Завод
Шрифт:
Кирилл добросовестно выполнил просьбу.
— Теперь всегда будете интересоваться моим дыханием? Спасибо, родной…
— Ступай, ступай. И без тебя дел хватает. «Родной»!
Кирилл направился к своему участку.
— А… Алехин? Под занавес явился, — сказал Синьков, однако в тоне бригадира Кирилл не улавливал раздражения. Значит, все у них в порядке.
— Извини. Так получилось.
— Ладно. Возвращайся домой. Управились без тебя. Дядя Саша помог.
Кирпотин стоял, согнувшись над прибором,
— Кирюша, явился? — Кирпотин улыбнулся. — Загулял ты, брат, загулял…
— Так уж получилось, — повторил Кирилл. — Дела всякие.
— Ладно. Раз дела. Принеси-ка мне газводы, — и Кирпотин подмигнул бригадиру. — Пусть тоже поработает на программу.
Кирилл достал банку и направился к автомату с водой. В полутемном коридоре несколько парней столпились вокруг специального ящика для окурков. И среди них, к великому удивлению, Кирилл заметил Лисицына.
— Вот тебе раз. Ты, что ли? — Кирилл оглядел новый костюм приятеля.
— Ну.
— Так ведь у тебя… вечеринка.
— Сорвалось, — пояснил Вторник. Он тоже был в чистом костюме и галстуке. — Половина гостей на заводе «вечеряет». Отложили. Думали, вот-вот получим транзисторы и закруглимся к семи. Все было б в порядке… Скоро двенадцать. А все стоим, ждем. И Кузьмич хаёжник поднял — личное ставите выше общественного.
— Гад, — проговорил Лисицын, добавляя еще кое-что к характеристике начальника цеха.
— Именно, — подхватил Вторник. — Еще Лису паяцем назвал. Говорит — вырядился, как паяц.
— Гад, — повторил Лисицын, чуть в другом ключе.
— Ну… а невеста?
— Невеста? У себя на участке, — все пояснил Вторник. — У них тоже аврал…
— Так на так, как говорится, — мрачно прокомментировал Лиса.
— Устраивает такое в конце месяца. Соображать надо, — произнес кто-то из ребят. — В начале надо.
— Брат у него из армии приехал на три дня. Вот и приурочили, — терпеливо объяснял Вторник. — Вот он, брат его, — и Вторник показал на парня в солдатской гимнастерке, но без погон. Парень был поразительно похож на Лисицына. Такой же тощий, с маленьким обиженным лицом.
— Что ж он тут делает?
— А дома что ему делать? — раздраженно проговорил Лисицын. — Все же на людях, не скучно. Еле Кузьмича уговорили в цех пустить.
Солдатик добродушно и устало улыбнулся.
— Ну, обхохочешься с вами! — Кирилл откинулся и захохотал. Точно очищал себя от всех неприятностей ушедшего дня. И все начали смеяться. И по-доброму хлопать Лисицына по спине. А тот стоял серьезный, нахохленный. Рядом с братом, скуки ради торчащим в коридоре полусонного ночного цеха. А ведь всего-то у него и было увольнение на три дня…
Кирпотин собирал инструмент. По верстаку были разбросаны бумаги с мелким почерком
Как дела-то? — Стародуб спешил к директору с известием, что транзисторы уже в пути. Но судьба синьковского прибора его заботила не меньше. Шесть тысяч рублей. И он не мог не остановиться. — Дела-то как?
— Все о’кей, — улыбнулся Синьков.
— Хоккей, хоккей… Вижу. И без этого обошлись? — Стародуб шутливо кивнул на Кирилла.
— А кто температуру подбирал в институте? — защитил Синьков.
— Ты ему, Юра, чаще мозги вправляй. Сам понимаешь. Научная революция. Хоккей? И еще. Кирпотину наряд выпиши. Монет по сорок. Оплачу. Кровь из носу. Выручил, Саня, выручил… А теперь спать. Покедова.
— Гляди, Кузьмич. Завтра забудешь, — крикнул ему вслед Кирпотин, переодеваясь.
— А я сейчас выпишу, дядя Саша. Как говорят, не отходя от кассы. Спать что-то расхотелось. Идите спокойно. Спасибо, дядя Саша.
Синьков вытащил авторучку, чистый бланк и, вспоминая названия операций, принялся выводить заработок.
Кирилл терпеливо ждал. Домой он решил не возвращаться, по крайней мере сегодня. А если напроситься к Синькову переночевать? Нет, неудобно. Что он скажет? С отцом поссорился? Нет, не надо. Кому какое дело?! Погуляю по городу. Каких-нибудь шесть-семь часов. Правда, холодно. А если на вокзале?.. Постой, постой. Прекрасная идея! Кирилл взглянул на цеховые часы. Пять минут первого.
— Шеф. До которого часа ходят электрички?
— Кажется, до половины второго.
— Так я двину, шеф.
— Погоди. Разговор есть.
Синьков отложил ручку и крутанулся на своем вертящемся стуле.
— Вот что… Кирпотин-то хочет к нам в бригаду переходить. Просится. У него нелады с Сопреевым. Да и с отцом твоим, видно, не очень. Как ты считаешь?
Кирилл не сразу и понял, о чем идет речь. Кирпотин?! Один из асов завода. Человек с огромным опытом сборщика. Умелец. И вдруг под начальство Синькова? Конечно, Юра тоже не лыком шит, понятно. Но… Кирпотин?
Синьков догадывался, о чем думает Кирилл.
— Конечно, я не твой отец. И, честно говоря, боюсь подобного эксперимента. Но нам нужен такой механик, чтобы самим кое-чему учиться. Да и его учить. А кто будет выписывать наряды, не имеет значения.
Кирилл, не мигая, смотрел на бригадира.
— А что, шеф? Может, фитиль хочешь вставить Павлу Алехину, а?
— Глупость. Кирпотин сам меня просил, — растерялся Синьков.
— Бери дядю Сашу. Я-то причем?
— Член бригады. Вместе работаем. Советуюсь.