как привлечь мое внимание, — сказан Кавано, ставя книгу на место и продолжая осмотр комнаты. Рядом с небольшим телевизором лежали видеокассеты. Странные вкусы у этого Прескотта. Триллер с Клинтом Иствудом и слезливая история юношеской любви с Троем Донахью и Сандрой Ди.
— Я видел норы и похуже этой. Бомжи и наркоманы в качестве прикрытия. Умно. Как вы узнали об этом складе? И как вам удалось так оборудовать комнату?
— Я сделал все это год назад, — ответил Прескотт.
— Каковы бы ни были неприятности, вы их предвидели?
— Только не ту, которая произошла.
— Так
— Я всегда принимаю меры предосторожности.
— Не понимаю.
— На всякий случай.
— На случай чего?
Изображение на одном из мониторов привлекло внимание Кавано, заставив его резко прервать разговор:
— Секунду.
6
— Что случилось? —вскрикнул Прескотт, резко развернувшись к экрану.
На черно-белом мониторе было видно, как десяток оборванцев приближались к «Таурусу». Шел дождь.
— Боже, — прошептал Прескотт.
— Наркоманы — удивительные люди, — ответил Кавано. — Что бы ни оказалось в их поле зрения, если оно без присмотра, они попытаются украсть его. Я слышал про парня, который украл у собственного отца сорок фунтов собачьего корма, чтобы купить дозу крэка. Что еще удивительнее, торговец взял у него этот корм вместо денег. Говорят, он сам его съел.
На экране было видно, как одни промокшие до нитки бомжи пытаются толкать машину, ухватив ее за зеркала, а другие ковыряются в колесах какими-то кусками железа, пытаясь снять колпаки.
— В вашей системе есть внешние микрофоны? — спросил Кавано.
Вместо ответа Прескотт щелкнул одним из тумблеров. Из динамика донесся шум дождя. Сквозь него был слышен скрежет металла. Бомжи пытались разобрать машину на части прямо под проливным дождем.
— Вам придется потрудиться, парни, — сказал Кавано, беря в руку пульт дистанционного управления. Он был крупнее обычного пульта сигнализации, и кнопок на нем было не меньше полдесятка.
Прескотт заинтересованно посмотрел на Кавано, когда тот нажал одну из кнопок.
Из динамика вырвался душераздирающий звук сирены. Бомжи уронили свои железки и разбежались. Сейчас они были похожи на промокшие пугала, такие, как в «Волшебнике страны Оз».
Кавано снова нажал на кнопку, и сирена утихла.
— Вы готовы к тому, чтобы убраться отсюда? — спросил он Прескотта.
— Куда? — опасливо ответил тот.
— В более безопасное место. Хотя, видит бог, здесь тоже достаточно безопасно. Когда прибудет моя группа, мы все организуем. Вы получите новое удостоверение личности и место жительства, куда и переберетесь. Однако сначала я хотел бы узнать о степени опасности вашей ситуации. Почему вы так перепуганы?
Прескотт было открыл рот, чтобы ответить, но снова уставился на монитор. Четверо бомжей снова подошли к «Таурусу».
— По крайней мере, их настойчивость достойна уважения, — прокомментировал происходящее Кавано, нажимая другую кнопку на пульте.
Из-под колес машины повалили клубы серого дыма. Несмотря на дождь, он поднимался вверх и вскоре окутал наркоманов облаком. Кашляя и ругаясь, они отскочили от «Тауруса». Перегибаясь пополам от тошноты, пошатываясь и прижав руки к глазам, они двинулись прочь.